- А теперь — наш специальный корреспондент Саймон Хант из Боснии. Два года гражданская война раздирает этот маленький клочок земли. Доктор Боганович и боснийская армия и дальше продолжают вытеснять боснийских мусульман с их территорий. Сегодня атаке подверглась еще одна деревня, которая была под защитой ООН.
Саймон, некоторые источники утверждают, что именно боснийские мусульмане напали первыми, что и привело к сражению.
- Это не была битва. Это была резня.
- Саймон, я думаю, что ООН обеспокоено…
- О ком ты говоришь? Ты имеешь в виду датчан? Ха, они сегодня на пограничной зоне так нажрались, что… ты даже представить себе не можешь.
- Спасибо, Саймон, мы…
- Этих людей КАЗНИЛИ. Женщин насиловали. Детей убивали. Что ты хочешь сказать? Что тебе наплевать, да? Дружище, скажи мне.
- Саймон, мы в прямом эфире.
- Да мне на*рать, хоть в параллельном, блин………

…………. Работаешь, как машина, зарабатывая деньги. Дорогая одежда, роскошные виллы, награды. Как говорят у них, на ТВ? «Все эти награды — как геморрой: в конечном итоге любой их получает».
А есть и другая сторона. Грязная, но более правдивая. Более жесткая и циничная. Цинизм — от жесткости? Ха. А если — иначе? Если — оттого, что ты слишком много в своей жизни видел грязи? Как вам такая сторона медали, господа, вольготно расположившиеся в своих кабинетах и стремящиеся писать о богемной жизни и гламурных тусовках? Не грязь, чистенько. А сбросишь маску псевдочистоты — еще большая грязь полезет.
Хм. Зато неплохо платят. А вы будете оправдывать свою лень и нежелание лезть в грязь общими фразами про «я должен кормить свою семью».
Саймон тоже ее кормил…бы. Если бы у него была семья. Но ее не было, он был волком-одиночкой. У него было желание показать правду во всей ее жестокой красе. На гребне волны, на острие ножа, на краю пропасти. Там — эти двое. Саймон Хант, тележурналист. И Дьюк — его оператор.
Кровь. Грязь, много грязи. Взрывы. Роскошный момент в фильме — Саймон под обстрелом подбирает из пыли окурок, прикуривает. Здесь ему не подадут дорогие кубинские сигары. It’s real life, baby.
Саймон совершил прокол. Даже имея принципы, ты должен подчиняться Системе. У Системы — свои законы. Вот наиболее распространенные:
1. Если ты в прямом эфире — никаких лишних слов. Не забывай, что на тебя смотрит вся страна;
2. Ты помнишь, кто здесь Главный?
3. Ты помнишь, что ругать власть — Запрещено?

Саймон нарушил все три правила. После этого следует забвение. Не-е-е-т, твое имя будут упоминать юным журналистам, как «одну из звезд». Но руки тебе не подадут, приглашение на банкет на твое имя не выпишут, хорошую работу не предложат. Потеряв имя, ты становишься социальным трупом.
Руку жали Дьюку. Приглашения выписывали на имя Дьюка. Работу предложили Дьюку. Туда же, где раньше блистал Саймон.
Дьюк вернулся в Нью-Йорк. Саймон — остался в Боснии. Сорвавшись один раз, быстро добрался до дна. Креативные идеи, и полный финансовый ноль в их реализации. Репортажи для местных новостей. Бла-бла пару слов в камеру. Долги мелкие и крупные. И выпивка. Много выпивки.
Дьюк шиковал года 4. Вспоминал ли он Саймона? Черта два. Если только, как тень прошлого, и дань прошлому. Он достаточно вольготно расположился в его ячейке, и продолжал работать на Систему, до той поры, пока ему не предложили вернуться в Боснию и снять репортаж. В сопровождении юного выпускника Гарварда, по совместительству — сына вице-президента телеканала, Бенджамина.
Представили себе эту «нагрузку»? Именно их, обленившегося бывшего напарника и юного папиного сынка, нашел в Боснии Саймон Хант, чтобы предложить им отличное дельце. Разыскать боснийского террориста № 1 — «Лиса». Он же — Драгослав Боганович, за голову которого правительство США предлагает 5 000 000 долларов.
А точнее, «папенькин сынок» увязался сам. «Взрослые дяди, я тоже хочу поиграть в ваши циничные и опасные игры».
Без оружия. На раздолбанной Тойоте «непривлекательного» желтого цвета. Без определенного плана. Практически без денег. В горы. В самое пекло террористов.

Даже без денег Саймон ничего не делает просто так….

Реалистично. Правдиво. Жестко. Справедливо.
Любовная линия идет красной строкой, но кто бы сказал, что «авторы перегнули с сантиментами».
Герой показан реальным человеком. Со своими комплексами и страхами. Не марионетка, желающая казаться красивой. А живой человек. С правом на ошибку. И правом на попытку ее исправить.
Злодея ждет достойный финал *усмешка*.
Более чем.

Война показана на надрыве людей, а не на обилии трупов. Хотя одна оторванная нога в кадре мелькнуть успела.
Одно животное в ходе съемок «пострадало». Главный злодей любил охоту на лис. Но муляж убитого лисенка погоды не делает, как и нога.
Итог: фильм — не стопроцентно мужской. Женщинам тоже рекомендуется. Но романтики «Неспящих в Сиэтле» от него не ждите. It’s real life.