Идол хонтологии и гипногогии в новом обличье

С виду Ариэль Пинк похож на какого-то гнума из линчевского вигвама: весь нескладный, вечно согбенный, в каких-то женских обносках, со спутанными волосами, того и гляди — заговорит неясными заклинаниями. Вид, надо сказать, соответствует образу: Пинк — крупнейший бес американского андеграунда нулевых, человек, записавший в свои 31 больше тысячи, что ли, песен, чудак-аутсайдер, не в последнюю очередь благодаря которому к подпольным звукам начали прилагать термины вроде «хонтология» или «гипногогия». Это он чуть ли не первым сообразил, что у прошлого нет будущего — но у будущего есть прошлое, начал записывать песни, которые играли будто бы с осыпающей­ся, многократно пережеванной пленки, мутировали в процессе со­чинения. Инфантил, клоун, графоман; достаточно сообщить, что его кратковременный прошлогодний проект звался «Какашки и смешки».

«Before Today» — первый альбом Пинка, выпущенный на респектабельном лейбле, в связи с чем он подошел к делу ответственно (а скорее — ему просто дали денег); в том смысле, что если раньше его записи было принято срав­нивать с плавающим по частотам радиоприемником, то теперь приемник наконец на­строили. С одной стороны, тут звучат вполне распространенные в наши дни ве­щи — сид-барретовская психоделия, дэвид-боуиевский глэм, ­восьмидесятые, со­хранившиеся на средних частотах. С другой… Это все равно очень странная музыка, которая постоянно перепридумывается изнутри, теряет сама себя. Пинк умеет отчуждать саунд от собственно песен; кислотные мелодии и аб­сурдистские тексты (среди прочего имеются заголовки «Butt-House Blondies» и «Menopause Man») погружены в топленый, сгущенный звук, доносятся словно бы из какого-то фрейдистского сна, из мусорной корзины прошлого (вот вам и гипногогия с хонтологией). В каждом треке на «Before Today» есть некая манящая недосказанность, принципиальная незавершенность, почти что по Бахтину — и его термин «слово с лазейкой» здесь подходит идеально. Это наверняка совпадение, но уж очень судьбоносное: Ариэлем ведь звали и демона-демиурга из пелевинского «t» — вот и у Пинка песни все время вступают в диалог с собственным создателем, самовольно меняют предназначенную им судьбу.

А впрочем, надо учитывать, что в случае «Before Today» легко отвлечься от фи­лософии; в конце концов, это добрая порция по-хорошему странного психопопа с саксофонами, воплями и глюками — и мелодии этот гнум тоже умеет сочинять будь здоров как. В мире сказок, иными словами, тоже любят булочки.