(по случаю юбилея спектакля «Скрипач на крыше» театра им. Качалова)
«Между сценой и небом»
Театр им. Качалова в конце зимы отметил юбилей спектакля. Знаменитый «Скрипач на крыше», идущий здесь уже 10 лет, был сыгран в 250-й раз.
«Скрипач на крыше» Качаловского театра стал явным опровержением мнения о незамысловатости и легковесности мюзиклов. По определению режиссера, это спектакль о том, что жизнь многограннее, шире, чем любой постулат, даже самый высоконравственный и отработанный временем.
Вот эта самая жизнь поет, танцует, плачет и смеется на сцене. Режиссер просто оставил без внимания имеющиеся под рукой штампы, т.е. самые общие впечатления и от бродвейского мюзикла, и от известного фильма, и вдохнул в драму про «скрипача на крыше» новую жизнь, жизнь на сцене драматического театра. Получился спектакль трогательный и красивый, без оглушающий дребедени шоу и сусальности мюзиклов.
Название «Скрипач на крыше» восходит к картине М. Шагала. Художник-постановщик спектакля Александр Патраков цитаты из Шагала вынес на суперзанавес. И декорации создал созвучные образному строю художника. А декорации – выстроенные лесенкой ряды домиков – просты и сказочны. Маленькие домишки, словно птичьи гнездышки, они и не стоят на земле, а парят в воздухе. Этот маленький, то ли убогий, то ли уютный мир, поэтичность которого в один момент оборачивается беззащитностью. Это картина мира жителей Анатовки, метафора их жизни, которая держится на хрупкой и в то же время невероятно прочной конструкции истинных ценностей, подкупающих наивной и естественной красотой.
В этом мире каждый - скрипач на крыше. Удержать равновесие помогает обычай. К слову, нынче явление почти забытое, во всяком случае, в том истинном понимании крепкого единомыслия и сплава нравственных устоев поколений. Спектакль открывается большим танцевально-песенным номером: своеобразным гимном обычаю. И дальше эта музыкальная стихия так и несет героев и зрителей в едином потоке жизнелюбия и веры в Бога, в человека, в возможность счастья. Вся философия спектакля вырастает из сценических событий и поднимается над землей Анатовки незримым облаком. А на сцене – жизнь, во всей ее натуральной яркости. Обыденность деревеньки представлена через характеры темпераментных ее жителей, полотно сценической жизни играет всеми красками, и краски эти густые, как деревенская сметана, сочные, как импортный персик.
Персонажи с завидной легкостью пускаются в пляс. Танец для них – естественное состояние, обычное проявление жизни, которая немыслима без плавных ритмичных движений и пения – опять же, как самого простого и близкого, родного способа выражения мыслей, чувств.
Режиссер взял да и оставил на сцене живых людей. На фоне того, что нынче называют продвинутым современным театром, рядом с энергичными физическими упражнениями и новейшими техническими приспособлениями, этот спектакль - творчество.
Прочно, почти скульптурно вылеплен рисунок каждой актерской работы. В наш нервный век герои поражают своим здоровьем душевным, духовным, внутренней цельностью. Актеры радуют настоящим мастерством и вдохновенной игрой.
Трогательные и в то же время искрометные дочки Тевье-молочника. За 10 лет жизни спектакля в Качаловском театре некоторые актрисы успели сыграть и не одну дочку. Все на редкость органичны, такие настоящие, серьезные и смешливые, нежные и, как оказалось, готовые к любым трудностям. Под стать барышням и женихи: комичный портной Мотл (М.Голубев), и слегка актерствующий студент Перчик, рвущийся изменить мир (И.Славутский), и по-русски простой писарь Федя (И.Скрябин), - играют ярко, но без пережима.
Нарочито строгая, но и по-женски чувствительная и чуткая красавица Голда (Е.Галицкая), живущая только ради семьи, сплетающая свое девичье царство в дружный хоровод семьи Тевье-молочника.
И, конечно, сам Тевье. Михаил Галицкий играет эту роль все 10 лет. Играет, по его признанию, не абстрактный образ литературного героя, а своего родного деда – главу большущей семьи, человека, на долю которого выпало много трудностей, но всегда хватало сил на меткую шутку, на спасительный юмор. Вот таков и Тевье-молочник, эдакий богатырь с лукавым прищуром. Кроме жены, у него нет помощников. В спектакле он и разговаривает в основном со Всевышним, с самим собой да иногда обращается к невидимому собеседнику, роль которого охотно играют зрители в зале. И ловят каждое слово, каждый жест, каждый нюанс в выражении лица Тевье, и смеются с особой радостью, даже с благодарностью, потому что умные и добрые шутки – нынче редкость. С Богом герой на «ты», почти на равных. Сам Тевье с его простой мудростью, в собственном доме оказывается почти Богом. Ведь это он умеет найти выход из любой ситуации. Чего стоит только сон с явлением покойно бабушки, придуманный им для убеждения жены в правильности выбора дочери Цейтл, решившей выйти за нищего портняжку, а не за богатого мясника. И в конечно итоге именно он делает своих детей счастливыми, благословляя их на брак по любви.
К счастью, празднование юбилея – отнюдь не прощание со спектаклем. Да и не отпустит город своего «Скрипача»: с казанским зрителем у этого спектакля особые отношения.
Нина Максимова.