Валерия Гай Германика показывает в камеру язык, предусмотрительно недолюбливает российских кинокритиков, называет философский контекст во всех фильмах унылым говном и по-простому подмечает, что «то, что я делаю — отстой». Ее уже можно смело называть новым веянием в тухлом российском кинопроизводстве, ибо она еще с максимализмом, но уже по-взрослому отвечает на важные жизненные вопросы. Все, что можно сказать о явлении Германики, не сказано даже на парочку верных процентов: пусть она носит странные шляпы, матюгается в интервью, эпатирует дешево, но такая ли есть Германика? Как бы там ни было, как будто между делом ей рукоплескали на Каннском фестивале, а 23 октября вышел на большие экраны ее новый фильм, о котором говорят практически все.
«Все умрут, а я останусь» выправлен точно в Гай Германиковской манере — полудокументальная съемка, крупные планы, камера-трясучка (Алишер Хамидходжаев), леденцы в руках девочек и умные разговоры, неожиданные из уст подростков: все на месте. Школа, три девицы — три подружки не разлей вода, клянутся быть преданными и верными, сбегают вместе с уроков, курят за углом дома, пока училка не запалила. Но тут появляется проблема: одна из них нахамила учительнице и из-за этого под угрозой дискотека. Не нужно говорить, насколько важна для них эта процедура посвящения во взрослых, и насколько важно быть крутыми в глазах старшеклассников. Так или иначе, дискотека здесь своего рода боевое крещение, на которое приходишь еще ребенком, а выходишь уже искалеченным, зато «полноценным» заточенным взрослым.
И пусть порой разговоры этих самых девочек совсем не натуральны и наиграны: вообще, блин. Короче, короче не очень. Но в памяти отчетливо восстанавливаются огрызки воспоминаний, для меня — не совсем уж далекие, когда и коктейли покупал, и на дискотеку бежал, страдал по взрослому, ну и чего там — всех вокруг на х*й посылал. Можно сколько угодно не замечать этой проблемы, но она остается не раскрытой: школьники в этот раз девятого «Б» — это подростки каждого поколения, не понятые взрослыми, да и друг другом тоже. И совсем не суть, что девять дней в фильме Германики тянутся как кисель, а концовку знаешь, еще не посмотрев, тема взросления попала в точку, и пусть все чернушно, мерзко и порой совсем противно, зато — неприкрыто, зато — честно, совсем как в обычной нашей жизни.