Детская приставка Wii переключается на новую аудиторию

Краткая история Wii: Nintendo много лет билась с Sony, Sega и чуть позже с Microsoft, наращивая вычислительные мощности своих приставок; потом плюнула и сделала гибрид домашнего спортзала с игрой пятнашки, на котором заработала миллиард. Попутно предводитель Nintendo Сатору Ивата (визионер, гений, далее по списку) чуть не уничтожил новорожденный британский феномен «новой игровой журналистики» — когда о видеоиграх пишут, условно говоря, в формате «Афиши». Многие сошли с ума в попытках высказаться таким образом о бестселлерах Wii: наборе зарисовок из жизни кроликов-дебилов, галлюциногенных приключениях усатого водопроводчика в космосе или вообще о доске для пилатеса.

Видимо, в тот момент, когда Ивата и его друзья окончательно поняли, что им можно все, Wii решено было слегка повернуть лицом к людям, которых в цивилизованном мире принято считать основными потребителями видеоигр, — мужчинам ­хорошо за двадцать. С интервалом в несколько дней вышли The House of the Dead: Overkill, MadWorld и Dead Rising: Chop Till You Drop — вещи, явно и намеренно выделяющиеся из обычно­го нинтендовского репертуара. Несмотря на разных авторов, у игр много общего: например, кровища, развеселый гротескный садизм и прямолинейные, но занятные кинематографические аллюзии. Dead Rising — большой привет Джорджу Ромеро и его зомби; в свое время у Capcom, кажется, даже был с режиссером по этому поводу судебный скандал. HotD — упражнение в грайндхаусе со всеми полагающимися обрывами «пленки» и кричащими титрами. С MadWorld, кажется, в последний момент стерли подпись Фрэнка Миллера: здешняя резня бензопилой раскрашена в черно-бело-красные тона «Города грехов». Везде изобретательно используется Wii-контроллер: потрошение монстра движением запястья, оказывается, удивительный способ взаимодействия с картинками на экране, совершенно новый уровень условности.

Это уже не гимнастические тренажеры, но по-прежнему и не совсем игры: HotD, например, выступление в детсадовском жанре «тир на рельсах», где нельзя управлять даже собственными передвижениями; Dead Rising — вообще ремейк трехлетней давности игры для Xbox 360; MadWorld — довольно безмозглая штука, где насаживание врагов на фонарные столбы гораздо важнее всего остального, включая логику, сюжет и чувство меры. Поначалу это смущает, но потом становится понятным один момент.

Современные видеоигры (особенно на конкурирующих с Wii системах) обычно перегружены смыслами. Они то ­на­зидательно зачитывают пользователям учебник истории, то изо всех сил стараются походить на драматический театр или эстрадные выступления, то накручивают вокруг себя ­мно­гоуровневую мифологию — иногда все это сразу. В игры стало нельзя просто играть — теперь все требуют ассоциировать се­бя с главным героем или уж как минимум выучить наизусть пару десятков комбо-ударов. Несмотря на свою взрослость, вышеописанные дневники мертвецов не страдают ничем таким и не стремятся заменить собой реальность: это как двадцатилетней давности игровые автоматы в фойе кинотеатра «Орленок» — бросил монетку, пострелял в кораблики и забыл. Словосочетание «новая искренность», кажется, теперь проходит в журнале по разряду запретных, но тут ничего не поделаешь — это именно она.