Он посопротивлялся — выставку его фоторабот вместе с крупноформатной живописью, воспроизводящей те же фотоработы в размере билборда, надо было назвать как-то, чтобы фигурировало слово «фотография» в заголовке, что-нибудь типа «photography-based works»; но Эрмитаж счел такое название куцым, в итоге на афишах — «Деннис Хоппер в Эрмитаже». Что, конечно, тоже правда. Отчасти. Поскольку все равно оказалось, что и Эрмитажу не заполучить Хоппера целиком. Даже если у дверей выставки художника Хоппера, как сейчас, стоит десяток мониторов, где транслируются сцены с участием Хоппера-актера. Которого, поскольку более известен, упоминанием не обойти. Чтобы было сразу понятно, о ком речь. Хоппер трудноуловим: кто это такой вообще, что это такое? Эдвард Хоппер — есть такой художник; а Деннис Хоппер, он ведь киношник? Ни за что не отказаться от мысли: боже, он еще и рисует! И фотографирует! Вот и приходится предупреждать, что речь идет не о любительской деятельности муви-стар (мониторы у входа, по идее, работают не на добавление, а на вычитание Хоппера-актера из гипотетического Хоппера-вообще), что мы имеем дело с самостоятельным автором, который… А что, собственно, который? Который photography-based works? Который постоял у истоков? Который что-то еще? Наверное, что-то еще. Так-то трудно судить. Выставку прошлого года, для Лос-Анджелеса и Нью-Йорка, — большую, презентабельную, — автор был вынужден обкорнать под размер залов в полуподвале Зимнего дворца. Оставил то, для чего, в частности, не нужен живой свет — которого в данном полуподвале нет. Требовалось превратиться из Хоппера-вообще в Хоппера-какого-то-именно, например, в автора недурных, совсем недурных фотографий начала 60-х — в манере, свойственной началу 60-х, Виногранду и Фридлендеру: четко-эмоциональные, выверенные ситуации, знакомые все лица, Пол Ньюмен, Уорхол, тусовка. Плюс photography-based works, которые Хоппера-художника описывают по касательной.

С Хоппером так: он не первый эшелон, а извинения типа «опоздал, был занят, бухал с Пресли» — это будет глупо. Хоппер выбирал для Эрмитажа, вычищая свое творчество, — надо думать, чтобы показать все-таки такого Хоппера вообще, который не просто что-то там снимал, где-то там снимался, но прежде всего художник, — Хоппер выбирал и выбрал вещи, подпадающие под определение «поп-арт». Работа с фотоимиджем и разгон его до размеров рекламы; фотографии поверхностей разных стен — с расчетом, что эти фрагменты будут выглядеть как готовые картины; это все принцип поп-арта. От Хоппера-что-то-еще, который равно похож и на Хоппера-художника, и на Хоппера-актера, и на Хоппера-вообще, с его непрестанными озарениями-затмениями, — имеется один зальчик, где инсталляция со снимками хьюстонского перформанса.