Марисса Надлер — это американская девушка, которая выглядит как модель художника-прерафаэлита и поет как героиня «Маленьких трагедий» режиссера Швейцера: «Спой, Мери, нам уныло и протяжно, чтоб мы потом к веселью обратились». Песню для «Пира во время чумы» сочинил, помнится, Альфред Шнитке, Надлер же пишет сама, и пишет удивительно: сложно поверить, что ее баллады придуманы здесь и сейчас; кажется, что им лет по двести, что они были всегда. Рядом с Надлер любой из нынешних фолк-опрощенцев кажется манерным кривлякой. Даже строгая и гордая группа Espers, при помощи которой Надлер записывала свой третий альбом, тут выглядит оплотом маньеризма: электрогитары из кофров Espers — явно не про ее честь. Песни Надлер просты и печальны; как ни странно, с каждой новой пластинкой они не теряют звенящей ясности — и, в сущности, все они про одно и то же. Даже когда Надлер поет от лица вымышленной героини (как на прошлом альбоме — «The Saga of Mayflower May»), образ ее остается неизменным: это Офелия. Ее голос плывет в солнечном мареве, растворяется в студеной реке; она поет так, словно ее уже нет. Песня «Sylvia» на новой пластинке буквально заканчивается описанием медленного погружения под воду. Невероятной силы трагическая вещь Леонарда Коэна «Famous Blue Raincoat» — письмо лучшему другу, который уводит у героя любимую, — здесь спета так, как если бы Надлер вообще не сознавала, о чем поет, как будто она одержима, будто сквозь нее говорит нечто большее и лучшее, чем она. Все это попахивает дешевой псевдоготической мистикой, что совсем неправда. Музыка Надлер — земная, корневая, крестьянская в лучшем смысле слова, а смысл ее песен не в потусторонних прозрениях, а в простом и страшном цветаевском вопросе: «Мой милый, что тебе я сделала?»