А вот и трейлер прекрасной «Химеры» Винченцо Натали, мы про нее в прошлом году писали из Ситжеса. Они ее явно пытаются с помощью изобретательного монтажа выдать за блокбастер (а на самом деле это такая creature feature Ларса фон Триера), но вообще хороший трейлер, что уж там. У нас выходит летом:

Читатели из Петербурга спрашивают нас: в чем художественная ценность и общественно-полезная функция сериала «Школа»? Тем временем во вчерашней серии учитель географии оказался криптофашистом, учитель химии — все-таки педофилом (хотя пока и латентным, но еще не вечер), у физички продолжается роман с человеком, похожим на Ходорковского. Ну и вот это очень неплохо:

Посмотрел на специальном сеансе для местных школьников еще один отличный австралийский дебют, называется «Земля Ван-Димена». Если упоминавшийся ниже «Всадник» это пусть талантливый, но все-таки курьез для ночного просмотра, то тут прям серьезная вещь, возьмите на заметку.

Это такой подробный, с херцоговской невозмутимостью выполненный портрет человека-легенды Александра Пирса, который в начале XIX века сбежал с каторги на Тасмании с семью товарищами и постепенно их съел — австралийцы его очень любят. Снято неспешно (видно, что режиссер еще не решил, Херцогом он хочет быть или все-таки Маликом), а по теперешним стандартам еще и крайне сдержанно — почти без крови (он к тому же более-менее черно-белый, так что не всегда видно, где там кровь, а где чернозем), без лишней физиологии: ну, что-то там булькает в котелке иногда, а так — идут люди по лесу, беседуют. Главный герой первую половину фильма вообще выглядит персонажем второго плана — все вокруг с характерами, с метаниями, а он самый скучный, слабый, под всех прогибается, на все согласен, первого человека ест просто за компанию, — такая отчасти экранизация любимой идеи Грэма Грина, что в человеке изначально нет белого, а есть только серое и черное.

Трейлер (в начале не человека едят, а курицу):

Фестиваль тем временем закрывается, уже с утра по городу начали ходить люди с воткнутыми в спины топорами и выбитыми глазами (также видел двух геев с поросенком на поводке, кто им его вообще доверил, хотелось бы знать), я разузнал у девочек из дирекции, что у них на закрытии обычно бывает, и сбежал скорей на электричку.

Попозже напишу про «Дорогу» Хиллкота, которая тоже про каннибалов, тоже отличная, и, что ты будешь делать, тоже снята австралийцем (парни, похоже, в мировой культуре посередке между корейцами и румынами решили встать, в связи с чем классический вопрос умным читателям: почему австралийцы-то такие крутые? хорошие гены? кенгурятина? серфинг?). Ну, еще там по мелочам — про Филипа Ридли, «Ип Мана» с Донни Йеном и японскую картину «Страшная месть, Милли», где человека убивают плюшевым мишкой. А пока тематическая (по двум причинам) песня, простите, что без изображения:

«Выживание мертвецов» Ромеро такой же замечательный, как его название. Вот сколько говорят: старик уже все, руки трясутся, сколько можно. А он как Вуди Аллен, у нас всех альцгеймер начнется раньше, чем у него.

Это как бы приквел к «Земле мертвых» — без звезд, но широкоэкранный, красивый, плюс полное ощущение что он тайком соавтора взял: диалоги местами натурально как в «Последнем бойскауте». Действие происходит на острове Плам, куда Старлинг обещала поселить Ганнибала Лектера, если он будет себя хорошо вести; у Ромеро там живут ирландцы во главе с двумя замшелыми дедами — один сдвинут на парохиальных ценностях, другой (похожий на самого Ромеро) просто сволочь. Ну и зомби — правда совсем затюканные, даже по ромеровским стандартам, не опасней буфетчицы. Одна хорошенькая, все время на лошадке вокруг острова скачет. Положительные герои — мародер из «Дневников мертвецов», лесбиянка в камуфляже и такой несколько джад-апатовский девственник с айфоном. То есть если раньше у Ромеро противостояние всегда по социальному признаку шло, теперь конфликт поколенческий — и, кстати, старик молодежи какие-то нереальные авансы выписывает, несмотря на айфоны.

Послe «Химеры» Винченцо Натали надо, по идее, собираться домой — молния два раза в один фестиваль не бьет, лучше уже не будет, проверено.

Это, с одной стороны, замечательно сделанный фильм про монстра, в таком доспилберговском старомодном понимании (т.е. чудовище не постмодернистский конструкт с зубами, а равноправный участник истории). При этом он так играючи заходит иногда на территорию взрослого кино и так же играючи прячется обратно в чистый жанр — такие танцевальные па всю дорогу.

Эдриан Броуди и Сара Полли играют женатых друг на друге рок-звезд от генетики (обложка Wired, на работу не ко времени, как мы любим), которые случайно делают в пробирке какую-то штучку на ножках, которая эволюционирует в девочку (ну, своего рода). Тут им срезают финансирование, лабораторию перепрофилируют, и они в итоге прячут девочку от начальства — сперва в подсобке, потом у себя на даче. А поскольку она дико быстро взрослеет, проходят с ней через разные модели семейных отношений: сперва Полли втягивается в роль эрзац-матери, потом наоборот — Броуди ее учит танцам, а с Полли начинается легкое соперничество (а у девочки на хвосте здоровенный ядовитый шип). Причем традиционный готический сюжет (ученый создает чудовище, чудовище его ест) дан в несколько стриндберговском ключе: чудовищами по очереди выступают все трое.

Тут как с ранним Кроненбергом: за очень инфантильный жанр, которым обычно занимаются вечные подростки (тот же дель Торо, главный сейчас по чудовищам, при всей любви — ему же до смерти тринадцать будет) вдруг берется взрослый человек, у которого а) мозги, б) какие-то относительно взрослые взляды — на устройство мира, на отношения девочек с мальчиками, etc. Натали, конечно, поопрятней и поромантичней Кроненберга, но вот правда, со времен «Мухи» в низких жанрах никто так интересно не выступал, по-моему.

Подозреваю, впрочем, он, как и прежние фильмы Натали, провалится сейчас в никуда: для аудитории хорроров он слишком тонко сделан, а для интеллигентной публики слишком уж creature feature.