«Crazy Heart», за который Джефф Бриджес, скорее всего, получит свой первый «Оскар» — crowd pleaser для домохозяек под 50, полнейшее фуфло, никакой не «Реслер». Два часа похлопывания по плечу и добрых улыбок, плюс кантри-песенки. Стареющий сингер-сонграйтер находит утерянное вдохновение и излечивается от пагубного пристрастрия к алкоголю благодаря кратковременному роману с молодой матерью-одиночкой. Любимая шутка авторов — у героя все время расстегнуты штаны. Когда появляется Колин Фаррелл в роли суперзвезды кантри, полное ощущение, что тебя разыгрывают. Страннейшая эротическая сцена Бриджеса и Мэгги. Какой-то мерзкий ребеночек. Первая половина еще сносная, вторая — вообще кранты (хэппи-энд — натурально, общество анонимных алкоголиков, бодрый Роберт Дювалл с удочкой и чек в конверте). Бриджес — который тут такой Крис Кристофферсон — выезжает на харизме и дешевых приемах. Ну естественно, он «хорошо играет», он всегда хорошо играет, с чего ему плохо играть.

При этом — опять двадцать пять — на rotten tomatoes рейтинг типа 100 процентов, т.е. в Америке он понравился вообще всем. «The movie knows more about alcoholism than many films do» и т.д. — Эберт как никто умеет облечь все это коллективное слабоумие в слова. Не, ну правда, если про Рейтмана какого-нибудь еще можно спорить, то тут я могу только руками развести. Как с бейсболом — реально какое-то системное несовпадение. Это ж вообще не кино, увлажняющая салфетка для рук.

Что еще. Ну, Клэр Дени образца 90-х по-прежнему прекрасная — особенно смешно, когда ее внутренняя Рифеншталь наталкивается на такой купринский материал.

Сегодня кончается полярная ночь.

Набрался наконец смелости посмотреть фильм «В пути», который Сэм Мендес зачем-то снял во время монтажа «Дороги перемен»; в Америке он прошел совсем незаметно, отзывы были большей частью брезгливые, понравилось только идеалисту Эберту, у нас не выходил вовсе. Такая во всех смыслах странная вылазка крупного режиссера на территорию карликового сандансовского инди-кино, про то, как пара внешне несимпатичных, не очень интересных, но на базовом уровне как бы хороших и оттого, понятно, еще более отталкивающих инфантилов (их даже лузерами не назовешь — все у них нормально, даже деньги откуда-то есть) ищут в современной Америке место, где им родить ребенка. В каждом городе, куда они приезжают, у них оказываются родственники или друзья детства, символизирующие один из возможных вариантов семейного счастья, в разной степени кошмарных, — спившиеся мещане, сумасшедшие нью-эйджеры, открыточная буржуазная семья с кучей разноцветных приемных детей (самый чудовищный при ближайшем рассмотрении случай). Паноптикум Мендесу удается довольно грандиозно (есть, например, мальчик, который мечтает задушить брата-младенца, дико смешная Мэгги Гилленхол в роли дьявольской неохиппи, очень круто выходит выросшая Мелани Лински, некрасивая девочка из джексоновских «Небесных созданий»). Притом главные герои явно вызывают у режиссера еще большее омерзение, чем их эпизодические антиподы, отчего в финале возникает неразрешимая проблема. Сценарий (такого важного хипстерского литератора Эггерса) явно преподносит героев как соль земли, и потому бегство в Египет должно закончиться звездой, волхвами и рождением Спасителя. А из того, как Мендес это снимает, следует, в принципе, один вывод — что таким лучше не размножаться. В итоге все выглядит одновременно как виртуозная стилизация и как пародия на американский инди-дискурс (задним числом забавно сравнивать с выходящим на этой неделе рейтмановским «Up in the Air», который тоже про кружение над Америкой и тоже довольно циничный, но всем притом дико нравится). Заключительные минут 10 (когда уже нет надежды на то, что героев скинет в кювет пьяный водитель тягача) смотреть реально невыносимо. Ну и вопрос, за каким дьяволом это все понадобилось автору, остается, конечно. Впрочем, если считать, что у Мендеса цель жизни — успеть сделать по одному фильму во всех имеющихся на свете жанрах, затея получается не сильно странней, чем его теперешние планы снимать про Джеймса Бонда. Будем надеяться, он и до порнографии доберется, там много чего стилистически обыграть можно.

И снова о прокате. Изучал сейчас от скуки отечественный бокс-оффис за минувший уикенд, есть впечатляющие цифры. Например, российская комедия «Двойная пропажа» (компания «Парадиз»), выйдя на экраны, заработала 122 (прописью: сто двадцать два) доллара США. За четыре дня в трех кинотеатрах ее посмотрели 25 человек (т.е. даже не вся съемочная группа). 

В этом контексте несколько странно звучат рассуждения о том, что нормальное кино не прокатывают, потому что кинотеатры ломятся от прибыльной продукции, и найти сеанс для, не знаю, Пак Чан-Вука решительно невозможно. Т.е. понятно, что права на Пак Чан-Вука стоят подороже, чем на «Двойную пропажу», но и собрал бы он, наверное, побольше, нет? Тем более, это, кажется, и называется заниматься бизнесом — уметь продать не самый ширпотребный продукт («Ледниковый период» прокатать много ума не надо)? А не жаловаться, что зритель тупой и все равно не оценит?

В общем, ладно, это к старым разговорам. Может, я не понимаю чего. Даже вероятно.

Еще удивило, что «Начало времен» совершенно под радарами прошло — сборы прямо мизерные. При том, что фильм — ну вполне ничего так, на общем фоне. Джек Блэк, опять же, популярный артист. Радоваться, что зритель перестал любить «тупые американские комедии», я бы не спешил — все остальные представители жанра прекрасно себя чувствуют: «Нянька по вызову», «Любовь случается», «Голая правда» (одни названия чего стоят). Или вот «Без ансамбля» братьев Уэйанс собрал в два раза больше Рэмиса (ну, на копию примерно столько же). При том, что это пародия на фильмы, большинство из которых у нас не видели, и вообще, если уж называть вещи своими именами, юмор, рассчитанный на афроамериканцев, в первую очередь. Т.е. русский человек, он когда негра на улице видит, он ему в рожу бьет, но при этом на братьев Уэйанс ходит. Много, в общем, странного.

Зачем-то сходил на «Мелодию для шарманки» Киры Муратовой. Это, с одной стороны, рождественская сказка со ссылками на Диккенса, «Маленькую продавщицу спичек» Андерсена, Льюиса Кэрролла и прочих. С другой — зубодробительная социальная драма про слезинки мертвых детей. Сиротки с черными глазами мыкаются по вокзалу, казино, замороженным улицам и супермаркету, а кругом равнодушные прохожие (кроме персонажа Табакова, который позабыл, видимо, о крысином яде и сейчас у Муратовой к детям добр). Поначалу хочется цепляться за сказку, искать Траляля и Труляля в вокзальной камере хранения, но картина тыкает в нос социальный комментарий, на который если обратить внимание, то сразу все похоже на эксплуатацию. Если не обратить, то ты — равнодушный прохожий. Тьфу.

Трейлер триеровского «Антихриста», если кто не видел еще:

Все, естественно, немножко обалдели от того, что Ларс, кажется, снял фильм Александра Ажи (хотя известно, что у «Центропы» после «Мандерлая» были финансовые трудности, главный бескорыстный инвеcтор, дававший Триеру денег, пару лет назад повесился, и разговоры о том, что Ларс хочет на пробу сделать коммерческое кино давно шли). «Гардиан», скажем, предлагает в качестве эксперимента поставить трейлер «Марли и я», представить себе, что это ролик нового Триера, и посмотреть сколько там вылезет глубинных смыслов. Займусь, пожалуй.

 Заметим, впрочем, что трейлер начинается почти так же, как фильм «Европа».

В поразительно комплиментарной рецензии нашего любимого критика и умнейшей женщины своего поколения Лидии Масловой, на (извините, последний раз) «Хранителей» ни разу не упоминается х...й доктора Манхеттана. Даже в предложении, где говорится про «стержень национальной безопасности». The end is nigh, indeed.

«Оскар» в этом году, кажется, будет вести, здрасьте, Хью Джекман — вроде ему предложили, он думает, просил пока шутки убрать.

Понятно, что они ищут варианты — там последние годы жопа с рейтингами (хотя это скорее связано с низким интересом к номинируемым фильмам: самые высокие были, когда выдвигался «Титаник»), но это уже как-то совсем странно. Объяснил бы кто мне феномен Джекмана. Понятно, что он приятный, красивый, поет хорошо, в «Фонтане» играл. Но скучный же, скучный, скучный.

«Гардиан» пишет, что лурмановскую «Австралию» протестировали на двенадцатилетках, те возмутились, что в конце Россомаху убивают, в итоге Лурман переснял финал, так что никто не умирает. Блистательно, конечно, особенно если учесть, что «Австралия» — это по жанру как бы «Титаник» и в конце все должны рыдать. Впрочем, может, они там в порядке компенсации аборигенского мальчика убьют или кенгуру.

Upd: Как подсказывают внимательные читатели, студия Fox оперативно покормила обедом колумниста LA Times, чтоб опровергнуть эту историю (запущенную, кстати, австралийской газетой, принадлежащей, как и Fox, Руперту Мердоку). Опровержение, впрочем, интересное: нет, мы ничего его не заставляли, он сам снял семь финалов, «ни один из которых нельзя назвать ни счастливым, ни несчастным». Как и жизнь в целом.

Нет, я все понимаю — но куда делись Папа, Даша и Пуговка?! Какой, к дьявол,у Красноярск? Я как-то смирился, когда они актрису Сёмкину слили, но это уже ни в какие ворота.