А вот еще странное открытие. Смотрел на днях «Аминь.» Косты-Гавраса про то, как Ватикан потворствовал Холокосту. Такой крепко сделанный, очень старомодный фильм-передовица в фирменном гаврасовском жанре «всюду подонки». Несколько опереточный по форме (герои — честный эсэсовец-протестант и католический функционер, — узнав тщательно охраняемый государственный секрет, начинают его громко рассказывать всем, включая дворников), но тут, наверно, отчасти виноват первоисточник — довольно знаменитая политическая пьеса 60-х годов (кстати, хороший штрих к разговору об идеологическом искусстве: автор пьесы за прошедшие 40 лет перестал верить в Холокост и теперь дружит с Дэвидом Ирвингом). Но речь о другом.
Там есть собирательный персонаж по имени Доктор, формально второстепенный, но на деле перетягивающий на себя весь фильм, его играет покойный Ульрих Мюэ. Так вот — вальцевский полковник Ланда в «Бесславных ублюдках» срисован с него один в один. Он, правда, не говорит на всех языках, но пластика, интонации, все эти ласковые нашептывания, танцевальные па, шуточки вперемешку с угрозами (при этом у Мюэ все это куда страшней получается). Понятно, упрекать Тарантино в заимствованиях — это как зебру за полоски ругать, но все равно обидно. Ланда все-таки слегка оправдывал существование «Ублюдков», а оказывается — ну ладно, в общем.
