Закончил вырезать русские буквы на купленном у буддистских монахов ноутбуке, вот разные новости, случившиеся, пока все спали.

Бискинд выпустил наконец обещанную биографию Уоррена Битти, где, кроме прочего, утверждается, что тот, пока не влюбился в Аннетт Бенинг, переспал с 12775 женщинами (алгоритм расчета довольно мошеннический, но бог с ним). Битти через адвокатов все отрицает, но учитывая, что Бискинд за ним чуть ли не 10 лет ходил с диктофоном, скорее всего, они вдвоем все и выдумали.

Новый «Бонд», сценарий к которому зачем-то пишет Питер Морган, перенесен на неопределенное время, поскольку MGM разорилась и сейчас продается.

«Аватар», как все уже знают, всех вынес (даже, о чудо, вроде бы Бекмамбетова в русском прокате). Я под Новый год сходил на него в Бангкоке в аймакс, и при всем презрении к цирковым технологиям надо признать ­­­­­­— какой-то почти наркотический опыт. Тут, видимо, как с «Роллингами» ­­­­­­— чем громче включаешь, тем меньше вопросов к поэзии образов. На экране компьютера все кажется какой-то мультипликационной ерундой, в нормальном кинотеатре — довольно мощным, но все-таки детским развлечением, а когда экран вдруг больше тебя в пять или сколько там раз, шкала масштабов сбивается, и тебя уже не волнует, что развлечение для маленьких, —­­­ ты сам маленький, а фильм большой. Такой эффект «Кинг-Конга» или скульптуры «Рабочий и колхозница».

Плюс Кэмерон довольно тупо, но эффектно, как на бульдозере, переехал главную проблему современной фантастики: тот факт, что технологии в какой-то момент обогнали воображение. Если в 70-е, 80-е и даже в начале 90-х технари пытались угнаться за выдумщиками, то последние лет 15 компьютеры, которыми можно нарисовать более-менее все, обслуживали непроходимых зануд. И дело, подозреваю, не в какой-то специальной бездарности поколения, а в том, что абсолютная свобода, судя по всему, действительно парализующе действует на фантазию и волю. Приличный сай-фай нулевых или антитехнологичен (как первый «Риддик», как та же «Луна», которая выглядит фильмом 70-х), или хорошо притворяется таким (тот же «Район №9»). Одним из первых это, кстати, понял Спилберг: еще в «Искусственном разуме» у него спецэффекты маршируют с развернутыми знаменами (смотрите, до каких возможностей не дожил Кубрик), в «Особом мнении» уже сползают куда-то в область бытовой техники, в «Войне миров» — вообще прячутся за горизонт и оттуда жалобно поют «ула-ула».

А Кэмерон, вместо того чтоб заниматься самоограничениями, просто сел и выдумал какую-то хрень, которую все эти фотошопы нарисовать не могут. Можно спорить о том, насколько эта хрень стоила затрат, но последовательность восстановилась: сперва ­­­­­­— сумасшедший с пишущей машинкой, а потом ­­­­­­— толпа людей с клавиатурами и отвертками в легкой панике от поставленной сумасшедшим задачи. И в таком порядке вещей что-то очень правильное есть: сумасшедший или пусть даже просто самодур на ключевом посту как-то сразу примиряет с индустриализацией искусства.

Летал делать для журнала уже не вспомню какое по счету интервью с Тони Скоттом. Вопросов к мастеру с каждым разом все меньше, но он всегда так по-детски радуется, когда я говорю, что 15 раз смотрел «Домино», — в общем, я не считаю себя в праве его этой маленькой радости лишать. В самолете посмотрел back to back «Захват «Пелама Раз-Два-Три» с Уолтером Маттау и Робертом Шоу и, собственно, скоттовский его ремейк с Траволтой и Вашингтоном, который скоро выходит.

Поскольку и тот и другой — просто хорошие поточной сборки боевики без затей и без претензии на что-то, кроме ваших пяти долларов (старый постройней и поумней, но это уж как водится), очень занятно сравнивать, как конвейерные стандарты за 35 лет поменялись.

Скажем, в оригинале в захваченном вагоне едет довольно карикатурная социлогическая выборка: пидорас, проститутка, негр-бандит, хиппи, яппи, прислуга-пуэрторинканка и так далее (дополнительный фокус в том, что один из них, возможно, переодетый коп). У Скотта полицейского валят через пять минут, а пассажиры — орущая безликая масса, из которой выделяется только дурацкий подросток — и то потому, что ему телочка в начале по «Скайпу» сиськи показала. В оригинале захватчики за все время убивают двоих, притом на главных героях — Маттау и Шоу — клейма негде ставить, такой цинизм на рожах написан, что ему даже никаких сюжетных подтверждений не требуется. У Скотта — гора трупов, но зато разговоры по душам, сочувствие в глазах за секунду до выстрела, у каждого своя правда, оба жертвы и так далее.

Я без особой надежды на реакцию попробовал с Тони этот парадокс обсудить, а он как посмотрит на меня грустными стариковскими глазами и говорит: «Юноша, это же факин очевидно. Brutality and sentimentality go hand in hand. Вспомните хоть Гитлера». Тут мы заплакали, обнялись, и я рассказал ему историю своей жизни.

Еще в старом «Пеламе» — один из лучших в истории кино финальных стоп-кадров. Для тех, кто поленится смотреть целиком, вот он: