Встретил на лестнице любимца русских блогеров кинопрокатчика Антона Мазурова, который попытался рассказать, кто завтра какие получит призы, но я заткнул уши: Мазуров обычно угадывает финальный расклад с 95-процентной точностью (в прошлом году угадал вообще все), потом вообще неинтересно церемонию смотреть.
В любом случае, если Шон Пенн сейчас не уболтает девочек дать ветку Содербергу, это будет свинство, по-моему. Потому что ну есть хорошие фильмы — и Соррентино смешной, и Гарроне, и Иствуд неплохой, но это все в другой весовой категории немножко.
Вот в добавление к моему давешнему бормотанию про «Че» — Скотт в NY Times и Гладильщиков в «Ведомостях». Оба, по-моему, слегка упускают пойнт, переводя разговор на то, плохой был Че или хороший, — фильм, по-моему, вообще не про это, в теории Содерберг мог такой же про Гитлера снять. Зато Хоберман в «Виллидж-Войс» в счастливой истерике, какими в лучшие годы славился наш коллега С.Ф.Ростоцкий: употребляет слово «мы» и вообще пишет, что с веткой или без ветки Содерберг по-любому уже в вечности. И Скотт и Хоберман, впрочем, сходятся на том, что в том виде, в котором мы его тут смотрели, «Че» нигде уже не покажут.
Кстати, почему еще хочется, чтоб он победил. Тут на следующий день после церемонии закрытия главного победителя показывают всякой элите — приезжают деятели культуры, министры, телки в бриллиантах. Здорово будет, если их усадят на четыре с половиной часа про борьбу с капиталистической гнидой смотреть — еще бы дверь чем-то подперли снаружи.
Содерберг невероятно похорошел, конечно, в процессе съемок — стал похож на сумасшедшего из леса. И на Рейгадаса.