Русский супермен учится на экономиста
Студент экономического факультета МГУ Дмитрий (Добрыгин) обладает массой необычных для своих сверстников особенностей: у него вообще нет денег, он, в принципе, готов помогать людям, а его по-рабочему суровый, но справедливый отец (Гармаш) всю жизнь водит трамвай. Высокие моральные качества всегда проверяются искушениями, и искусители не заставляют себя ждать. Олигарх Купцов (Вержбицкий) читает будущим экономистам изящную лекцию о том, что человек человеку волк. Новая однокурсница Настя (Вилкова, «Стиляги») оказывается так прекрасна, что, как замечает мажорный друг Димы Макс (Жидков), «шаурмой тут не обойдешься». Родной же отец дарит на день рождения купленную по случаю 21-ю «Волгу», на которой стыдно показаться на глаза не то что изысканной Насте, но и рассекающему на белом «мерседесе» Максу. В какой-то момент, однако ж, выясняется, что несчастный драндулет — чудо советских высоких технологий: он умеет летать благодаря установленному в бензобаке нанокатализатору системы давно эмигрировавшего ученого Елизарова. И что если этот нанокатализатор попадет в руки злодея Купцова, то сиквелом «Черной молнии» будет не «Черная молния-2», а непосредственно фильм Роланда Эммериха «2012».
Жизненный опыт учит нас тому, что на фильмах, обозначаемых словосочетанием «отечественный блокбастер», спектр зрительских эмоций обычно простирается от легкой неловкости до острого стыда. От «первого русского фильма про супергероя» ждать иного было трудно: режиссер — продюсер группы «Звери» Войтинский, среди спонсоров — «Газпром» (жаль, не «Роснано»), пафос в отношении отечественного автопрома неуместен до мигрени. Важнее, однако ж, оказалось то, что «Молния» — это первый русский продукт компании Universal, а ее продюсером стал Тимур Бекмамбетов, которого после фильма «Особо опасен» можно упрекнуть в чем угодно, кроме непонимания технических принципов создания массового кинематографа. Некоторые из опасений все равно оправдываются по полной — против судьбы не попрешь: лезущий из всех щелей продакт-плейсмент, маловменяемая музыка (кроме глупого, но подходящего к случаю техно-ремикса хора «Славься» Михаила Глинки, под который впервые взлетает «Волга»), возмутительный в своей неправдоподобности разговор по iPhone на дне реки. Но авторам «Молнии» удалось в отечественных условиях невероятное: написать человеческий сценарий приключенческого фильма, в котором почти все линии куда-нибудь приводят. Ну и да, снять его потом так, что он не выглядит дешевой подделкой. То, что это чересчур похоже на подделку дорогую, никак не влияет на потребительские качества продукта и побеспокоит только тех чудаков, которые оценивают такое кино вне шкалы «прикольно — неприкольно». Дело даже не в душе — душа у этого фильма тоже есть, хотя с «Человеком-пауком», конечно, не сравнишь. В «Черной молнии» слишком много копирования американского канона, от обязательных ракурсов на небоскребах до заголовков в газетах, и слишком мало местных реалий. Почему мэр Лужков не инспектирует стройплощадку Купцова? Когда ПВО МО наконец шмальнет по мельтешащему в закрытом небе столицы объекту? Является ли повсеместное внедрение нанокатализаторов залогом медведевской модернизации? Раз уж силы добра все равно победили, пускай хотя бы некоторые из этих вопросов не останутся без ответа в «Черной молнии-2».