Стенд «Афиши»                                                    Мечта хипстера — пенал с наполнением На выходных, как говорится, ЦА сайтов lookatme.ru и, видимо, afisha.ru оказалась на перепутье — одновременно в павильоне «Космос» на ВВЦ открылся фестиваль шнурков и кроссовок Faces & Laces, а в пятом павильоне завода «Арма» начался фестиваль «Авант». Пока на ВВЦ демонстрировали последние достижения в области интеллектуального граффити, теггинга, постер-арта, стикеров и росписи кроссовок под «эксклюзивный сет диджея Эскобара», на «Арме» выступали не менее дорогие юным поклонникам lookatme Патрик Вульф и Deerhoof. Несмотря на то что в общем на Faces & Laces было много чего (и в том числе прекрасный стенд редактора «Афиши» и блогера Юли Выдолоб с белыми майками American Apparel, расписанными молодыми художниками), атмосфера получилась несколько тоскливая; про Deerhoof очевидцы говорят то же самое. Причина не в Faces & Laces или Deerhoof; не угадали организаторы только с тем, что устроили все в первые теплые выходные, отчего шататься по пыльным павильонам было, скажем так, неинтересно.

Очевидным образом не хватает клубов на открытом воздухе — пляжей, барж, дебаркадеров, крыш или хотя бы веранд. Раньше было лучше — во-первых, с водой: во времена «Титаника» от гостиницы «Украина» отходил корабль «Брабус», на котором устраивали after-party, какое-то время по реке ходила трансовая баржа, от «Шестнадцати тонн» плавал концертный The Boat, ну и «Рында», конечно (сам речной трамвайчик, кстати, назывался «Москва-28»). На воде вообще ничего не осталось — разве что сомнительный пляж «Улетай» снова откроют и 16 мая запустят «Лебединое озеро». Что там пляжи, террасы есть разве что у Soho Rooms и «Симачева», ну и феноменальная «Крыша мира» еще, а так все равно плясать предлагают по душным подвалам. Интересно, почему до сих пор не оприходованы набережные «Арт-стрелки» — казалось бы, вот уж где танцевать лето напролет; ну или Сити — все равно без дела стоит, предлагаю в этом году провести там FortDance — вот что было бы действительно круто.

В четверг открылся-таки Nobu. В честь чего полностью перекрыли Большую Дмитровку — от Моховой и до бульваров. Девушки в вечерних платьях в пол семенили вверх по Столешникову; одна довольно комично застряла каблуком в брусчатке рядом с гоголевской подворотней — на лице у нее была крайняя степень отчаяния. На само открытие пускали даже не по приглашениям, а по паспорту; внутри все набились, как шпроты, вокруг охранников, которые, в свою очередь, окружили Де Ниро; Де Ниро был похож на маленького улыбчивого старичка и махал всем рукой. В тот же вечер в «Гараже» открывали выставку Линча, обещали, что приедет Линч и будет что-то показывать или рассказывать, а также Марк Ронсон, брат герлфренд Линдсей Лохан, он же продюсер Эми Вайнхаус и вообще крутой диджей. В результате весь свет набился в предбанник «Гаража» — выставка оказалась, мягко говоря, не того; какие-то попы в туфлях на двадцатисантиметровых шпильках, ну и, собственно, сами туфли перед фотографиями. Линч так и не приехал — говорят, запил; Марк Ронсон вообще играть не планировал  и тоже не приехал; зато под конец не очень понятно, зачем, пришел Роберт Де Ниро. При этом отсутствие какого бы то ни было внятного повода не помешало всем отлично провести время и выпить в распрекрасном гаражном кафе, заодно погуляв по Пино и полистав книжки в соседнем магазине.

Обещанный Ронсон зато играл в пятницу на вечеринке парижского клуба Le Baron в центре болгарской культуры на Ленинградском проспекте. На Le Baron были самые красивые люди в городе — переместившиеся с показа Терехова стилисты-продюсеры, друзья Idle Conversation, несколько трансвеститов и лучшие гомосексуалисты в городе, в общем, все те же, что и на дне рождения «Афиши» с уклоном в мир моды, гламура и роскоши. Лучшие гомосексуалисты собрались и на следующий день в «Арме-09» на вечеринке Matinee, которая вообще главная гейская вечеринка в городе. Одновременно праздновал свой день рождения «Симачев». Вместо приглашений надо было покупать заранее майки по тысяче рублей, и это еще куда ни шло, но за день всем разослали сообщения, что маек осталось двадцать штук и теперь отдают их по триста евро, что, конечно, отвратительное бл...дство.

Ко дню рождения, правда, «Симачев» построил новую прекрасную веранду: разве что кресла в хохломе и диваны с бахромой выглядят несколько напыщенно. Ну и еще в «Солянке» в субботу же Idle Conversation запустили новую серию вечеринок под названием «Валентин Юдашкин плюс два»; и там, кстати, тоже был Марк Ронсон. А название, оказывается, имеет исторические корни: на презентацию группы Tesla Boy, говорят, какая-то дама пришла с фотографией Юдашкина и пыталась прорваться как «спутница Вали, который вот-вот придет».

В общем, весна, что тут добавить.

В субботу, пока «сотни миллионов жителей Земли выключали свет на один час, чтобы показать, как нас волнует будущее нашей планеты», в «Балчуге» раздавали премии «Лавровый лист». Пришли рестораторы и их приятели: были Комм в полосатом шарфе и, кажется, бархатном пиджаке и Гусев с ирокезом. Глава «Альфа-банка» Михаил Фридман вручал премию Михаилу Друяну и Михаилу Гохнеру за Michael's, успев несколько раз пошутить про четырех Миш. Ингеборга Дапкунайте трогательно шла куда-то босиком по коридору.

Комма, как и положено, вниманием не обделили — наградили за продвижение русской кухни. Еще одну номинацию отдавать Комму было как-то неудобно, поэтому критики выбрали Jeroboam, отчего ни холодно, ни жарко, — да, лучший гастрономический ресторан, все равно даже те немногие, что могут себе его позволить, бывают там раз в году. Чтобы как-то и Гусева за визит отблагодарить, рестораном года объявили Beefbar. Новиков свою премию за «Сирену» получать не пришел — говорят, в Милане. (В Милане Новиков, кстати, собирался открывать  «GQ-бар», однако сообщают, что все отменилось в последний момент).

Ну и наконец, учредитель премии промоутер Андрей Фомин наградил своего сотрудника, промоутера Михаила Друяна, совладельца ресторана Michael’s , назначив, собственно, Michael’s «Открытием года». На выходе всем подарили серебристый штопор, затычку для бутылки и почему-то консервный нож.

В пятницу в «Мастерской» праздновал день рождения главный редактор «Большого города» Филипп Дзядко — если бы, собственно, не день рождения, в «Мастерской» невозможно было бы находиться дольше пяти минут. Удивительно, что оказывается, для того чтобы открыть клуб, теперь достаточно просто включить свет в старом (то есть в помещении «Джусто-бани-душа»), не удосужившись хотя бы отмыть его, что ли. Хочется, пользуясь случаем, напомнить — на дворе 2009 год, клуб «О.Г.И.» морально устарел, и не стоит открывать заведение, где просто возмутительным образом плохо пахнет. 

В субботу в ресторане The Apartment праздновал день рождения директор «Сноба» Владимир Яковлев. Нет зрелища печальнее, чем сто пятьдесят восьмой состав Buena Vista Social Club (которые, конечно, изначально в Мосвку приехали не на день рождения Яковлева, а выступать в Барвиху Luxury Village), играющий для нетрезвых членов клуба «Сноб», и замученных лиазонов, вынужденных собственно самих членов как-то развлекать. Сам же ресторан The Apartment (когда-то открывавшийся под лозунгом первого нью-йоркского лофта в Москве) окончательно испортился и стал пригоден разве что для таких вот веселых корпоративов. И вообще, этот The Apartment, Soho Rooms со своими облавами, пустынный Maison Cafe и невразумительные рыбные рестораны планомерно портят Саввинскую набережную, которая должна была стать самым лучшим местом в Москве, а вместо этого заполнена снующими взад-вперед телочками в леопардах и черными машинами с мигалками.

В остальном ничего принципиально нового: «Луч» заполнен каждый вечер под завязку и пока уверенно держится лучшим баром в городе, Chapurin покинули последние гетеросексуалы, в Simachev без веранды тоскливо пьют, в «Солянке» те же потные хипстеры. Что касается еды — кто не был, сходите в «Остерию Монтироли», пока единственный правда вкусный ресторан, открывшийся в этом году.

В субботу открылся-таки «Бонни и Клайд». Как обещали, на Тверской, в здании телеграфа, восемь витражных окон прямо на «Макдоналдс». В общем, должно было быть что-то невероятное — красивый бар в пятиминутной пешей доступности от Пушкинской площади; но, как выяснилось, с «Бонни и Клайдом» мы слегка погорячились. «Б&К», кажется, решили на скорую руку доделать и открыть как есть — ходили упорные слухи, что в какой-то момент у создателей кончились деньги; как бы то ни было, никакие финансовые трудности не оправдывают развешанные по периметру гирлянды и стразы. Гигантское прямо-таки помещение освоить не удалось. Открытие помню в силу легкого алкогольного опьянения не очень — было какое-то странное сочетание посетителей клубов «Опера» и «Крыша мира»; почему-то отчетливо запомнились Андрей Малахов в компании с дочкой Константина Ремчукова, а также театральный режиссер, клеивший трансвестита.

В общем, есть ощущение, что даже не очень вразумительная «Тундра» на бульваре была значительно лучше «Б&К». Сложно представить себе, для кого это место; интересно, кто из пришедших на открытие вернется в «Б&К» еще — думаю, что, к сожалению, ими окажутся завсегдатаи «Оперы». Все-таки когда фейсконтроль стоит прямо перед аптекой «36,6», а окна выходят на «Макдоналдс» и химчистку обуви, надо, чтобы либо шик-блеск-красота, либо уж совсем панк-подвал-наркотики. Все, что посередине, неумолимо скатывается в сторону кафе «Этаж» — что поделать, место такое.

PS Есть, правда, шанс, что «Б&К» не совсем безнадежен — к кухне хозяйка Инна Тундра подошла весьма основательно; у нее в блоге сфотографировано почти все меню. Очень бы хотелось, чтобы хоть с этим все получилось, все-таки Инна Тундра — красавица и вообще хороший человек, в конце концов, если не она, то кто тогда?

 UPD: Сообщают, что субботнее мероприятие называлось стройка-пати для друзей, а сам бар еще будут достраивать. В частности, вместо гирлянд (строительных лампочек, как выяснилось) появятся люстры Swarowski. Возможно, как раз Swarowski нам и не хватало.

В субботу, пока посетители «Маяка» проводили время в «Мастерской» Паперного, любители «Джи Кью бара», «Галереи» и пр. отправились в клуб «Форбс», открывшийся на Маросейке, в помещени бывших складов ЦК КПСС. Говорили, что в «Форбс» вложили восемь миллионов евро и на отрытие привезут Даффи.

«Форбс», конечно, оказался унылым до невозможности. Снаружи какой-то спектакль с фейсконтролем в масках, внутри — чудовищно убогое огромное (две тысячи квадратных метров, все в коже, дешевом бархате, псевдо мраморе и золотых нитках) пространство, вместо Даффи, которую, конечно, никто никуда не привез, пела Си Си Кэтч.

Десять лет назад светские клубы умели делать круто; «Кабаре» первой реинкарнации, First на Софийской дошатрового периода, «Шамбала», Jet Set сразу после открытия, старый «Мост» несмотря на общую мерзость идеи обладали нешуточной притягательностью. Туда хотелось попасть, чтобы чувствовать себя, что называется, in и чтобы на следующий день сказать, что «в «Мосту», конечно, одни бл*ди и быдло». Там было красиво (один лифт в Jet Set стоил больше, чем весь интерьер клуба Famous), там была энергия и, на самом деле, там было весело.

А потом почему-то решили, что дорогой клуб можно делать из картона и фанеры, разрисовав их под мрамор и позолоту, вроде как в темноте не видно: в результате главные светские клубы в Москве Famous, «Рай» и «Пача» выглядят как дискотека при трехзвездочном отеле в Кемере; а в Soho Rooms, единственный клуб, в который нестрашно зайти при дневном свете, все равно никто не ходит из-за еженедельных облав — какое тут веселье, когда фонарем в глаза и писать в баночку.

Так что клубы в этом году умерли окончательно; зачем было открывать еще один — непонятно совсем: дорогих проституток и так давно уже не хватает на Famous, «Рай», «Пачу» и Soho Rooms. Все это тоскливо до безобразия — и есть ощущение, что свободную нишу пора занимать ресторанам. Пора бы уже открыть что-нибудь вроде старого «Шоколада» – чтобы шик, блеск, красота, девушки красивые и танцы. Потому как шарады шарадами, а иногда и на столе поплясать надо.

PS. Да, на «Форбс» уже готовит иск Axel Springer, издательский дом, владеющий правами на бренд Forbes Russia. Восемь миллионов на нитки золотые нашли, а название свое придумать ума не хватило — ну что за люди.