Муж мастурбирует под душем, жена подстригает розовые кусты и делает карьеру, дочь нервничает из-за прыщей и равнодушия мальчиков — обычная жизнь средней американской семьи. Может, все бы они так и жили долго и счастливо и умерли бы в одночасье, если б не кокетливая старшеклассница, школьная подруга дочери. Муж, глядя на нимфетку, замечтался. И спала с его глаз пелена, до этого он жил в кукольном доме своей жены, по ее планам и в соответствии с ее фантазиями. И нет ничего легче, чем послать ее к чертям, купить «понтиак» 1970 года, бросить работу, тягать железо в гараже и курить косяки. Так и сделал. Ровно за неделю до смерти. «Вы видите мои последние дни», - предупреждает в начале фильма голос за кадром. Это предупреждение бросает тень неизбежной трагедии на то, что могло бы быть провинциальным фарсом. Первоклассные характерные актеры, Кевин Спейси и Аннет Бенинг, играют почти водевиль, с супружескими изменами, кризисом среднего возраста и бесом в ребро. Но оттого что смотришь это в ретроспекции погибшего героя, водевиль не то чтобы не смешон — он странно красив, как красив проливной дождь в солнечный день. Как жизнь, которую покинул навсегда. Дебютант Мендес совершил ту же операцию, что Камю в «Постороннем»: вырвал людей из течения жизни, поставил героя вне привычки к самому себе. Но средства Мендеса— хлесткие диалоги, фрейдистские образы-шифры, густые, как в пьесах Теннесси Уильямса. Спецэффекты спилберговской студии DreamWorks Мендес использовал на сны героя: лепестки с жениных роз опадают на тело голой нимфетки. Даже компьютер он заставил чтить культурную традицию, символистскую в данном случае. Вспоминаешь классиков ХХ века не случайно: «Красота» — это новая классика, и даже ее 8 номинаций на «Оскар» — довольно скромная тому дань.