Пит служит менеджером в фаст-фуде «Пиггли-Виггли» (о-ля-ля!) и влюблен в белокурую подавальщицу Розали Фатч. Розали Фатч, как и все девушки их виргинского захолустья, влюблена в героя голливудских мелодрам Тэда Гамильтона. Тэд Гамильтон, в свою очередь, загремел на обложки желтой прессы с сигаретой в зубах, бутылкой в руке, за рулем авто и с неопознанной поддатой бабенкой под мышкой. Чтобы восстановить тэдовский образ «почти святого», его агенты придумывают благотворительную акцию в фонд голодающих детей «Выиграй свидание с Тэдом Гамильтоном». Свидание, разумеется, выигрывает мисс Фатч.

Думаю, не открою сюжетной тайны, если сообщу, что в финале мисс Фатч найдет свое виргинское счастье не на борту частного самолета Тэда, а в виргинских объятиях Пита. Иного финала и быть не могло — это ж все-таки современный Голливуд, воспевающий картофельное счастье простых людей. Кое-что в «Свидании» все-таки удивило. Это Тэд. Тэд Гамильтон, которому в среднестатистической картине такого рода уготовили бы роль мишени для шуток над богатыми и знаменитыми, оказался единственным неходульным персонажем. Тэд с такой обреченностью идет на свидание с «виргинской тетехой» не потому, что высокомерен, а потому, что уверен: в конце она непременно захочет заглянуть в его спальню; он, миллионер, вынужден отрабатывать свое право на место наверху, как проститутка. Тэд едет в Виргинию не из куража — отказ тетехи заинтриговал его. В сцене, когда Пит должен бы унизить Тэда, взалкавшего простых деревенских радостей, Тэд оказывается на высоте: ну разумеется, он прекрасно доит коров — он играл в ковбойских фильмах. И колет дрова Тэд лучше Пита — в кино, где все нужно делать красиво, ему доводилось изображать крестьян. И его слова метят в самое сердце — ведь их сочинили величайшие драматурги, а Тэд запомнил по репетициям. И если б не Тэд, виргинские тетехи и их ухажеры даже не узнали бы о существовании романтики — это Тэд своими ролями подарил им мечту о вечной и красивой любви; первый поцелуй Пита и Розали будет точь-в-точь как в финале той мелодрамы с Тэдом про солдата, над которой плачут виргинские зрители в начале фильма. Добавьте к этому умную операторскую работу — кадры с Тэдом, на которого смотрит Розали, четки и многоцветны, как в голливудских фильмах 1950-х, а с Розали, на которую смотрит Тэд, более обыденны: источники света, помещенные за спину Розали, размывают цветовые контуры вокруг нее, делая картинку более бледной. Агиткой простой жизни прикинулось нежное и по-доброму ироничное признание в любви редким особям — обитателям Голливуда, которые сами обнесены даром любить, но дарят любовь всему миру.