Повар, вор, его жена и ее любовник

Последняя колонка ресторанного критика «Афиши»

С детства у меня гастрит, пять лет назад обнаружилась язва и участились кишечные колики. Несмотря на это, последние два года я работаю ресторанным критиком журнала «Афиша».

Работа ресторанного критика кажется мечтой: бесплатно питаешься устрицами, шеф-повара готовят специально для тебя парфе, и не нужно никаких специальных знаний — в еде мы все так или иначе разбираемся. Все не так. Во-первых, на один хороший ресторан приходится сто чудовищных, и чаще всего приходится есть майонезный «Цезарь» в душном подвале, вдыхая дым кальяна с соседнего стола. Во-вторых, надо есть. Из-за желудка мне это уже непросто, так еще и выбирать то, что нравится, нельзя — нужно пробовать что-то экзотическое и с ласкающим слух названием (одно из правил ресторанной критики гласит, что если в меню есть потроха, они обязательно окажутся в рецензии). Кроме того, надо заказывать много — в результате и не лезет больше, и оставлять неудобно. В-третьих, очень быстро кончаются слова для описания еды — любая по пытка выйти за рамки «вкусно/невкусно» заканчивается «тающей во рту, сочащейся нежностью плотью, поражающей вкусовые рецепторы пронзительным ароматом». И наконец, жизнь ресторанного критика опасна: за два года я получила тысячи угроз и обвинений. Маэстро Анатолий Комм пугал меня попаданием в ад, менеджер GQ Bar обещал «отомстить крысе», Сталик «казан-мангал» Ханкишиев обвинял в предвзятости и некомпетентности («о вкусе устриц лучше говорить с теми, кто их ел»), владельцы Sky Lounge хотели подавать за рецензию в суд, хозяин закрывшегося бара «Бонни и Клайд» обещал «заткнуть пасть», мне угрожали расправой поклонники Артемия Лебедева («еще вякнешь, мы тебе устроим куйду»). Сам Артемий требовал извинения на официальном бланке, директор издательского дома Condé Nast Карина Добротворская запретила мои колонки в журнале Tatler после статьи про директора кафе Tatler, сетовавшего на засилье черных, которые «разводят зоопарк» (директора уволили, кафе открылось в другом месте). Андрей Деллос позвонил предупредить о том, что некоторые рестораторы хотят меня уничтожить, и я подозреваю, что однажды меня пытались отравить. А хозяйка «У Джованни», который я назвала «лучшим недорогим итальянским рестораном в городе», требовала извинений за то, что в рецензии нет ее имени.

Но, несмотря ни на что, работа ресторанного критика не лишена приятного: редакция оплачивает твои счета, можно накормить голодных приятелей; чтобы писать про рестораны, действительно не нужно быть специалистом. Меня чаще всего ругали за то, что я мало пишу про еду, но рестораны тем и хороши, что еда в них — не главное. В рестораны ходят не утолять голод — в них встречаются и знакомятся, дерутся и выясняют отношения, влюбляются и расстаются. Главред «Коммерсанта» Васильев откусывает ухо родственнику ресторатора Борисова на открытии кафе «Март»; бывший бренд-шеф Новикова Ивлев учит молодых поваров, ставя им на руки раскаленные сковородки; ресторатор Тундра разбивает о голову своего партнера стакан посреди их бара «Бонни и Клайд»; ресторатор Гусев разыскивает в Риме повара, который десять лет назад готовил ему ризотто; предприниматель Махмудов оставляет по пятнадцать тысяч долларов хостес «Галереи»; боксерский рефери продает все, чтобы открыть с друзьями бар Noor; итальянские повара везут рукколу и трюфели из Италии пакетами в салоне самолета и продают втридорога своим ресторанам; тайские повара плачут по ночам на кухне «Недальнего Востока». Я не знаю, что станет с критикой, но с ресторанами все будет в порядке: энергии и жизни здесь сколько угодно.

Спустя два года, за которые я практически ни разу не ела дома, желудок беспокоит меня все меньше и меньше. Как сказал мне однажды маэстро Комм, «нужно иметь железные яйца, чтобы делать то, что вы делаете». Было очень весело. Спасибо и приятного аппетита!

Простите, пожалуйста, за длинный перерыв. Так получилось — отпуск совпал с климатическим коллапсом, кроме того, я уезжаю и потому перестаю писать про рестораны и вести колонку в «Афише». Наверняка что-то еще будет в журнале или на сайте — но точно не про рестораны, во всяком случае, в ближайшее время.

Из последних новостей — в гостинице при Lotte Plaza открылся с пятнадцатилетним опозданием очень пугающий ресторан трехзвездочного великого Пьера Ганьера Les Menus par Pierre Gagniaire — если хотите отведать тюрбо с мороженым из дайкона на подпеченных помидорах за 1550 р. на креслах в фиолетовом бархате, вам сюда, Гусев открыл-таки еще одну «Остерию» («Оливетта» на Дмитровке, всего их получится шесть), правда, пока там пусто и грустно, несмотря на гигантскую террасу, на «Красном Октябре» в кинобаре Dome показывают «фильмы с интеллектуальными красавцами на языке оригинала», на Саввинской набережной теперь работает клуб для «глоубал рашанз» под названием Nooning,  все ходят в «Рагу», куда можно со своим (100 р. за принесенную бутылку), потому что нет лицензии, но и с лицензией тоже будет можно — но уже за 500 р. (выгоднее тогда нести канистру самогона).

А в общем — хотелось бы сказать спасибо всем, кому было не все равно. Это были прекрасные два года.

И да, там есть кондиционеры.

Завсегдатаи «Стрелки»Все руки не доходили написать — а тем временем прекрасную вещь нашла. Один из официантов «Стрелки» — которая, понятно, сейчас место номер один и вообще все там, — завел блог, в котором рассказывает, что Земфира похудела, коллегу дразнят Джигурдой, клиенты охамели совсем и лезут с взятками и каково это — принести за пятнадцать минут сто лимонадов и еще помыть стаканы.

Вот я правда не очень понимаю почему, но этого вроде несложного жанра у нас никогда нигде не было. Не сохранились записки у изголовья ни из Vogue Cafe образца 2003 года (а ведь как прекрасно могло бы быть — вот, например, как), ни из «Булгаковых» и «Джаз-кафе» 90-х, ни из первого «Джусто» или «Семирамиса». И, к несчастью, и garbage eater быстро это дело надоело — три поста и больше ничего. А рецепт ведь совсем прост: две части gawker stalker (кто пришел, что ел, с кем был) плюс одна часть официантских будней плюс две части подслушанных разговоров минус собственные мысли и страдания — и получится идеальная летопись эпохи. Готова со всем помочь, если кто решится — пишите: ekuyda@afisha.ru.

Да, официанта вычислить оказалось очень легко, но на всякий случай сдавать не буду — мало ли, решит дальше писать.

И еще — там сообщается, что я не оставила чаевых. Так вот — я всегда, всегда оставляю чаевые, и единственный раз, когда я их не оставила в «Стрелке», я отдала их вечером. У меня с этим болезненные отношения: не оставлять чаевых — это вроде как, не знаю, руки не мыть. И вообще.

Сеть «Пять звезд» не дожила до своего пятилетия, зато ее прототип — английский Pret A Manger открывает новые филиалы уже в АмерикеВ 2004 году Аркадий Новиков решил сделать в Москве сеть фастфудов высокого качества. К тому моменту магазины-кафе Pret A Manger, продающие вполне неплохие бутерброды, салаты и кофе, открыли уже 150 точек в одном только Лондоне, и подсоединенный специальными проводами к цайтгайсту Новиков почувствовал, что пора занять пустующую у нас нишу. Тем не менее спустя шесть лет новиковские «Пять звезд» пришлось объединить с конкурентом «Прайм», и этих «Праймов» в Москве сейчас всего 14 штук — ко всему прочему, один из них находится в редакции журнала «Сноб».

«Пять звезд» были ничем не хуже Pret — те же сэндвичи, те же стальные полки, но для того чтобы «Пять звезд» стали успешными, Новикову понадобились бы новые мэр, генплан и много миллиардов долларов. Проблема в том, что заставить клерка (на которых во многом ориентирован Pret) купить сэндвич и пообедать им на улице оказалось в Москве неподъемной задачей. В городе нет ни парков, ни площадей, ни пешеходных улиц — собственно, практически никаких публичных пространств, где можно было бы комфортно расположиться с ланчбоксом и не выглядеть опустившимся бездомным алкоголиком. И получается, что никакой, скажем, аналитик ВТБ в страшном сне не отправится на лавочку обедать бутербродом — как и не пойдет стричься в подземный переход или ужинать на вокзал (в Лондоне несколько парикмахерских Toni & Guy находятся в подземке, в Милане на вокзале есть знаменитый рыбный ресторан).

Тем не менее московских рестораторов не отпускает идея «дели» — осенью Айзек Корреа открывает CBBG с бургерами навынос, на Каретном заработал ресторан Delicatessen, где все можно взять навынос. Может быть, идеальный айзековский бургер поможет изменить ситуацию — в конце концов, революции начинаются снизу.

Посетители Noor BarВ новом номере:

• рецензии на подвальный Delicatessen и прекрасное «Рагу»;
• колонка про эрнстовских гениев братьев Либерман;
• мини-колонка про почему завтрак на траве в Москве не приживается;
• пять наикрутейших портретов завсегдатаев новых и не очень московских баров — от Noor до «Стрелки» — авторства фотографа Киселева;
• и огромный гид по Пикнику, который уже в субботу, — приходите!

«Стрелка» в пятницуКлиматическая катастрофа продолжается — на этих выходных будет еще жарче, чем на прошлых, но и на прошлых уже было так, что кондиционеры просто отключились (включая те, что расположены у нас в редакции). Думать о том, чтобы плясать в такую погоду в клубе или потеть в подвальном помещении, было нельзя; зато в открытый двор «Стрелки» (которую по случаю жары накрыли крышей, которая вообще-то от дождя) набилось за день под три тысячи человек. Вначале випстеры послушали своего нового кумира Колхаса, а затем уже ночью пришли скакать под что-то с названием Planningtorock (наши музыкальные эксперты хвалят), было похоже на как бы Грейс Джонс, только белую — все такое томное и мне непонятное. Ну а так как эту самую Planningtorock, видимо, за всю жизнь столько людей даже на «Майспейсе» не слушало, то она вообще не останавливалась, и было совершенно волшебно мучительно жарко и красиво.

В субботу в клубах-барах ничего интересного не было — не считая, естественно, выступления группы «Моральный кодекс» в «Шаляй-валяй» и вечеринки «Adult Entertanment» в «Паче» — зато в Ботаническом саду МГУ (который на проспекте Мира) вдруг произошел практически ривайвал «Птюча». Отмечали трехлетний юбилей свадьбы одной пары из Лондона — но отмечали вполне себе гигантской и открытой окружающим вечеринкой прямо в лесу, меду оранжерей. На озере пели какие-то эльфы, народ ходил с какими-то флюоресцентными бабочками в волосах и в костюмах хоббитов и персонажей «Мортал Комбата», вокруг качались какие-то лианы. Главный саспенс заключался в пунше — кто-то сказал, что в пунше, которым поили всех желающих, есть ЛСД, и, понятное дело, больше ничего весь вечер не обсуждалось.

Данил Перушев в Ботаническом садуВ любом случае пунш сейчас пить не хочется — новый главный летний напиток называется «Огуречный тини» и продается в Noor Bar. Внутри — огурец и водка, вкусно нереально. Инджой!

В новом номере:

• лучшие домработницы, бармены и фитотерапевты Москвы;
• колонка про первую иностранную балерину в Большом;
• круглый стол о том, почему дизайном ресторанов в Москве занимаются домохозяйки;
• рецензии на очередную веранду на «Красном Октябре» Daddy's Terrace и «Арт-академию» там же;
• и мини-колонка про то, что на самом деле все не так уж и плохо (это сезонное).

Да, и поздравляю с окончанием месяца осьминогомании. Пора в отпуск уже наконец.

На Сретенке (дом 1) открылось вот такое вот место:

фотография kaith-no-more.livejournal.comВполне себе дайнер, один в один «Старлайт» (что в данном случае приветствуется), называется «Беверли-Хиллз». Начос с сыром — 310 р., двойной чизбургер — 390 р., молочный коктейль «Орео» — 290 р., «Маргарита» — 270 р. Работает круглосуточно, завтраками кормят тоже круглосуточно, все более чем разумно. Мнения пока разделились — ресторатор Зельман хвалит местные бургеры, сотрудник бара «Стрелка» Роман Мазуренко жалуется на отравление. Зельману веры больше — он в мясе больше чем понимает (и даже поставляет не только себе, но и «Жан-Жакам», например), а випстеровы желудочки нежны и ранимы, это я по себе знаю. Так что можно сходить — тем более что от «Орео» еще никому никогда не было плохо.

И еще. С дайнерами вообще в Москве не очень получилось — в 90-х в «Санта-Фе» крутил бурритос Айзек (он же потом готовил в «Американском баре и гриле» бургеры), Сталлоне приезжал открывать «Планету Голливуд», все ходили по ночам в «Старлайт» и пить коктейль «Слив» в T.G.I. Friday's. Потом Айзек занялся фьюженом, «Планета Голливуд» обанкротилась, «Старлайт» сгорел и вообще уже не тот, а из нового открылись разве что отвратные фастфуды. Так что любые места, где дают коктейли «Орео» и чили начос, надо поддерживать, иначе будут вам одни «Шаляй-валяй» и «Томми Ди лаунжи».

«Кофемания» зачем-то занялась творчеством — счет теперь там приносят в бумажных конвертах, на которых почему-то зовут на какую-то выставку работ неизвестного художника, работающего в «уникальном жанре полимсеста».

Помимо этого, новая «Кофемания» открылась в районе Белорусской, по улице Лесной, дом 5. В общем, эта та же самая страшноватая «Кофемания», только, видимо, владельцам надоело стоять в стороне, пока другие открывают «Арт-академии» и прочие места с приставкой «арт-», и они тоже решили повыпендриваться. В результате получилась такая же «Кофемания», только с хрустальными люстрами:

и еще немного с мрамором:

«Особенно выделяются и бросаются в глаза гигантские люстры, словно струящийся с высокого потолка водопад, — они буквально сотканы из хрустальных бус-«отражателей». «Капли» хрусталя подсвечиваются многочисленными лайт-спотами и рассеивают приятный, мягкий свет по всему залу. Сдержанно-элегантная, нефамильярная и уважительно-спокойная атмосфера новой «Кофемании» поддерживает общий настрой деловой сосредоточенности и собранности современной «Белорусской».

И вот еще — вместо закрытого некоторое время назад исторического «Кофе Бина» на Покровке появится тоже «Кофемания». Будем надеяться, без люстр. Но точно с моим любимым чаем «Четыре сезона с тонким ароматом сирени и природной сластинкой» за 500 р. Я б взяла без сластинки, но за 400. С ума все посходили.