Любимый коктейль 23-летней лондонской соул-певицы с красноречивой фамилией Вайнхаус называется Rickstasy — 3 части водки, 1 часть Southern Comfort, немного Baileys и бананового ликера. «Коктейль назвали в честь певца Рика Гилла, надеюсь, он будет платить по моим счетам, когда я заработаю цирроз печени», — смеется Эми. Пока что среди достижений этой темноволосой татуированной девушки-кокни с волнующим тембром голоса — платиновый дебютный альбом «Frank», две номинации на Brit Awards, шорт-лист Mercury Music Prize и вышедший в конце октября второй альбом «Back to Black», а также череда алкогольных историй разной степени скандальности.

Эми утверждает, что она не просто сильно пьющая соул-певица: «Вообще-то, я люблю готовить и дома убираться, я за ним (показывает на своего бойфренда-бармена) ухаживаю изо всех сил. У меня сейчас новая квартира, и мне нравится, когда приходит толпа гостей, — я им готовлю на ужин всякую экзотику». Тем не менее все эти хозяйственные подвиги в последнее время чередуются с выступлениями в роли оторвы-старлетки. «У меня была жесткая неделя, — признается она. — Я кое-кому заехала локтем в лицо. Ко мне после концерта подходит девушка и говорит: «Вы были великолепны!» — и щеку подставляет. Ну мне пришлось ее поцеловать. А она поворачивается к моему парню и говорит: «Ну, она спеклась». И я ей — раз! Мне кажется, это было действительно очень грубо. Обычно я не такая вспыльчивая». Кажется, что Эми всегда с бодуна — и это ей на пользу. Легкая припухлость лица, прямой и бессмысленный взгляд, как у ребенка, нетвердой рукой намалеванные стрелки на глазах, расслабленные движения — не красавица, но глаз не оторвать. Такая же и музыка: соул до Вайнхаус тоже неплохо пели, но ее кошачьи песни, голос, текущий как бы сам по себе, незаметно и мягко отвоевывают себе пространство. Ее новый альбом «Back to Black», написанный самой Эми и спродюсированный работавшим с Лили Аллен Марком Ронсоном, — это смесь фанка и соула с каплей того дурашливого настроения, которым славились женские группы 60-х годов. Музыка качающая, задушевная, грязноватая и очень ладная — будто смазанная той самой кремообразной бананово-водочной смесью «Рикстази», что Эми потребляет ежедневно. Эми поет о своем: например, главная песня нового альбома «Rehab» с ритмичными утробными «ноу, ноу, ноу» рассказывает, как певица не собирается проходить курс детоксикации. «За три года, которые прошли с первого альбома «Frank», я научилась не напрягаться. Люди говорили мне: ну расслабься, покури, — но чем больше ты куришь хэш, тем больше он дырявит тебе мозги. У меня была вся эта паранойя, потому что я не знала, как меня примут». Теперь она, вероятно, все знает — к ней за сцену после концерта заглядывал сам Мик Джаггер. «Я, правда, пьяная была и не помню ничего, — говорит Эми. — Знаю только, что когда я была на сцене, мой папа сказал Джаггеру: «Заткнись на хрен, это моя дочь».