В соответствии с вековой традицией старейший бандитский клан Во Синь, держащий под контролем половину гонконгского наркотрафика (и, кажется, весь общепит), каждые два года выбирает себе председателя путем открытого голосования среди дядюшек-старейшин. В преддверии очередных выборов все ставят на Большого Д (Тонни Люн Ка Фай), героя газетных передовиц и любителя пиджаков в полоску, который хоть и пустозвон, но умеет решать вопросы, к тому же загодя занес нужным людям по пакету денег. Когда все практически решено и люди Большого Д уже заказали банкетный зал на 40 столов, самый толстый (и самый серьезный) из дядюшек — дядюшка Тэнь (Вонг Тин Лам), до того тихо позвякивавший чайными принадлежностями в темном углу, вдруг сообщает из этого своего угла, что коррупция подрывает моральный авторитет триад, и в этой связи поднимает пухлую ладошку за немногословного, похожего на бухгалтера Лока (Саймон Ям). Большой Д в недоумении, все потихоньку готовятся к войне, старший комиссар Хуй (Дэвид Чан), периодически возникающий в дверях со словами «Вы все арестованы», делает это скорее для проформы — этой игре, как и традиции демократических выборов в триадах, уже много лет.

Картина гонконгского классика Джонни То — первая за десять с лишним лет полноразмерная гангстерская опера, представитель великого жанра, триумфально вышедшего на пенсию в скорсезевском «Казино» и, казалось бы, не имеющего шансов в современном мире. Ну какие, в самом деле, сейчас оперы: Лука Брази давно спит с рыбами, внуки Майкла Корлеоне получают MBA, толковать о чести семьи и расстреливать конкурентов на параллельном монтаже с крестинами, кажется, стесняются даже постановщики третьеразрядных гангстерских комедий. «Выборы», однако, сделаны настолько всерьез и в точку, что мороз по коже. Традиционный сюжет о старых ценностях, вроде бы трещащих под натиском новой практичности, но в итоге стабильно прорастающих из-под белых воротничков и цивильных причесок у каждого очередного поколения блюстителей семейного бизнеса, подан тут без единого выстрела, зато с поразительным пониманием вопроса.

Где-то на середине фильма у двух боевиков, вплотную занятых своей непосредственной работой (один забивает другого небольшим бревном, другой старается умереть, но не прогнуться), одновременно звонят мобильники — непосредственные руководители сообщают обоим, что обстановка изменилась и теперь они должны друг другу помогать. Выражение, появляющееся в этот момент на физиономиях двух взмыленных, окровавленных людей, что называется, бесценно — видно, как воспетая еще в «Крестном отце» гангстерская максима про «ничего личного» борется в их головах с нормальным человеческим пониманием того, что оба, кажется, в свое время ошиблись с выбором профессии.

Жизнь триады у То показана как работа корпорации — не лишенная размаха, но в целом состоящая из текучки и непочтенной будничной возни (наравне с героином «черные братья» возят в обход карантина мороженых кур). Заклинания духов предков и разговоры об общем благе идут параллельно с разворовыванием фондов, запредельная бандитская лихость демонстрируется на одной площадке с запредельной же глупостью — как всякий действительно выдающийся гангстерский фильм, «Выборы» — это что-то среднее между экскурсией в зоопарк и лекцией по универсальным моделям человеческого поведения. Центральная линия — поединок крикуна, грозящегося всех порвать, и молчуна, который точно знает, когда именно надо стукнуть противника по затылку, — универсальна настолько, что кажется, мы пару раз уже видели ее в новостях. В этой связи, конечно, крайне любопытно, выйдут ли у нас на большом экране «Выборы-2» — фильм еще более мастерский, где к тому же вплотную обсуждаются третий срок и поиск преемника, а на смену честному, но довольно бесполезному комиссару Хую приходит скромный работник материкового КГБ, доступно разъясняющий триадам их роль в судьбе великой страны.