Снятая всерьез пародия на триллер про маньяка

Строго по средам в Петербурге маньяк душит маленьких девочек и отрубает им руки и ноги. Угрюмый страдающий недосыпом капитан Моисеев (Гуськов) уверен, что коренной петербуржец на такое не способен, и отправляется ловить душегуба в город Солнцегорск, игнорируя отчаянные вопли убийцы-имитатора: «Я Заславский!» В Солнцегорске следователя встречают недружелюбная милиция (Горбунов и Смольянинов), агрессивный рыбак (Смоляков), его распущенная дочка (Вилкова), подозрительный художник и отсутствующий зэк — собственно, из них герою, очевидно, и предстоит выбрать самого неприятного.

Фильм начинается с того, что к Гуськову на минутку заходит Сергей Гармаш и совершенно виртуозно шевелит ушами, следом на экране появляется Екатерина Редникова и резким голосом сообщает, что она полковник (а надо знать, как выглядит Екатерина Редникова). К этому моменту уже понятно, что молодой режиссер и сценарист Андрей Либенсон никогда не видел не только живого маньяка, но и живого милиционера, однако обладает четкими представлениями об их быте: следователь, скажем, обязан заклеивать стены газетными вырезками и фотографиями жертв (эту макулатуру Гуськов повсюду таскает с собой несколько комическим образом). Следующий час можно смело пропустить: Либенсон кое-как инсценирует эпизоды из полюбившихся американских фильмов («Семь», «Бессонница», «Молчание ягнят»), которые мы все, в общем-то, видели, а паузы заполняет малосодержательными сценками из провинциальной жизни (тоже, кажется, американской). Но вот последние двадцать минут посмотреть необходимо — вежливость не позволяет раскрыть их содержание, но отдельные моменты попросту закрывают иронию как категорию, возвращают кинематограф во времена Мельеса. Художественный прием у Либенсона один — истерическое чередование планов разной крупности, когда фрагменты слов и движений как бы скрадываются — и в этих вырезанных кусочках пленки, судя по всему, и скрылся «первый русский триллер о маньяке». К середине картина окончательно превращается в собственный трейлер, и понять, что и почему там происходит, можно разве что по глазам актера Гуськова — в них профессионально отражается набор вечных вопросов; не столько, впрочем, «Кто виноват?», сколько «Когда уже пойдем обедать?»