Код апокалипсиса
Юбилейный сборник лейбла Hyperdub и судьбы английской электроники
«Я предпочитаю думать о Hyperdub не как о лейбле, а как о своего рода вирусе. Ведь даб, регги и вообще вся ямайская культура саунд-систем была запущена в британскую музыку именно как вирус. А мы — его новая мутация», — так владелец лейбла Hyperdub говорит о своем детище. «Как это звучит? Представьте, что микросхема плачет», — так он описывает своих новых фаворитов. «Когда вы лижете батарейку, у вас во рту возникает вот этот специфический металлический привкус — примерно так я отбираю новых артистов», — так он рассуждает о своей репертуарной политике.
Владелец лейбла Hyperdub по паспорту зовется Стив Гудман, а по сценическому псевдониму — Kode9; и вышеприведенные реплики — далеко не самые сложные из тех, что он способен произнести. Не вполне обычная ситуация для современной танцевальной музыки, главные герои которой, если смотреть правде в глаза, обычно изъясняются примерно как мелкие наркоторговцы в сериале «Прослушка» (то есть заменой всех конкретных и абстрактных понятий им служит слово shit). Гудман вообще мало похож на диджея или электронного продюсера. Он белый и выглядит как интеллигентный водопроводчик. В 90-х он был вовлечен в Отделение кибернетических исследований культуры — законспирированный конгломерат молодых философов, которые препарировали по Бодрийяру и Делезу рейв и техно. Через месяц у него выходит книга под названием «Акустическое оружие: звук, его воздействие и экология страха». Да что там — сам лейбл Hyperdub начинался как сетевой журнал, рефлексирующий на тему британской электроники. Доктор наук, работающий преподавателем в лондонском вузе, Гудман — живое опровержение популярного тезиса о несовместимости музыки (тем более плясовой) с глубокомысленными умствованиями; человек, воплотивший постструктуралистские теории в выдающуюся практику. 5 лет — небольшой срок, но Hyperdub есть что отмечать; я не уверен, что в 2000-х существовала более влиятельная звукозаписывающая контора. У Псоя Короленко была такая частушка: «Все Лаканы и Гваттари, все за хрен меня хватали»; так вот, посредством музыки Гудмана-Kode9 современная философия в буквальном смысле хватает тебя за яйца.
«Hyperdub 5» — подарок ко дню рождения, двойник, озвучивающий полную историю лейбла. Впрочем, у Гудмана, как у самопровозглашенного футуриста, своеобразные отношения с историей: лучшие, так сказать, хиты Hyperdub располагаются на втором, как бы бонусном диске; на первом — сплошь новые вещи. Однако и в такой конфигурации многое становится понятно. После того как Гудман сорвал банк, обнаружив и выпустив анонимного самородка Burial, Hyperdub поспешили счесть оплотом дабстепа, но это, конечно, не так. Hyperdub скорее не базис, а надстройка, причем не только над дабстепом, но над всей английской электронной музыкой 2000-х; над всеми этими фанки, вонки и басслайн-хаусами. Специалист в области использования звука в милитаристских целях, Kode9 и сам строит свою стратегию на военных принципах — постоянно маневрирует, работая не в рамках заданных схем, но поверх барьеров. На сборнике «Hyperdub 5» тому 32 разномастных доказательства. Шероховатые вибрации и захлебывающийся вокал King Midas Sound — детища Кевина Мартина, человека с тысячью псевдонимов (God, Techno Animal, The Bug и проч.), который когда-то и убедил Гудмана организовать лейбл. Кубриковская совершенно вещь «Aidy’s Girl’s a Computer» дуэта Darkstar с ее звенящей ритмикой и фантомом механического голоса. Окостенелый брейк-бит Кули Джи, отдающийся эхом старого соула. Паучья синтетика Зомби. Новый, призрачный трек Burial «Fostercare». Перекроенное R’n’B бристольского юноши Джокера. И так далее и так далее. И не следует думать, что здесь идет речь о каких-то сугубо исследовательских материях: клуб и танцпол подразумеваются, просто в каждом случае тут формируется новая азбука движения; «Hyperdub 5» — это целая наука тела. Вообще, в эпоху, когда названия стилей зачастую возникают раньше, чем сама музыка, вполне легитимным критерием оценки может быть то, что те или иные звуки нельзя прописать по какому-либо ведомству — и на «Hyperdub 5» таких звуков на два с половиной часа.
Гудман не зря получал научную степень: за всем разнообразием «Hyperdub 5» чувствуется общая философия. Не только философия звука — хотя и она тоже: здесь везде очень специально организовано пространство и чутко культивируется культура баса, — но и общее миросозерцание. Единомышленники Гудмана не первый год пишут тысячи знаков про тоталитарную подоплеку капитализма и конец истории; и на «Hyperdub 5» вся эта паранойя третьего тысячелетия переведена в песни. Бит хромой, неровный, нервный; низкие частоты подавляют волю; мелодии клинит, как сломавшийся лэптоп. Это музыка, в которой пульсирует тревога, это та самая экология страха, которой посвящен пресловутый письменный труд владельца лейбла: представьте, что микросхема плачет. Короче говоря, если это даб — то какой-то джон-донн-даб. И если это степ — то шаги вверх по лестнице, ведущей вниз.
По большому счету «Hyperdub 5» скорее не ретроспектива, а перспектива. Этим двум дискам идеально бы подошло название, которым Kode9 озаглавил когда-то свой первый альбом: «Memories of the Future». «Воспоминания о будущем».