Представим, что на 200 лет со дня рождения Нашего Всего выпустили бы жесткое порно под названием "Пушкин" со всеми прелестями жанра. Фильм венчала бы концовка, где Пушкин, пардон, дрючит Дантеса в рощице близ Черной речки, а вовсе не умирает, как ему положено. И в этом случае нашлись бы любители порассуждать об исторической достоверности, и ярые стронники, и ярые противники, и толпа восторженных зрителей, и толпа возмущенных... Самое интересное, что в кино отыскался бы и смысл глубокий. А если бы оно было яркое, как сон шизофреника (и как почти все фильмы Тарантино), то фильм прослыл бы стильным...

Как ни странно, умнее всех в этом многоголосье выглядит Тарантино. Он снял ахинею под яркой вывеской и теперь спокойно смотрит, как идиоты разных мастей ее обсуждают. Старый трюк, который, как ни странно, продолжает работать почти везде от кино до "Комсомолки". Пипл хавает какашку, начиненную специями и завернутую в яркий фантик с кричащим лейблом, производитель считает доходы.