В 2011 году «Особый взгляд» Каннского кинофестиваля был поражен исповедальным возвращением знаменитого философствующего режиссера из Южной Кореи Ким Ки Дука в документальном драматическом фильме «Ариран». Ким попытался объяснить всему миру происходящие с ним метаморфозы и оправдаться в творческом кризисе, постигшем его триумфальную карьеру. В предшествующей «Мечте» едва уловимые мутации от картины к картине достигли своего апогея и выродились в интереснейшее, абсолютно зрительское кино, столь нехарактерное для Кима, и обнажили бесконечные самоповторы и исчерпанность оригинальных идей. Режиссер, открывший миру одну из лучших национальных кинематографий, непостижимым образом затерялся за многочисленными модными корейскими авторами, оказавшимися не глупее Ким Ки Дука и более приближенными к зрителю. Раньше они следовали за Кимом, теперь Ким следует за ними.
«Мечта» — это история, вырастающая из невероятного допущения, заключающегося в странных снах героя Чжина, и реализации этих снов лунатичной портнихой Рен, ранее с Чжином не знакомой, и до поры до времени не знавшей о его существовании. По мере того, как видения Чжина становятся все более пугающими, а травмоопасность для Рен растет день ото дня, герои принимают первое, пришедшее на ум, решение — вовсе прекратить спать, что для любого человека само по себе станет страшным испытанием.
Сюжет, вполне подходящий для триллера или фильма ужасов, благодаря Ким Ки Дуку последних лет, соответственно сводится к тому, что некая психотерапевт, практикующая восточную мистику, объявляет Чжина и Рен суть одним существом, как черное и белое одним цветом. Чтобы воплощающиеся сны прекратились, она советует молодым людям непременно влюбиться друг в друга. Опять же, никакой голливудской романтики любовный поворот не предвещает. Всем парам Ким Ки Дука положено страдать и явить собой миру очередную трагическую притчу о труднодостижимости взаимопонимания, и вечно уходящих поездах, на которые герои никогда не успевают.
Идея подвернулась Киму хорошая, но психотерапевт, имеющая странную привычку выдавливать своим пациентам глаза, привносит в «Мечту» ауру низкопробной мистики, которая не свойственна фильмам Ким Ки Дука. Она изначально приспускает планку возвышенному режиссеру, и когда пропадает из поля зрения, Ким полноправно вступает на свой крепко построенный за годы карьеры мост, но будучи одной из опор этого моста, психотерапевт, конечно же, слабовата и грозит обрушить всю конструкцию. Однако, конструкцию Ким Ки Дуку портит далеко не женщина в белом халате, на слово верящая своим пациентам, а конечные опоры, которые режиссер захватил из предыдущих фильмов.
И в «Пустом доме», и во «Вздохе», а теперь и в «Мечте», трагическая развязка происходит в пенетрационном заведении, в психушке или в тюрьме. И развязка, увы, одна и та же. Если в «Пустом доме» она была в новинку, то в «Мечте» как раз и становится не просто тревожным звоночком, а набатом по культовому режиссеру. А потом еще и дурацкий несчастный случай, произошедший с актрисой На-йеон Ли, которая на съемках чуть не задохнулась… Ким все бросил и ушел в молчание на три года, оставив нам то ли свой сон, то ли свою мечту.
И все же «Мечта» гораздо интереснее многих других фильмов Ким Ки Дука. Ее можно смело рекомендовать людям, которые не переносят медленное кино, но им интересно познакомиться с легендарным Кимом. Если бы «Мечта» была одна в своем роде, и ей бы не предшествовали три похожих фильма — она могла бы стать откровением. А так, это фирменное блюдо от культового режиссера в красивой фиолетовой гамме с немногочисленными, но уместными сценами самоистязаний, привычной символичностью, и очередным предложением подумать над парадоксами человеческой натуры, которая то, как бабочка, парит, то, как камень, грозится уйти на дно.