Мирабелла (Дейнс) — очень красивая, трогательная, из Вермонта — стоит за прилавком галантерейного отдела в лос-анджелесском универмаге Saks, иллюстрируя собой тезис О.Генри о том, что жизнь девушки в городе состоит из слез, вздохов и улыбок, причем вздохи преобладают. У Мирабеллы маленькая зарплата и нет друзей — только кот; она пьет успокоительное, но тайком, так что когда таблетки заканчиваются, не сразу понимаешь, из-за чего слезы. Здесь вообще масса вещей происходит украдкой — так будто зрителю не обязательно про них знать. Скажем, котов у героини не один, а два, просто второй — аутист и никогда не выходит из-под кровати.
«Продавщица» сделана по роману, который пять лет назад неожиданно для всех написал комик Стив Мартин, и правда похожа на нью-йоркские рассказы О.Генри — простым мечтательным ритмом, общей прозрачностью, но не призрачностью (английский режиссер Такер верно чувствует свою задачу — не мешать; Сушицкий, постоянный оператор Кроненберга, чертит камерой по прямой и трогательно сбивает резкость в момент поцелуя). Автор романа появляется ближе к середине в довольно обидном виде такого Рея Портера (Портер — настоящая фамилия О.Генри, но это почти точно случайность) — мужчины c двумя домами, который ухаживает за героиней со сдержанной щедростью человека, привыкшего считать деньги. Рей Портер неплохой, он старается не обижать девушку и пару раз даже делает достойные поступки, но все равно понятно, насколько она лучше его.
Говоря об играющей главную роль артистке Дейнс, в первую очередь, надо сказать о ее попе. Попа эта (в ключевой романтический момент героиня оборачивается к герою именно ею) очень хороша сама по себе и совершенно конгениальна попе Скарлетт Йоханссон, фигурировавшей на начальных титрах «Трудностей перевода». У Йоханссон попа была в трусах, а у Дейнс — без, но обе они выполняют одну и ту же функцию — последнего аргумента, исчерпывающего невербального высказывания, идущего в ход, когда слов больше нет, а выражения лица закончились. Как сам фильм, она мягко, но настойчиво сопротивляется жанровой классификации (Попа — это романтический элемент или комический? Это, в первую очередь, красиво, смешно или все же грустно?). Обращенная к зрителю, она из случайной милой находки незаметно превращается в архетип — ее, есть шанс, со временем включат в кинословарь как символ пресловутой новой искренности.