За всю историю существования американской театральной премии "Тони" пуэрториканец Мигель Пинеро - единственный зэк, который ее удостоился. Дело было в 1974 году; информационный повод - пьеса "Близорукие глаза", написанная Пинеро в тюрьме и поставленная на сцене в Нью-Йорке.

Личность - титаническая. Прорыв пуэрториканской культуры во всеамериканском масштабе - его рук дело. Не только сам писал пьесы и стихи, но и воспитывал новых драматургов, уже за право играть в пьесах которых готовы были удавить друг друга Роберт Де Ниро и Аль Пачино. Наркоман-алкоголик раблезианского аппетита - объем героина, пущенного Мигелем Пинеро в путешествие по собственным венам, исчисляется галлонами; коноплей, скуренной Мигелем Пинеро, можно было бы засадить не один гектар земли; ромом, выпитым Мигелем Пинеро, можно было бы заполнить устье реки Амазонки. Вор фальстафовского размаха, крал все, что не прибито гвоздями: аргументом друга-гея, у которого поэт находил приют в тяжелые времена, в споре о патологическом воровстве Пинеро было: "Единственный раз, когда я засунул палец тебе в задницу, ты так ее сжал, что снял обручальное кольцо моей матери, которое я носил после ее смерти".

Фильм о Пинеро скандирует сценами - митингами художественных акций, политических перформансов и театральных представлений. Читает речитативы черно-белых кадров "под хронику" с вечно пьяным и веселым героем. Слепит прожекторами нью-йоркской ночи, на которой снимает шубы с дам по дороге на собственную премьеру вор-драматург. Вся эта демонстрация стягивается, как собравшиеся манифестанты - идеей, магнитом игры Бенджамина Братта. В прошлом - герой-любовник без права голоса в дамских развлекательных фильмах, вроде "Лучшего друга" и "Мисс Конгениальности", больше известный как "то-обо-что-опирается-Джулия-Робертс-когда-выходит-в-свет", оказался актером такого напора, что вслед своему герою крадет сердце зрителя прямо из зрительного зала.