Закрыли «At the Movies», которую 35 лет вели сперва Эберт и Сискель, потом Эберт и Ропер, потом портрет Эберта и какие-то разные люди. В позапрошлом году в Америке были марши несогласных из-за того, что «Дисней» туда посадил каких-то двух хомячков, в итоге они неожиданно сделали самую снобскую ее версию — с А.О.Скоттом и Майклом Филлипсом (вот хороший выпуск, где они ругаются из-за «Тела Дженнифер»), а теперь вот закрыли.

Я последние полгода регулярно и довольно успешно убеждал разных телевизионных людей, что единственный на свете не отвратительный и, что важно, нескучный и жизнеспособный формат для программы про кино  — это такой. Смешно.

Мамочки, оказывается, Роджер Эберт в юности гулял с Опрой.

В американском Esquire — потрясающий репортаж о буднях Роджера Эберта. Невероятное чтение, в какие-то моменты прям выламывается за рамки журнального текста и превращается в пролог к какому-то ненаписаному роману Стивена Кинга.

Немой Эберт на приеме пытается объяснить женщине, что он не глухой. Эберт общается с миром с помощью макбука и больших пальцев. Эберт в ресторане — вокруг все едят, а он не ел с 2006 года. Эберт обнаруживает, что диснеевские юристы удалили с YouTube ролики «Эберта и Сискеля», но даже нахмуриться не может и потому увеличивает шрифт на макбуке. Эберт (это, слава богу, с чужих слов) после разрыва сонной артерии лежит на мраморном полу в луже крови и слушает Леонарда Коэна. На заднем плане несколькими незначительными штрихами дано крушение породившего его мира: Chicago Sun-Times кому-то продали; в комнатке, где главные чикагские критики 30 лет смотрят кино, появлятеся чувак с aintitcoolnews.com; декорации программы «At the Movies» выбросили на свалку. Гениальная кода: Эберт прощается с автором текста и садится писать восхищенную рецензию на «Разомкнутые объятия» Альмодовара (дополнительная прелесть в том, что ирония ситуации, похоже, ускользнула и от репортера — ему Альмодовар тоже понравился).

Именно из финала, кстати, можно понять (если у кого-то еще есть вопросы), почему Эберт — такая безусловная фигура. Он ведь не лучший в мире критик — он многословен, он поставил две звездочки «Леону», он 15 лет громил Линча (и только на «Малхолланд-драйве» спохватился и начал хвалить — за то же, за что раньше громил), он регулярно превозносит какую-нибудь оскаровскую пошлятину, ну и так далее. Но есть пункт, по которому он всегда будет круче любой Паулины Кейл и ее маленьких последышей (типа нас с Зельвенским), — он идеально чувствует место, которое должен занимать критик, чтоб не превратиться в необаятельный сгусток теоретических познаний. Он не психоаналитик, не раздаватель путевок в жизнь, не проводник культурной политики, не человек, который объясняет, какой режиссер исснимался, а какой нет, — а просто дяденька, который что-то пишет про фильмы. Он может подключать личный опыт, но его эго всегда выключено из уравненения. В нем, даже когда он неправ (а он в половине случаев неправ), нет вот этого вот «как я и предсказывал 10 лет назад, Михалков оказался дутой фигурой». Он понимает, что хороший критик, скоре всего, умнее и тоньше среднестатистического режиссера, но это не меняет их положения в пищевой пирамиде, — и его это естественное положение вещей (в отличие от большинства хороших критиков) вообще не смущает.

В этом плане единственный русский кандидат в эберты лет через 15 — это Гладильщиков, дай ему бог здоровья и душевных сил.

Начался «Санденс». Русских трансляций оттуда в этом году пока не слышно, зато есть стариковский блог Роджера Эберта, а на неумном контркультурном сайте Twich начали публиковать фестивальный дневник режиссера Винченцо Натали, у которого там американская премьера замечательного фильма «Гибрид». Эберт пока пишет про расцветки девичьих платьев и Пэрис Хилтон, а Натали — про снежок за окном и собственное кино, но будем надеяться напишут еще про что-то.

А вот трейлер нового Спайка Джонзи про роботов, снятого на деньги шведской водки, и участвующего короткометражной программе. Интересней всего, как там в итоге водка рифмуется с роботами, из трейлера это не очень понятно:

Хорошо, что Стас озаботился конспектом десятилетия, потому что у меня список, сколько я не мучаюсь, получается из двух пунктов — «Догвиль» и «Килл Билл». Или «Килл Билл» и «Догвиль», тут трудно решить.

Остальное, что называется, было, есть и еще будет. Манн и То, как верно сказано, всегда с нами; фестивальное движение в кризисе, сколько мы живы (сейчас они хоть не устраивают организованных профанаций вроде новой иранской волны, и на том спасибо); румынам дай бог экономического роста. А вот этот двойной залп, который в 2003-м дали Квентин и Ларс, и вся обойма фильмов про месть, которая шла у них в кильватере — вот это то, про что были нулевые — ну, более-менее. В том смысле, что Финчер лет через пять-шесть снимет еще один очень хороший фильм, Клинт и Вуди доживут до ста, Корея объединится и станет еще интересней, но такого фейерверка, который получился от столкновения постмодернистов с приснившимися им ветхозаветными ценностями, второй раз уже не будет — ключевой компонент сгорел при взрыве.

В продолжение темы поучительных рейтингов (и смешных стариков) — двойной топ-2009 Роджера Эберта: десятку мэйнстримовского кино, открывает (хаха) херцоговский «Плохой лейтенант», а закрывает «Белая лента» (что справедливо, Ханеке давно уже стал Бекмамбетовым, удивительно, что именно Эберт это первым отметил); артхаусный топ у него в основном из прошлогодних фильмов — Рой Андерссон, Зонка, Рейгадас — но тоже мило.

Мои 12 любимых фильмов за год:

Четвертый «Терминатор» официально провалился: 90 млн за две недели, при бюджете в 200, и в эти выходные его уже явно не будет в первой десятке — ситуация хуже, чем была в свое время у «Хранителей» (хотя «Хранители», на минутку, «дети до 18», а «Т-4» — PG13). Международный прокат, который только начался, должен быть получше, чем у Снайдера, но в целом — аста ля виста.

Там очень понятная ситуация — те два хрена которые отхватили права, когда Вайна и Кассар два года назад распродавали активы, никогда раньше не занимались кино (один рекламный начальник, второй банкир) и решили поиграть в дэвидов селзников — отсюда детский рейтинг (у «Терминатора»!), отсюда МакДжи (я не разделяю общей ненависти к нему, но лучше бы «Ангелов Чарли-3» снимал), постелили соломки столько, что под ней уже ничего не разглядеть (выкинутый нолановский вариант финала, где с Джона Коннора сдирают кожу и натягивают на робота — в этом какое-то благородное безумие было по крайней мере), ну и вот.

Хорошие новости, что пятой серии не будет; плохие — у парней права на всего Филипа Дика, включая «Убика», и они с МакДжи еще нам наснимают, видимо.

Бонус: Роджер Эберт признается, что не смотрел первого «Терминатора».

Ну и вот:

Осталось совсем чуть-чуть. Критическое сообщество ставит на Ханеке (вообще, похоже на правду). Я буду болеть за Мендозу (хоть режиссерскую ветку могли бы дать) и девочку из «Fish Tank». Триер и Ноэ, думаю, пролетят — там более что Ларса награждать, это как Зидану за известный удар головой кубок дать. Красивый поступок, то есть, но ему последующая диcквалификация красоты только прибавит.

Роджер Эберт, который всю неделю безумствовал по поводу «Антихриста» («Lars von Trier's new film will not leave me alone», — хаха, знай наших), теперь нашел своего кандидата если не и на ветку, и на иностранного Оскара-2010 — французкое кино «В начале» про бездомного мошенника, которого в убитом кризисом райцентре принимают за инспектора крупной дорожной корпорации. Он сперва по-хлестаковски разводит подрядчиков на взятки, а потом проникается патриархальными ценностями и начинает действительно строить автостраду: теряет все украденные деньги, рискует сесть на всю жизнь, но строит. Понятно, почему Эберту нравится, первую половину это чистый О'Генри, и снято не стыдно (особенно сцены укладки асфальта удались). Вообще трогательно, что человек даже в Каннах, среди кровищи и ханеке нашел что-то, что отдаленно на Фрэнка Капру похоже, и давай радоваться.

Посмотрел конкурсное кино «Бойня», которое пару дней назад произвело такое впечатление на Роджера Эберта, что он ради него сместил «Коричневого кролика» с пьедестала худшего фильма в истории и разразился проклятиями в адрес вообще всех — и авторов, и каннских отборщков, и тех, кто попытается спорить, что фильм хороший. В итоге, вот сила печатного слова: на третьем дополнительном сеансе, ночью, в зале на тысячу  с лишним человек — ни одного свободного места; ушло четверо.

Это такой Брильянте Мендоза («бедный Мендоза» пишет Эберт), главный филиппинский культурный экспорт, ему под 50, снимает с середины  нулевых, делает по два фильма в год, последние три — на французские деньги. В прошлых Каннах у него было довольно забавное кино «Сервис» про семью которая трущобах держит порнокинотеатр — очень веселое.

«Бойня» тоже начинается как азиатский разлюли-неорелизм: курсант полицейской академии сперва смешно женится, потом идет на лекции, потом ему старшие по званию предлагают съездить на операцию, дают пистолет, он дико доволен. Потом оказывается, это никакая не операция, просто старшим проститутка задолжала денег; они ее везут в подвал, рубят мачете на куски и долго разбрасывают по городу. Герой пучит глаза, вяло порывается свалить, потом все едут завтракать.

Сделано предельно жестоко, хотя ничего толком не показано: весь эффект тотального ада достигается через ритм и освещение. Похищение и убийство даны в реальном времени; в какой-то момент герою дают подержать целофановый пакет с головой, и он с ней сидит на заднем сидении реально минут 10. Точно так по мере увязания в кошмаре с экрана уходит свет, к концу в кадре ни остается ни одного заметного источника, даже у машин на ночной улице фары не горят.

Снято, якобы, по мотивам реальной истории, но понятно, что это в первую очередь такая дико доходчивая парабола того, как человек пасует перед лицом зла. Не трусит, не выбор делает, а просто тупо замирает как цуцик. Ну, и эффект, конечно, погружения тотальный. Эберт жалуется, что они там 40 минут молча едут по темной дороге, а я в конце этой поездки просто вырубился минут на пять (поздно было все-таки), просыпаюсь в полной панике: где я, кто я, откуда баба связанная.

Если им сейчас хватит смелости за это ветку дать, очень сильно бы было, конечно.  Но что-то слабо верится.

Приснился сегодня Роджер Эберт, он пришел поговорить со мной о важном. С ним был приятель, состоящий только из верхней половины туловища, как в «Вольфенштайне». Я один раз об него споткнулся.

Открыл блог Роджера: он почти окончательно переключился на ностальгические зарисовки из детства и юности, почитайте, очень успокаивает.

Премьеры этих выходных. Кроме «Чернильного сердца», про которое Стас писал в журнале, французского «Ларго Винча», который мы, каюсь, не видели, и отечественного видеоарта «Дохлая кошка» (я честно выдержал минут 15, так что промолчу), вышло пройасовское «Знамение» с Кейджем. Это такой диковатый, но странным образом довольно неслабый сайфай про апокалипсис нау — с библейскими аллюзиями, смешными цитатами из Тарковского и Фрица Ланга (NY Times еще находит параллели с творчеством Kraftwerk) и еще массой всего. Вот рецензия в журнале — не верите мне, почитайте Роджера Эберта, который ему вкатил максимальную оценку; он, конечно, слишком близко к сердцу принял бла-бла-бла про детерминизм, которое там Кейдж изрекает, но насчет того, что кино rather awesome, — чистая правда.