Для Великобритании 2005 года группа Coldplay — институция национального масштаба, достояние монархии: нынешняя Англия опознается на слух не по курантам Биг-Бена, а по фальцету Криса Мартина, звучащему в вагоне Heathrow Express, из открытых дверей паба, далее везде. Когда их новая пластинка не вышла в срок, акции корпорации EMI упали за день на 16 процентов. Ну да шут с ними, с вагонами и с акциями: пластинка наконец появилась, и она, без дураков, выдающаяся.

Здесь нет решительно никаких странностей и сюрпризов: Coldplay звучат как всегда — это мягкий гитарный поп, уютный и традиционный, как вельветовый пиджак. Единственная хитрость Coldplay — в игнорировании некоторых фундаментальных музыкальных противоречий. Они умеют звучать в рамках одной песни как U2 и A-ha или как Элтон Джон и Sigur RЧs одновременно, их песни — сладкие и немножко нервные, они покрыты глянцевым блеском, но пропитаны внутренним раздраем. Фокус тут, вероятно, в уникальном мелодическом даре Криса Мартина: для «X&Y» он сочинил как минимум с полдюжины песен, в которых совершенно неважно, насколько похоже на U2 звучит гитара, не слишком ли пошловаты скрипочки и не напоминает ли, в конце концов, голос Мартина о вокальной манере Владимира Преснякова-мл. Замах у Криса Мартина не на рубль, а сразу на миллион, его лучшие вещи не просто куплет-припев-куплет, а окончательное высказывание о мире, уложенное в трехминутный поп-формат. Если называть вещи своими именами, лучших тут три: «What If» — гениальная баллада о неуверенности в себе; «White Shadows» — почти танцевальный номер с мощнейшей мелодической линией; и заглавная, «X&Y», — помесь детской считалочки и заупокойного плача, песня про то, что все сломалось и ничего уже не починить.

Тут промелькнули слова «неуверенность», «раздрай» и даже «заупокойный», но пластинка вовсе не об этом. У Coldplay есть такая аранжировочная хитрость: почти в каждом треке где-то на заднем плане, глубоко спрятанная под гитарами-барабанами, звучит теплая, длящаяся и переливающаяся нота, отчего песня начинает будто светиться изнутри. Их первый альбом назывался «Parachutes», а первый хит — «Yellow», и новая пластинка, в сущности, о том же: жизнь — это полет в желтом сиянии, поток теплого, длящегося и переливающегося света, в ней нет никакой тьмы. Это пластинка о том, что все хорошо, и всегда будет хорошо, и не может быть иначе, — и в случае Криса Мартина я ему, конечно, верю. Разве могут быть сомнения.