Феноменальный этноджазовый перформанс про жизнь, смерть и Гоголя
Девушка в белом платье и черном тюрбане, с длинными волосами, заплетенными в ямайские косички, выжимает из виолончели гудящую низкую ноту. Две другие девушки, тоже в платьях и тюрбанах, стучат в большие барабаны. Рядом с ними — лысый бородатый мужчина, облаченный в какую-то мешковину, он отбивает ладони о перкуссию. Потом девушки начинают петь на украинском — по-народному звонко и лихо, нагнетая атмосферу, наращивая темп. Потом вступает мужчина. Потом они берутся за диджериду, клавишные, колокольчики. Тем временем за их спинами, в комнатах дома, воздвигнутого на сцене, появляются парни и девицы. За час они успеют провести вместе тревожную ночь, отправить парней на войну, встретиться лицом к лицу со смертью и превратить все происходящее в мистерию о походах в иные миры. Ближе к концу на сцене нарисуют зеленым лазером профиль Николая Васильевича Гоголя. В самом конце будет ошеломленное молчание. После — аплодисменты.
«ДахаБраха» — те самые девушки, с юности учившиеся фольклорному вокалу, и тот самый мужчина, дипломированный филолог и бывший актер; формация, отпочковавшаяся от удивительного киевского театра «Дах»; наконец, безусловно лучшая группа в области world music на одной шестой — и нет, я не забыл ни про альянс Федорова– Старостина–Котова, ни про питерских VeDaKi. Неторопливо елозя смычком по виолончели, выстукивая ритмы кочевых племен, раздувая меха аккордеона, распевая зычными сельскими голосами, они созидают объемный, гулкий этноджаз совершенно гипнотического толка; переходя с мовы на английский и обратно, чередуя тихие причитания с плясовыми частушками, сращивают украинскую свадьбу с африканскими похоронами, фольклорные традиции с зыбучим минимализмом. Если «ДахуБраху» с кем-то и сравнивать, то не с ансамблями песни и пляски, а, допустим, с Black Ox Orkestar — был такой печальный еврейский оркестр на лейбле Constellation, но и это, конечно, нисколько не исчерпывающая аналогия. Сейчас они везут в Москву свой венец творения — концерт-спектакль «Dreams of the Lost Road», где под их смертные колыбельные и хтонические танцы показывают фантасмагорические картины актеры этого самого «Даха», и, ей-богу, по силе визуального впечатления это сравнимо с недавним московским концертом Massive Attack. «ДахаБраха» — это, пожалуй, пример того, что можно искать и находить в вековых традициях; в них важна не столько аутентика, сколько присутствующая в музыке почвенная сила, если угодно — та самая соль земли. Если совсем вкратце, это такие люди, которые в курсе, что строчка «Тиха украинская ночь» относится к ночи перед приведением в исполнение смертельного приговора.