«Федор Чистяков возвращается в музыку, собирается активно концертировать, собирается петь свои старые песни», — сообщает музыкант Владимир Кожекин; и официальный сайт Чистякова это сообщение подтверждает и конкретизирует: «Сейчас мы с музыкантами «Кафе» начали совместные репетиции. В середине декабря, если все будет идти по плану, состоятся наши совместные концерты. В программе композиции с моих сольных альбомов и песни из репертуара группы «Ноль», которые последний раз звучали со сцены более 17 лет назад («Улица Ленина», «Человек и кошка» и другие)».
Хорошие новости, как по мне. Их много с чем можно теоретически увязать — с общим повышением спроса на реюньоны (см. группу «Центр», например) или с тем, что вообще в русской музыке какие-то полутектонические сдвиги происходят, и Чистяков это улавливает (ну как я люблю — хотя в данном случае это очень вряд ли). Но новости хорошие. Чистяков же вообще чуть ли не самая удивительная, странная и трагическая история в русском роке; странно, что про него до сих пор книжку не написали (хотя, наверное, сам Федор обо многом просто говорить не захочет). Человек, записавший с группой «Ноль» первый альбом, едва выпустившись из школы; человек, взятый под крыло Тропилло в качестве стилистического эксперимента: можно ли играть рок на баяне. Человек, с промежутком в один год записавший народную «Песню о безответной любви к родине» (см. Гармаша, поющего «Человека и кошку» в «Стилягах») и отчаянную, жуткую, гениальную «Полундру!». Человек, к 25 годам переживший все классические повороты рок-н-ролльной судьбы — популярность, зависимость, срыв, тюрьма, психушка. И выживший. И подавшийся в «Свидетели Иеговы». И вернувшийся к музыке. Переигрывавший на баяне Баха и песни из советских мультфильмов. Сделавший с тем же Кожекиным замечательный и недооцененный, как по мне, проект Bayan, Harp & Blues. Положивший на музыку стихотворение «Мама приходит с работы» и заметку из провинциальной газеты про зимнюю спячку животных. И так далее, и так далее; и даже спустя десять с лишним лет после «Ноля», когда Чистяков уже практически перешел в жанр детских радиопостановок, от него на концертах продолжали требовать «Человека и кошку» и «Настоящего индейца».
Последние несколько лет Чистякова совсем не было видно — теперь выясняется, что он в это время занимался, в частности, видео; снял, например, вот такой клип на песню «Товарищ сержант» группы «Кафе» (в главной роли и у микрофона — Михаил Сергеевич Боярский). С группой «Кафе» он и будет теперь играть — и это, конечно, сильно настораживает; но с другой стороны — лучше с Чистяковым, чем совсем без. В этой связи послушаем одну из лучших, как по мне, песен на русском языке вообще, которую Чистяков уже наверняка никогда не споет (с другой стороны, не буду загадывать — еще пару лет назад казалось, что и Шумов никогда не споет «Когда приходит щеголь»).