Мальчик случайно подсматривает свадебную процессию кицуне (лисиц), а этого делать совершенно нельзя. Кицуне приносят в дом ритуальный нож, что б паренек покончил с собой – единственная расплата за подобный поступок. Родители на стороне лесных духов. Другой мальчик видит духов срубленных персиковых деревьев, которые снисходительно дарят ему чудесный последний танец цветущих деревьев, так как он плакал, когда их рубили. Отряд альпинистов продирается сквозь холод и лютую снежную бурю к затерянному лагерю. А вот отряд другого парня – уже никогда не вернуть, он погиб в бою и единственный выживший их командир встречает марширующие трупы в горном туннеле. Японский художник настолько проникается творчеством Ван Гога, что проваливается в одну из его картин и встречается с его автором, получая несколько полезных и ценных советов. Происходит авария на атомной станции близ горы Фудзи, в результате чего происходит ее извержение, в живых вряд ли кто останется, по крайней мере в том виде, в котором они были раньше, как рассказывает одинокий демон странствующему в атомном кошмаре путнику. А вот люди, что не знают не только об ядерном синтезе, но и других благах цивилизации, живут долго, а главное – счастливо. Сны Акиры Куросавы. Его прижизненный памятник, сотворенный собственными руками.
По сути, «Сны» задумывались как последний фильм Акиры Куросавы и лучше так его и воспринимать, несмотря на то, что после него он снимет еще два фильма. Автор испытывал проблемы с тем, чтобы творить у себя на родине. Японские киностудии давно не шли с ним на контакт, а картины Куросавы появлялись раз в пять лет благодаря финансированию иностранных продюсеров – то из СССР, то из США, то из Европы. Так что надеяться Куросаве на какое-то стабильное и уверенное будущее для своих фильмов не мог.
И, что символично, Куросава снимает в той форме, к которой он стремился весь свой финальный период – сны. Практически каждый фильм в той или иной степени и уже очень давно тяготел к снам. Даже «Великолепное воскресенье» в большой степени проникнуто жизнью в мечте, не говоря уж о кошмарах картин «Ран» и «Тени воина». Так что нет ничего удивительного в том, что «Сны» на этот раз полностью погружены в странные, порой вновь пугающие, сновидения.
Как и предыдущие работы режиссера, «Сны» визуально близки стилистическим традициям позднего периода творчества Куросавы. Не в последнюю очередь благодаря тому, что над ним работал тот же костюмер, что и для фильма «Ран», который выиграл Оскара за дизайн. Более того, картинка фильма представляет собой выжимку, квинтэссенцию всего того пиршества для глаз, что отличала практически все цветные фильмы японского автора.
Так же нет никаких сомнений, что каждый сон из фильма – это та или иная нить воспоминаний или страхов самого автора. Ничего нового тематически Куросава здесь не проявил, разве что рассказал о своих детских страхах и мироощущении. Но, что символично, картина в своем финале приходит к относительно веселому финалу, при всей своей грусти. Автор будто говорит, что все умирает, всему приходит конец, жизнь течет как река, но это нормально и в чем-то даже хорошо.