« — Но, может быть, у вас есть вопросы по поводу фильма «Адель» — я же ведь для этого сюда приехал?
— Этот фильм не вызывает особенных вопросов, как по содержанию, так и по форме» .

Это, как легко догадаться, наш любимый кинокритик Лидия Маслова беседует в газете «Коммерсант» с Люком Бессоном. Странно, что Лидия не узнала у мастера, правда ли, что Мила его бросила за то, что он толстый.

Новый Бессон — «Невероятные приключения Адель Белое Сухое» — совершеннейший детский сад, артур и минипуты. По комиксам про журналистку-романистку-авантюристку в Париже перед Первой мировой, ее играет барышня, которая прославилась тем, что сексуально вела прогноз погоды.

Начинается с того, что некий престарелый египтолог, похожий на Горлума (но хороший), силою мысли оживляет небольшого птеродактиля, который начинает терроризировать город (Париж, как обычно у Бессона — квартал вокруг Лувра и отеля «Крийон»). Потом появляется, собственно, Адель — она хочет вылечить свою сестру, которая находится в коме после прискорбного теннисного инцидента, и для этого притаскивает из Египта мумию личного врача Рамзеса Второго (египетский отрезок в стиле «Индианы Джонса» — там ненадолго появляется Матье Амальрик, которого я не узнал в гриме). Ближе к концу оживает целый выводок мумий (хороших) — они, в частности, отмечают, что во дворе Лувра неплохо бы смотрелась пирамида.

Возня с птеродактилем немного напоминает «Воспитание крошки», плюс Адель однажды ни с того ни с сего принимает ванну — это в актив.

В остальном — нагромождение дурацких шуток, средних спецэффектов и отчетливый налет слабоумия. Калейдоскоп, так сказать, интересных персонажей: полицейский-обжора, идиот-президент, ухажер-поляк, терьер, мумия. Он еще, кажется, сейчас провалится, и других невероятных приключений Белого Сухого мы не увидим.

Трейлер бессоновских «Приключений Адель Блан-Сек» с птеродактилями и телеведущей Луиз Бургуан. Бессон, когда еще был актером, публично клялся, что уйдет на пенсию после 10 фильмов. Это с одной стороны уже тринадцатый, с другой — ну а разве это фильм:

Какая прелесть — кино «Бессмертный», оно же «22 пули». Жан Рено играет исправившегося марсельского мафиози, которого убивают старые подельники, а он не умирает и идет убивать их. Постановщик — пожилой актер Ришар Берри, продюсер — Бессон, они со времен уродских «Пурпурных рек-2», ничего вместе не делали. Пока смотрел трейлер, три раза расплакался, очень круто:

Новый Пьер Морель, «Из Парижа с любовью», довольно дикий — даже не знаю, больше в хорошем смысле или плохом. Джонатан Рис-Майерс играет офранцузившегося клерка из американского посольства, мечтающего работать в ЦРУ, Траволта — оперативника-беспредельщика, который его инициирует. Как и в выдающейся морелевской «Заложнице» упор сделан на работу с национальными меньшинствами: Траволта сперва убивает много китайцев, потом принимается за пакистанцев, притом никакой извиняющей мотивации (типа дочку спасти, как в «Заложнице») у него нет: мочит, и все. Поскольку весь этот геноцид в какой-то момент надо обосновать, в конце происходит сюжетный твист, удивительный не столько своей неожиданностью, сколько тем, что тупо нарушает правила жанра. Бессону (который, как обычно, автор сюжета) вообще свойственно не замечать, когда его цинизм перестает быть обаятельным, и вот тут минут за 15 до финала оба героя становятся так неприятны, что уже неважно, насколько они хорошо стреляют.

Как боевик, впрочем, сделано почти безупречно: есть шутка про «рояль с сыром» (наконец кому-то хватило наглости), плюс в качестве привета гонконгским коллегам в конце выясняется, что любимая песня Траволты — «Close to You» (сомневаюсь, впрочем, чтоб коллег это умилило после пятидесяти мертвых соотечественников в первом акте). А поскольку в новой экономической реальности Голливуд обеспокоен в первую очередь соотношением цены и качества (собственно, вся американская карьера Бекмамбетова стоит на том, что он за 60 миллионов берется делать то, на что Брайану Сингеру надо двести), понятно, почему Мореля сейчас и «Дюну» зовут снимать, и все на свете.

Сегодня полтора часа смотрел, как Кейт Бекинсейл бегает вокруг сугроба, и совсем было упал духом, но вот, очевидно, в награду за долготерпение бог послал трейлер кино «Из Парижа с любовью». Это новый Пьер Морель, который «Заложница», спасибо ему, за то, что он есть на свете:

А еще вот великий фильм «The Driver» Уолтера Хилла: я из детства помнил только, что там играл Стив Маккуин. Как выяснилось, даже это аберрация — а играет, да, Райан О’Нил. Так вот, задним числом бросается прямо-таки в глаза, что концепт «Перевозчика», да и отдельные сцены, Бессон оттуда вообще один-в-один снял. Включая сексуальную ориентацию героя (как он Аджани отшивает, жуть). Впрочем, наверняка это общее место.

Как и стоило ожидать, намечается сиквел нашего любимого с Зельвенским (и Армондом Уайтом!) фильма «Заложница» — у нас он в прошлом году благополучно прошел в пустых залах (у общества, где гопники не знают толка в боевиках, серьезные проблемы, я считаю), в Америке собрал уже под 120 миллионов, пятую неделю висит в первой тройке проката, хита таких масштабов у Бессона не было за всю историю пресловутой Europa Corp. Красиво будет, если сейчас получится полноценная франшиза, как с «Перевозчиками» — Лайам Нисон сможет наконец бросить всякую костюмную дребедень играть.

В киноблоге LA Times занятный профайл сценариста «Заложницы» Р. М. Кэмена, немолодого уже американца, который начиная с «Пятого элемента» работает стенографистом бессоновских идей. Он там, в частности, врет, что полностью переписал «Леона», но есть и явно правдивые подробности — про то какое Бессон хамло в быту, и как они с ним друг друга называют Шрек и Ослик.

Режиссерский дебют бессоновской юбер-девушки Ри Расмуссен «Человеческий зоопарк», как мы и боялись, полон добрых намерений, разных выстраданных мыслей об устройстве мира и ужасен настолько, насколько вообще кино бывает ужасно.

Снято на одних крупных планах, два временных пласта — желтый и синий: в одном Рассмусен — косовская беженка-полукровка, у которой на фоне бомбардировок Белграда высокие отношения с сербским военным преступником: в какой-то момент она откусывает ему палец, глотает его, а он пытается ей столовым ножом разрезать живот, чтоб палец вернуть. Вторая половина — она же в Марселе трахается с американским легкоатлетом, похожим на дерградировавших братьев Оуэн, и мечтает уехать с ним на Бали. Атлет в их отношениях выполняет женскую роль и почитывает «Маятник Фуко». То есть в рамках одной героини противопоставлены две модели: женщина в традиционной роли, которую унижают и трахают (и то и другое, что важно, — неудовлетворительно), и женщина, которая берет свою судьбу — в контексте фильма парадоксальным образом получается, что это х...й — в собственные руки. Притом очевидно для барышни это не пустые слова: она перед фильмом вышла — гигантская, красивая, в каком-то сумасшедшем алом платье, вытащила этого бедолагу-американца за руку и говорит: «Вот моя баба, я им вдохновляюсь». Он открыл рот что-то сказать, а она его как дернет и потащила со сцены, разве что за задницу не ущипнула по дороге.

И видно, что ей там всем миром помогали — сценарий явно Бессон редактировал: на середине все вдруг превращается в «Леона» (только с двухметровой кобылой на позиции маленькой девочки), а в самом конце вдруг в «Заложницу». Оператор — я полфильма думал, что за придурок камеру держит, они его что, из Петербурга выписали; а пошли титры — здрасте, действительно, Тьерри Арбогаст.

Режиссер за работой:

В американском прокате всех порвало наше любимое кино про полезные навыки — «Заложница», у которой самый сильный американский старт за всю фильмографию Бессона — лучше «Перевозчиков», лучше «Пятого элемента»; Лайам Нисон теперь официально последний герой боевика, может, Сталлоне его еще успеет в «Одноразовых» вписать.

Закончился МКФ в Роттердаме, там наградили разных хороших людей, в частности, корейскую картину, извините, «На последнем дыхании» про бандита и школьницу (ладно, корейцам можно) и индонезийский фильм «Слепой поросенок, который хочет летать» (приз ФИПРЕССИ). Больше всего шума, судя по всему, наделал внеконкурсный, приехавший с «Санденса» рефновский «Бронсон», даже Плахов радуется. Обидно: в Берлине его не будет, а Каннах, наверное, тоже, а до фестиваля «Завтра» (куда Алексей Медведев его, готов спорить, притащит) еще сто раз апокалипсис наступит.

Variety пишет про два байопика Стива МакКуина, которые, как недавно «Капоте» с «Пресловутым», идут ноздря в ноздрю — хотя понятно, что нормальный фильм про МакКуина снять в принципе невозможно, потому что его просто некому сыграть. У Костнера был короткий период, когда он очень недурно, в формате Максима Галкина, его копировал (см. «Телохранителя»). Хотя они наверняка не запарятся: будет в одном фильме Крейг, а в другом — Бейл.