Вчерашняя цермония закрытия ММКФ — лет пять на нее не ходил, но моя девушка сказала, что ей интересно, — завораживала профессионализмом организации и тонким вкусом, как ничто из прежде виденного. Забитый под завязку «Пушкинский», температура в зале — градусов под 30, кондиционеров нет, в костюме кроме нас был, кажется, только Майкл Манн. Сперва голос из-под потолка говорит: «Дамы и господа, воздержитесь от жевания жвачки, вас сегодня покажут по Первому каналу». Потом такой удар, как рельсой по тазику, и луч прожектора освещает стоящую на сцене телочку. Голос говорит: «Это приз за режиссуру». Потом опять — бабах, загорается еще одна телочка: «А это приз за мужскую роль». Притом на экране над сценой показывают или совсем других телочек, или артиста Хабенского, или желтый фон. Призы выдавали, как пальто в раздевалке: Ангелополус, которого оставили что-то вручить, просто вышел на сцену, постоял минуту молча и грустно ушел. Бывший продюсер Нила Джордана, заседавший в жюри, сказал короткую речь, заканчивавшуюся почему-то словами: «Мы все будем жариться в аду, с чем я вас и поздравляю». Все это — под трогательный эмигрантский оркестрик, на Лазурном берегу такие в ресторанах бывают. Перед выходом Манна включили нарезку из «Схватки» и «Майами вайс» — оркестрик, естественно, зарядил «Историю любви» из «Крестного отца», которая на четвертом такте перешла в «Мурку». В «Мурку», я клянусь, вот Маслова тоже слышала.
Финальную речь Никиты Сергеевича при вручении приза Станиславского дружественному грузину очень хочется воспроизвести дословно: там было что-то про большого художника, который подобно де Голлю, достигнув вершин, остается один, преданный всеми (в какой-то момент показалось, что наградят или Путина или самого Михалкова), потом ему в помощь вырулил министр культуры, который начал обещать денег на новый фестивальный дворец.
Поразительно, конечно, — каждый год высматриваешь на ММКФ какие-то перемены к лучшему: вот залы нормальные стали, вот аншлаги на ретроспективах, и сами ретроспективы хорошие, вот какие-то важные фестивальные хиты. А потом видишь все эти ужимки под «Мурку» и понимаешь, как хреново, наверное, людям, которые, собственно, фестиваль делают. Им ведь надо после всех этих открытых писем режиссерам, каких-то людей в жюри звать и как-то конкурс собирать, чтоб потом Михалков мог выйти и сказать «а почему бы и не раздать все своим, мы же лучшие». Сейчас еще дворец построят, чтоб там то же самое устраивать. Распилили бы они уже все эти деньги и отдали их на пару маленьких фестивалей, вроде медведевского «Завтра» — а то стыдно же, люди смотрят.
