Схватка
Во второй серии Максим успевает побывать в городе мутантов, где те живут в кухлянках, несмотря на крайнюю жару, в страшной Белой Субмарине, на танковом сражении и в драке со Странником, который объясняет ему, что к чему, и в чем, собственно, дело.
Прокурор Бондарчук в это время держит в заложниках Раду Гаал, но Максим похищает путем затаскивания в танк ее брата, которого за дурное поведение и неоправданные ожидания отправили в армию. В финале массы бунтуют, Прокурор красиво убивает себя, а Максим остается у разбитого корыта, что мало окупается привнесенным, чтобы было не так обидно, воссоединением с Радой.
Помимо спекуляций политического толка («диссидент ли Бонадарчук?..» - ну смешно, право слово), среди критиков наметилась тенденция к скрупулезному подсчету мелких недочетов – как модельки сделаны, как горизонт завален, как что покрашено и какой был зеленый экран. Обе темы очень продуктивны, но постоянно скатываются в глупую мелочность. Не в этом дело. Потому что при прочих достоинствах зритель готов поверить даже дракону из папье-маше, как в польском «Ведьмаке». Сравнивать «Остров» с экранизациями Тарковского и вовсе дело неблагодарное – понятно же, что речь идет о коммерческом кино и попытках делать отечественные блокбастеры. Но в этом случае ставка должна делаться именно на техническую обработку и постановок экшена, которые в данном случае сводится до бесконечных заимствований из западных картин. Хуже всего вышло с финальным боем. Серебряков (Странник) выглядит довольно смущенным из-за того, что ему приходится драться в воздухе, как кунг-фу панде. К тому же, не вполне понятно, зачем он избивает Максима уже после того, как взорван Центр – очевидно, просто от злости, что несколько не вяжется с образом. Если бы приоритетной была идея продолжения отечественных традиций – с упором на философию и моральные терзания – можно было бы выехать, но Василий Степанов с этим справляется плохо. Улыбается он уже намного реже, но говорить о спасении мира как следует так и не научился.
Зато в смысле актерской игры отличился Петр Федоров (Гай Гаал), которому очень идет положенный по уставу ирокез. В молодом гвардейце столько экспрессии, что делается понятным, почему Максим предпочитает его сестре. Тема мужской дружбы набирает обороты, и, несмотря на то, что ряд романтических моментов из книги был авторами сценария опущен, с ними все становится совершенно ясно. Но Гай погибает в сражении – перед смертью, защищая Максима, успев убить ротмистра (самая, пожалуй, сильная сцена фильма), и одной доминантой в картине становится меньше.
Видно, что авторам очень хотелось завершить фильм в позитивном ключе. Зритель, не получивший позитивного посыла в финале, чувствует себя грустно и неуютно. Позитив здесь взять неоткуда, и, несмотря на это, белокурый Маским обнимается с Радой в пасторальном ключе, тем самым как бы намекая на грядущее возрождение планеты. Вокруг него – разрушенная страна, беснующиеся люди и злой, как черт, Странник. Happy end.