Накануне гибели сенатора Роберта Ф.Кеннеди в штабном отеле демократической партии «Амбассадор» происходят разные не связанные друг с другом события. Один (Вуд) женится, чтобы избежать отправки во Вьетнам. Другой, черный повар-националист (Фишберн), шпыняет подчиненных-мексиканцев. Третий (Катчер) формирует рынок сбыта легких наркотиков в среде юных демократических активистов. Двадцать два главных героя картины (ни один из которых не является Робертом Кеннеди) не догадываются, что в ближайшие часы их жизнь непоправимо изменится, а любые формы политического идеализма отойдут в мир иной.

«Бобби» организован по принципу ювелирного прилавка, на котором аккуратно разложены блестящие дорогие предметы — от Шарон Стоун до Деми Мур (в роли постбальзаковской поп-дивы). Но для того чтобы украшения заиграли хоть чем-нибудь помимо ценников, нужна как минимум подходящая женщина, а в нашем случае — подходящий режиссер. Звезда кинофильма «Могучие утята», старший сын Мартина Шина, а следовательно — потомственный демократ Эстевес демонстрирует в своей (уже далеко не первой) режиссерской работе волю не столько режиссерскую, сколько политическую. Понятно, что тогда, в 1968-м, многие сильно расстроились, а сейчас Демократической партии как никогда нужна голливудская поддержка. Но сравнительная бессюжетность и полифония, видимо, хорошо смотрятся только в комплекте с Робертом Олтманом. У Эстевеса не увлекают ни диалоги, ни ситуации, а увлекают только парики, усы, банты и бакенбарды, равномерно распределенные между участниками звездно-демократической процессии. Самые молодые участники которой, увы, абсолютно безнадежны в смысле проникновения в дух воспеваемой эпохи. Застывший на лице у Эштона Катчера вопрос «Где моя тачка, чувак?» — все-таки не самая прямая ассоциация с утраченным идеализмом 60-х.