На телеканале, описанном в одноименном романе, нет, кажется, передачи про книги; в противном случае товар Огюстена Барроуза можно было бы разрекламировать там как «добротный и смешной сатирический роман, демонстрирующий, как далеко зашла современная Америка в своем безудержном консюмеризме». Чтобы подтвердить, что продукт в самом деле соответствует заявленному качеству, ведущему достаточно было бы зачитать публике первую же страницу — про то, как виджей Макс, который ведет эфир в халате, демонстрирует 60-миллионной аудитории программы «Игрушки для малышей» свой пенис — уж конечно, случайно; а где, спрашивается, были его трусы? так он их снял, потому что за пять минут до того, как включилась камера, ассистент пролил на него кофе. Несмотря на это безукоризненное оправдание, разражается бурный скандал, в дирекцию канала поступают возмущенные письма и звонки, и Макса тотчас же выставляют за дверь; и это только самое начало — тут следует помахать книжкой перед глазами, измерить линейкой толщину ее корешка и поднести лупу к рекомендательному письму Брета Истона Эллиса на обложке — потому что в «Магазине на диване» остаются еще с полдюжины ведущих, которые рекламируют колье со стразами в стиле принцессы Дианы, вращающиеся вешалки для галстуков на батарейках, запонки в виде распятия и зажимы для денег в форме звезды Давида (в программе «Религия и украшения», на случай, если вы сомневаетесь) — и которых ждет веселая жизнь; да и злоключения Макса за дверью не закончатся.

Мы не компетентны в том, что касается биографических обстоятельств мистера Барроуза, — но, пожалуй, без особого риска ошибиться можно предположить, что он и сам работал на подобном канале — потому что мы не просто видим местную кухню; роман скорее напоминает Центр Помпиду — в том смысле, что тут вообще все коммуникации, внутренности, вынесены наружу. Это впечатляющее зрелище, но мы-то не доросли до привилегии красоваться на экране перед миллионами телезрителей и поэтому, на правах журнальной крысы, проворчим, что повествование, состоящее из нескольких сюжетных линий, обычно принято сводить в одной точке, в кульминации, — как в фильме «Магнолия». Мистер Барроуз (опрометчиво?) пренебрег этой традицией; в его романе нарративные потоки так до самого финала и текут параллельно друг другу. Словом, это скорее серия комических спецэффектов, чем направленный взрыв под одним из столпов американского общества. Не столько зубодробительная сатира, сколько головомойка, сглаживание углов; характерно, что и кончается роман идентичным, но гораздо менее скандальным эпизодом: одна из ведущих по какой-то причине не может надеть на эфир лифчик — и вот уже из ее блузки с вырезом на глазах у всей страны выскальзывает грудь; очень мило, ничего не скажешь. Итак, лот «Магазин на диване», и мы поздравляем тех, кто его уже купил.