Пока не забыла: в прошлой «Ведомости-пятница» — прекрасная колонка Зимина. Колонка о том, что вот все нахваливают кухню Айзека Корреа и не замечают того, что делают симачевские повара Нэт и Натали в буфете при «Гараже». Зимин, конечно, абсолютно прав: тыквенный суп в гаражном кафе определенно лучший в городе и стоит при этом чуть больше ста рублей, а сам буфет — вообще единственный пристойный общепит при культурном заведении в городе. Но главная мысль его в том, что, собственно, живем мы дико сложно и потому радуемся совсем простым и очевидным вещам, вроде салата из свеклы или супа протертого, приготовленных плюс-минус пристойным образом, в то время как нормальному жителю, скажем, Бильбао не придет в голову специальным образом нахваливать булочки в кафе при Музее Гуггенхайма, а интересуется он творчеством повара Берасатеги, отмеченного тремя звездами, который при том же музее делает какие-то гастрономические свершения.
Все это дико точно; это удивительно даже — прошло шестнадцать лет с открытия «Сирены», так или иначе верстового столба в московской ресторанной жизни, за это время, кажется, у нас было все: «Кумир» Мишеля Труагро, семьи, годами удерживающей три звезды Мишлен, сто миллиардов новиковских и впоследствии гусевских светских ресторанов, карнавальные «Царские охоты» и прочий лубок в виде «Пушкина» и «Шинка», винклеровский Jeroboam, старковские интерьеры, ресторан в темноте, аутентичные китайские забегаловки вокруг Измайлово и, наконец, коммовские поделки юного химика. И теперь оказывается, что к концу нулевых в Москве нужны какие угодно рестораны — блестящие, светские, странные, очень дорогие или очень дешевые, не нужны только гастрономические. Не нужны только такие, где кухня занимает первое место. Еда сама по себе не интересует вообще никого здесь — и правильно отмечает Зимин, что вот есть Кетглас в «Чипполино», его отмечает Гарсия Сантос, он что-то там невероятное придумывает — и никому это ни разу не интересно. Потому что «Чипполино» — уже немодно, телки туда не так активно ходят, разве что караоке есть; вот и ходят в «Чипполино» (если кто и ходит) не на Кетгласа, а в караоке попеть, если в «Крике», например, все занято. Сказать тут больше нечего; вот Зимин все гениально объясняет в одном абзаце:
«Еда — особенно в Москве — устроена иначе, чем музыка. То, что получается у выпускника любого музучилища, не выходит у дипломированных выпускников кулинарных техникумов. Казалось бы, вот человек овладел набором кухонных приемов, вот все рецепты, никакой тайны, никакого копирайта. И вообще — какая может быть тайна в салате из свеклы. А получается почти только у Айзека».