Над Вендерсом уже даже как-то смеяться грешно: он абсолютно достиг стадии Кончаловского, такое просветление, переходящее в слабоумие. Мы с Волобуевым честно полтора часа терпели «Palermo Shooting» (оцените каламбур), но на последние двадцать минут сбежали — люди говорят, там в конце еще было посвящение «Ингмару и Микеланджело». В общем, это кино про успешного немецкого 40-летнего фотографа, который переживает духовный кризис, но потом едет в Палермо снимать беременную Миллу Йовович, и слегка излечивается. У фотографа все время сны в духе Гондри и видения, тоже очень красиво снятые: однажды он ставит в музыкальном автомате песню Лу Рида, и ему является, натурально, Лу Рид (по пояс только, правда). А Деннис Хоппер, наряженный в балахон, играет Смерть. Это, как и бесчисленные изображения часов, надо понимать как персональный привет Ингмару. Еще фотограф все время ходит в трусах и ведет закадровый монолог: типа «Сны… Что такое сны… Просто электрические разряды, посылаемые в мозг?… Или не просто…» Ключевой момент: герой в Палермо пытается объясниться с местной тетенькой и сообщает ей на ломаном итальянском «Йо… соно… пердуно».