Пока летел домой дважды (потом стюардесcа разволновалась и отобрала наушники) посмотрел содерберговского «Информатора!». Удивительно, что именно Содерберг, человек когда-то снявший «Эрин Брокович», последний из современных режиссеров, которого можно было заподозрить в наличии каких-то убеждений кроме эстетических, превратился теперь в такого последовательного борца с капитализмом. Сперва «Че», пототом «Эффект подружки», где капитализм олицетворяет умеренно сообразительная блядь, теперь вот это.

История (Стас про это уже писал) как бы в духе майкл-манновского «Своего человека» — корпоративный функционер сдает своих боссов ФБР — но дико изящно превернутая с ног на голову, причем на всех уровнях. Во-первых, герой — не герой, а трагический идиот (в какой-то момент предъявлется справка). Во-вторых, все страсти — из-за цен на пищевые добавки. В-третьих, 90-е, когда все происходит, без явных причин стилизованы под 60-е, с музыкой Марвина Хемлиша и всеми делами (с формалистской точки зрения все верно: 6 это 9 вверх ногами). Но главное — фильмы про корпоративные заговоры обычно влюблены в детали: цифры, даты, банковские проводки, тебя обязательно всем этим прессуют, чтоб ты понял, насколько все серьзно. А тут вся конкретика аккуратно вымарана. Мэтт Дэймон говорит «короче, слушайте», открывает рот, и тут, бац, заиграла музыка и дальше он две минуты беззвучно машет руками.

Умолчание — вообще любимый прием Содерберга, он им часто симпатично злоупотребляет, как визуально — когда камера фокусируется не на том, на чем надо, так и на уровне смыслов (из фильма про Че Гевару убирает политику, из фильма про проститутку — секс). Но тут с его помощью гениально донесена простая мысль: что подробности не важны. Не надо слушать про глюконат, не важно сколько миллионов и какие оффшоры. Смотрите на походку, одежду, выражения лиц. В банковских проводках обязательно запутаешься, бегающие глаза сообщают про человека все. В такой манере, наверно, здорово было бы снять фильм про дело «Юкоса» —  превратить 500 или сколько там томов обвинительного заключения в музыкальный фон, а акцент сделать на  физиономиях с обеих сторон.

На выходных досмотрел наконец третий сезон «Mad Men»: не вспомню, когда в прошлый раз что-то из телевизора так завораживало, как эти последние 3-4 серии, — может быть, финал «Твин Пикса» в детстве.

Кто не видел, это такой, строго говоря, не сериал даже, скорее телероман про американские 60-е, данные глазами нью-йоркских рекламщиков, которые одновременно самая лощеная, сытая и по-жлобски консервативная часть общества, которой эти 60-е глубоко до лампочки (но которых ими вот-вот сметет с лица земли). В первом сезоне с героями почти вообще ничего не происходит, поскольку антураж и контекст  сами по себе интересней любого действия: все бесконечно курят друг другу в лицо, бьют по задницам секретарш, ругают Кеннеди, похабно шутят про негров, евреев и женщин. Дальше начинаются какие-то подспудные процессы, отчасти зарифмованные с процессами в стране и мире (скажем, жена героя проходит путь от безропотной жертвы мужского общества до отчаянной домохозяйки), третий сезон заканчивается убийством Кеннеди, когда мир уже разорвало в клочья, а люди, как водится, остались.

Про то, почему это вместе настолько грандиозно, есть блестящее эссе Михаила Идова в сентябрьском книжном приложении к «Ъ»; Идов там, правда, не касается лежащих на поверхности параллелей с «Дорогой перемен» — впрочем, возможно, как раз в силу их очевидности: когда выходила мендесовская экранизация, «Mad Men» упоминались в каждой второй американской рецензии на нее (и всегда в нелестном для Мендеса смысле).

Не знаю, что они придумают в четвертом сезоне — но даже хорошо, что его ждать до следующей осени: на том многоточии, которое там пока стоит, как-то хочется на время задержаться.

Любимый момент, с любимой героиней: 

«Информатор!» проклятого Содерберга — прекрасный совершенно. Очень злой, очень смешной, при этом совсем в другом ключе, нежели «Сжечь после прочтения» (на что отчаянно, кажется, намекал трейлер). Это, скорее, что-то вроде «Герлфренд экспириенс», только на материале, который авторы гораздо лучше чувствуют; да и поинтереснее он, этот материал. Вкратце — про человека, который, будучи вице-президентом крупнейшего производителя всяких пищевых добавок, решил сдать его грязное белье в ФБР. По сути — про то, как работает капитализм, и (соответственно) про вранье.

А еще это ретро про 90-е, что само по себе любопытно.

Ну и понятно, конечно, почему «Каро» в концев концов передумало его прокатывать, несмотря на имена — это как если бы издатель Марининой под такой же обложкой стал бы вдруг читателю Хомского впаривать.

Ой, какое милое вранье:

«В громадном зале Дебюсси каннского Кинодворца для всех желающих членов жюри, журналистов, специалистов и приглашенных не хватило мест. В результате фильм о царе Иоанне Грозном многие смотрели, стоя в проходе между рядами кресел, передает ИТАР-ТАСС».

Во-первых тут в принципе никто не может стоять в проходе: охрана считает места и, когда они кончаются, в зал перестают пускать. Ну и я был в Дебюсси на этом показе, партер был на четверть пустой — как и на половине показов «Особого взгляда».

И главное, вот нафига, а. Хотели Суркову приятно сделать, лучше бы рецензию из Variety процитировали что ли.

Получил очень любезное письмо от пресс-агента к/ф «Адмирал»: интересуются, в каком именно месте их собственного пресс-релиза режиссеру Кравчуку приписан лишний берлинский Гран-при. Если покажу, обещали исправить (цитирую) «это постыдное искажение истины». Интересно, как они его исправят?

Вообще, удивительно это, неожиданно и приятно. Ждем звонка из секретариата Н.С.Михалкова на предмет того, золотой или все-таки не золотой лев у фильма «12». И да, если кто-нибудь каким-нибудь образом действительно получит опровержение, дайте знать.

Коллега Зельвенский в настоящий момент у себя в Санкт-Петербурге смотрит как-раз «Адмирала», но так как практика sms-рецензирования в прошлый раз вызвала неоднозначную реакцию масс, я не буду тут повторять, что именно он пишет.

Лучший момент в фильме «Адмирал» (кто пропустил, это новая продукция Министерства правды, герои «Иронии судьбы-2» сражаются с большевиками за православность и народность), так вот лучший момент в этом фильме — актеру Безрукову (генерал Каппель) отрезают еще и ноги. Это, поверьте, прекрасно. И давно пора. Вообще, произвести картину, где Безруков по итогам оказывается наименее отвратительной составляющей экранного шоу, это большой успех, это надо уметь.

Справедливости ради, там есть компьютерный морской бой (симпатичный, похоже на современную японскую анимацию), одна страшная сцена и одна интересная (интересная — психологическая атака каппелевцев из «Чапаева», переснятая с точки зрения белогвардейцев). А вообще на примере «Адмирала» здорово показывать, как именно новорусскому кинематографу удается достигать этого удивительного эффекта тотальной навранности. Тут даже диалоги не нужны, все чисто на уровне киноязыка происходит. Они используют или совсем общие панорамы-пейзажи с компьютерными корабликами и паровозиками, или тычут камерой в переносицу Хабенскому. Средние планы сведены к минимуму — потому что именно на них вылезают все пластмассовые форточки в дворцах и совковые жесты.

Ну и наша радость была бы неполной, если б в пресс-релизе картины не было напечатано, что «Итальянец» (чей режиссер Кравчук «Адмирала» режиссировал) получил Гран-при в Берлине. На самом деле вот список берлинских лауретов за 2005 год, «Итальянца» там, конечно, вообще нет, потому что спецупоминание детского жюри в основной список не вносят. Ну, то есть взяли люди — и наврали. Красавцы.

Вчера вечером громкоговорители страны объявили, что михалковские «12» номинированы на Оскарa. Это, в некотором роде, вранье: шортлист объявят только на следующей неделе, а «12» вместе с бодровским «Монголом» (который идет от Казахстана) пока вышли во второй тур голосования. То есть существует хороший (один к двум, строго говоря) шанс, что в итоге будет и номинация — но на мой вкус это изрядное новаторство — вот так вот запросто сообщать новости из будущего.

Вообще этот второй тур сейчас широко обсуждается, не в связи с «12-ю», а из-за того, что в него по итогам не вышли ни Мунджу, ни «Персеполис» (у которого, впрочем, есть надежда попасть в мультипликационную номинацию и там сражаться с «Шреком-3»), ни мой заочный фаворит «Приют». Энн Томпсон из Variety в своем блоге пишет что из-за Мунджу оскаровское правление уже рвет на себе волосы и все задают ежегодный вопрос: кто эти прекрасные люди, из которых состоит Киноакадемия. Пару лет назад туда, я помню, уговорили вступить Скарлетт Йоханссен и маленькую девочку из фильма «Гнев» (которой тогда было лет 11 и которая, судя по всему, главная интеллектуалка планеты после Джоди Фостер). Но проблемы это, по всей видимости, не решило.