Второй день пытаюсь осмыслить популярный фильм «Primer», практически не преуспел.

Кто не слышал — это такой DIY-сай-фай, снятый за пригоршню долларов каким-то американским умником (получил Гран-при на «Сандэнсе» в 2004-м). Страшно увлекательно: час с четвертью два молодых человека в белых рубашках сидят в гараже и разговаривают про квантовую механику.

Обаяние фильма в том, что там нет никаких сносок. Как будто забрел на физфак на семинар. Ни черта не понимаешь, но чужое знание — оно ж всегда завораживает. И чем абсурднее область, тем лучше. При этом там такой как бы авантюрный сюжет про машину времени, примерно как в последних сезонах «Лоста», только в кадр почти ничего не попадает и нет Херли, который бы твои глупые вопросы озвучивал.

И в отличие от «Пи» какого-нибудь, у автора нет особенных артистических амбиций — глядите, типа, как я сейчас заверну, — а есть спокойное высокомерие человека, который на пятерки учился. Красавец.

Ладно, пойду-ка почитаю восьмое объяснение того, что там произошло.

С запозданием — финальная порция бормотания про Канны.

У меня, как я, кажется, уже рассказывал, есть сразу двое знакомых, которые умеют с дьявольской точностью угадывать каннские результаты. И один в этом году предлагал научить, но предупредил: «Если я тебе объясню логику, ты тоже начнешь думать, что Джейлан великий режиссер, а Канте важнее Че Гевары». Пришлось отказаться.

Что до лауреата (который, к слову, куплен, и будет у нас в прокате), то он, по-моему, всем хорош, кроме того, что безбожно, как только французы это умеют, болтлив. Это, впрочем, генетическая проблема, вроде русского пьянства, которую только люди с железной волей перебороть могут. Да и то. Вот Бессон — он ведь с этим практически системно боролся: сперва снимал вообще без слов, потом у него был принцип — что все важное можно сказать тремя словами. А потом размяк, в прощальном «Ангеле-А» очень хорошо видно: как будто бы дамбу прорвало, и поперли все эти сложноподчинненые «что ты почувствовал, когда я тебе сказала о том, что я чувствую». И у Канте вся его хваленая реалите-верите тоже ровно такая, через шесть запятых и три тире, даже школьницы не спасают.

Хотя про то, что у него там реализм небывалого качества, — это правда. Я в воскресенье вечером переходил улицу от фестивального дворца к кафе, замечтался о том, как сейчас наградят «Че», и влетел в толпу страшно красивых французских старшеклассников, которые невозможно орали, отвешивали другу оплеухи, какая-то девочка пыталась таскать мальчика за волосы, а крепкий мужчина на них властно покрикивал. И все они, понятно, были в смокингах и вечерних платьях, и через 20 минут вышли обратно с «Золотой веткой».

А лучший фильм, который тут показывали в этом году, это все-таки «Влияние гамма-лучей на рост маргариток» Ньюмана с Джоанн Вудворд. Это такой прото-«Мир призраков», там кроме прочего есть грандиозная сцена школьной олимпиады, где девочка долго рассказывает, как для научных целей сварила кота, а завершает свою речь словами: «Обещаю, что в следующем году попробую сделать то же самое с собакой».

Мы, со своей стороны, ничего такого не обещаем.