Ходили сегодня смотреть «Гран Торино» на большом экране — поразительно все-таки, как мы много теряем с нашими торрентами и лэтопами. Вот, казалось бы, камерный, вообще без затей, предельно просто сделанный фильм — а в кино там столько всего интересного вылезает. Пойду еще раз.
Так получилось, что накануне пересмотрел «Белый охотник, черное сердце», где Клинт играет Джона Хьюстона, — это такой, как сказали бы в Петербурге, сильно переоцененный в своей недооцененности авторский vanity project Иствуда и (поправьте меня, если путаю) чуть ли не единственная его работа, где он вместо того, чтоб быть собой (ну, с вариациями), пытается по-взрослому перевоплощаться: говорит с томными хьюстоновскими интонациями, делает алкоголические пассы руками — сколько смотрел, первые минут 20 каждый раз уходят на то, чтоб к этому привыкнуть. Но самое интересное — насколько все-таки большим джентльменом Клинт стал за последние 20 лет. В «Охотнике» он реально выжигает все вокруг: вторую главную роль — рассказчика и как бы идейного противника робко пытается играть несчастный Джефф Фейхи (ох), остальные персонажи жмутся по углам, Богата, Беколл и Кэтрин Хепберн вообще статисты изображают, притом Клинт по-кулацки жмется на хорошие реплики всем, кроме себя. А в «Торино» — притом что это фильм в принципе про Клинтову физиономию — он не только грандиозных людей на подпевки набрал (Ани Хер одна чего стоит), так еще в любой парной сцене себя тактично убирает на второй план.
Приятно знать, что и Клинт не всегда идеален был, в общем.
