После Юриного поста (а также после этого еще, например), как водится, трудно писать о чем-то другом — и должен сказать, что кровавый режим добился все-таки того, что прежде мне категорически несимпатичную группу «Барто» я уже почти полюбил. Песня, ставшая предметом разбирательства, мне все равно не очень нравится — но вот от нового альбома, кажется, имеет смысл чего-то ждать. Впрочем, я не об этом. Я продолжу немножко гнуть свою линию.

Завтра и послезавтра в «Икре» произойдет очередной раунд ведомого А.И.Кушниром фестиваля «Индюшата», вокруг которого два года назад тут разгорелся памятный кровавый диспут (я сейчас перечитал бегло — ух). Многие читатели на этом месте привычно скептически ухмыльнутся, ну а я привычно выступлю в защиту. Понятно, что эту скептическую ухмылку может вызвать. Понятно, что специфика работы Кушнира и его пиар-агентства такова, что если люди 364 дня в году кричат во весь голос по самым ничтожным поводам, то сложно поверить, что один оставшийся день они делают это искренне, а предмет шума заслуживает внимания. Понятно, что «фестиваль молодых групп» — это вообще уже полумертвый формат, вызывающий ассоциации не с важными мероприятиями начала 90-х, давшими «Индюшатам» имя, а, скорее, со сборищами в «Точке» или «Релаксе». Слово «фестиваль» автоматически означает, что плохие будут играть слишком много, а хорошие — слишком мало, что ответственность меньше; «фестиваль» — это по определению некая толпа, каждый в отдельности представитель которой никому не нужен, ну и так далее. (Поэтому, в частности, я свои «Среды» в той же «Икре» принципиально делаю по монографическому принципу.) Тем не менее. «Индюшат» Кушнир действительно собирает от всей души. И в «Икре» в ближайшие два дня действительно будет на кого посмотреть. Как нарочно, все они (ну, те, кто интересен, на мой личный взгляд) женского пола. Предлагаю небольшое введение в тему.

«Деликатесы»
Ансамбль из Владивостока, который существует уже чуть ли не десять лет — при этом почти никаких их следов в интернете нет. Земляки «Деликатесов» из группы Narkotiki подтвердили, что группу знают, и, кажется, даже обозначили их каким-то положительным определением. Играют девушки такую распевную фолктронику на несколько голосов — чем-то похоже на «Колибри», если бы группа возникла уже в нулевых. Выступают в первый день, в среду.
«Облакини»

«Оленье солнце»

Kira Lao
Хрупкая девушка из Новгорода, сейчас уже вроде бы переехавшая в Петербург под крыло лидера Theodor Bastard, который строит ей звук. Играет печальный приукрашенный трип-хоп и дарк-фолк с арфой и струнными; в основном на английском, но не только. У Киры, по-моему, очень сильный, такой лунный, полумистический голос, вот ровно такой, какой и может оправдать и осенить такую музыку. Выступает в первый день. Ну и важно еще, что «Индюшата» — не единственная возможность увидеть ее в Москве: в пятницу Кира представляет в «Доме» свой первый сингл «Pu-erh». А сегодня его же вроде бы должны выложить на конкурирующем портале — если выложат, еще сообщу.
«Trains»

«Шелести»

«Обе две»
Люди из Екатеринбурга, соратники и добрые друзья группы «Сансара» — собственно, мощнейшая барабанщица «Сансары», которую кто видел, тот не забудет, состоит на постоянной основе в «Обе две». Исполняют такой феминистический диско-панк с хорошо придуманным звуком и довольно жесткими нередко текстами; местами похоже на Земфиру, местами — на «СБПЧ» в юбке, местами — на тех же «Колибри», ну и на «Сансару», понятно, тоже похоже, но все это не означает вторичности, да и живьем девушки смотрятся крайне бойко. Играют во второй день «Индюшат», в четверг.
«Яблони»

«Гонщики»

Flyfox
Совсем, кажется, юная девушка из Ижевска; сочиняет и поет на английском — примерно по линии Алины Орловой, или Тори Эймос, или даже Регины Спектор — то есть, в общем, такая исповедальная женская лирика, скорее безобидная, чем странная. Группа, очевидно, только-только собралась — поэтому пока не очень понятно, вырулит ли это куда-нибудь (сейчас, конечно, песни совсем такие средненькие); но вдруг да. Играют во второй день.
«Scarlett Thirteen»

«It’s a Real Love»

Новости одной строкой: День города закончился поножовщиной со стрельбой у клуба «Точка» — скинхеды подкараулили панков после концерта группы «Пурген»; участник культурной программы Русского дома на Олимпиаде в Ванкувере и недавний собеседник В.В.Путина рэпер Рома Жиган при заселении в самарскую гостиницу пригрозил обоссать администратора, а солистку группы «Барто» Марию Любичеву сегодня вызывали на Петровку, 38. Предмет разбирательства — выступление «Барто» на митинге в защиту Химкинского леса на Пушкинской площади; вернее, одна конкретная песня под названием «Готова». Давайте ее послушаем.

Мы созвонились с Марией сегодня вечером, и поскольку диктофона под рукой не было, попробую передать ее рассказ близко к тексту. Сотрудники органов внутренних дел при встрече задали ей следующие вопросы:

— кто организаторы митинга на Пушкинской 22 августа (что вообще-то нетрудно узнать, набрав в «Гугле» слова «митинг на Пушкинской 22 августа»);

— почему не были залитованы тексты (судя по вопросу, представления сотрудников Петровки об организации концертов почерпнуты из книг по истории Ленинградского рок-клуба);

— что конкретно имеется в виду в песне «Готова» (Мария говорит, что песня о любви — и это, в общем-то, правда).

Любичевой также сообщили, что уже идет лингвистическая экспертиза на предмет наличия в тексте песни признаков экстремизма, и два эксперта склоняются к тому, что есть. Засим сотрудники попрощались с артисткой — впрочем, сказали, что ненадолго.

Вот такая история. История со всех сторон поразительная — радуют и расспросы с подковыркой об организаторах разрешенного (на секундочку) митинга, и анонимные эксперты, которые известной им одним линейкой измеряют в текстах экстремизм. Но главное — обратите внимание, исторический момент — о том, как музыкантам шьют дело за ТЕКСТЫ ПЕСЕН, мы до сегодняшнего дня читали только в книжке Кушнира «Сто магнитоальбомов русского рока» и в старых интервью с Летовым. Один из немногих людей, кто мог бы дать Любичевой совет, как вести себя в этой ситуации, как раз выступал с ней на Пушкинской — правда, у него эти ситуации в последний раз возникали лет 25 назад. И понятно, что прецедент был создан 31 июля (ох уж это 31-е число) в Волгограде — но история с Нойзом, в общем, выглядела как такие понятные пацанские дела: на парня наехали, он кинул ответку, его стали закрывать. А тут — две недели, не говоря никому ни слова, серьезные люди из отдела по борьбе с экстремизмом тихо и методично выясняют, есть ли угроза национальной безопасности в песне группы «Барто» и какая за это группе полагается мера пресечения. Жуть какая-то.

Не хотелось бы делать далеко идущих выводов — хотя если в этих широтах собираются сажать людей за тексты песен, куда уж дальше. Хотелось бы сказать пару слов даже не о методах властей, а о медийном пространстве, в котором мы существуем — вернее, сами для себя создаем; и из-за которого, кажется, вся эта дрянь и становится возможна. Я вот точно знаю, как дальше будут развиваться события. Сейчас здесь появятся комментарии о том, что песня плохая, группа говно, текст действительно учит плохому, милиция на самом деле бережет наш покой, и обижать ее нельзя, а вся эта история возникла потому, что у группы выходит альбом, и поэтому нужен пиар. Дальше за группу «Барто» впишется, где можно и нельзя, Артемий Кивович Троицкий и, может быть, еще Василий Шумов — а остальным коллегам-музыкантам-промоутерам будет казаться, что их это не касается и никогда не коснется, и вообще, сто лет жили без группы «Барто» и еще проживем, меньше народу — больше кислороду. Дальше группе «Барто» впаяют (дай-то бог) штраф или какой-нибудь выговор с занесением, и все утихнет. А потом возьмут за хвост еще кого-нибудь. И еще кого-нибудь. И еще.

Буду рад ошибиться.

Традиционный обзор поступившего в продажу журнала. Кроме совокупной рецензии на Алину Орлову и Нину Карлссон там есть вот что. Новый альбом Interpol — совершенно ужасный, к сожалению, но в чем-то симптоматичный. Ретроспективный гениального диско-диджея Уолтера Гиббонса — ни в чем не симптоматичный, но очень крутой (вот одно из доказательств).

Группа Stoned Boys, которая в четверг дает свой первый сольный концерт в «Солянке», — в мини-рубрике «Лицо».

Разговор с Юрием Шевчуком про Химкинский лес, современность и Суркова — в рубрике «Ответы» (увы, мы с ЮЮ говорили буквально накануне его бенефиса в «Лужниках», а после он был слишком занят на репетициях новой программы, чтобы прокомментировать случившееся — с другой стороны, там много слов, релевантных не только в текущей ситуации).

Еще одна реплика по поводу недавнего концерта U2 в мини-колонке (не вывешиваю, потому как все уже обсудили).

Краткие отзывы о 5 новых русских альбомах в мини-рубрике «Выбор» — но поскольку этих русских альбомов вышло сильно больше, чем 5, мы эту тему еще разовьем в отдельном посте.

Ну и, хоть это не имеет прямого отношения к музыке, прорекламирую тут еще материал про новые клубные тренды, который мы изготовили для рубрики «Ночная жизнь». В нем можно узнать о трагической судьбе балеарика, брюк чинос и Поко Кокса и о радужных перспективах надписей на асфальте, сидра и Михаила Ефремова. Получилось, кажется, смешно и весело — как, собственно, и задумывалось.

На прошлой неделе вышел на лейбле «Восход» первый альбом певицы Нины Карлссон «I Deny», еще через пару недель ее группа будет представлять диск в Москве, в «Шестнадцати тоннах». На этой неделе выходит в России, на лейбле «Снегири», второй альбом Алины Орловой «Mutabor» — в пятницу Орлова будет представлять его в Москве, в ЦДХ. Такая одновременность провоцирует на сравнения, да и не только она — хотя, если присмотреться, девушки сильно про разное. В общем, так или иначе, во имя экономии пространства и попытки описать тенденции я все-таки в новом номере «Афиши» написал разом и про Алину, и про Нину. Результат ниже.

Два образа новой здешней женской поп-музыки
Алина живет в Литве, она рыжая, она поет голосом встрепенувшейся горлицы, эльфийской принцессы, тоскующей по далекому дому. По ее первому альбому было понятно, что Орлова — интересная певица; по второму ясно, что она интересный музыкант (и только скромность самой артистки удерживает от эпитета «большой»). «Mutabor» делался камерным составом — из инструментов действуют почти исключительно фортепиано, гитара и скрипка; и в смысле умения извлекать панорамные виды из простейшего набора звуков Орлову многое роднит с нынешними Antony & The Johnsons. «Mutabor» — это своего рода дорожная карта, собрание намеченных возможностей, будь то возвышенный мифологический поп в духе Кейт Буш, молитвенная лирика в духе того же Энтони, саундтрек к танцплощадке 30-х годов, девственный психофолк или дарк-эмбиент, пугливо выбирающийся на свет. Здесь важны даже не песни, а именно эта среда, возникающая в результате взаимодействия ломкого тревожного голоса и драгоценного серебристого звука. Не мелодии (большинство построены на типических клавишных аккордах), а рассветный универсум, из которого приходят эти волшебные письма на птичьем языке, буквально — послания из ниоткуда с любовью.
Нина живет в Петербурге, она брюнетка и бывшая фотомодель (что, чего греха таить, автоматически добавляет девушке вистов). Ее первый альбом писался на молодежной студии группы «Мумий Тролль» — и все в «I Deny» свидетельствует о высоком профессионализме и европейском, как принято говорить в таких случаях, качестве. Карлссон — это такой универсальный джазоватый поп женского рода, по клавишам здесь бьют безо всякого стеснения, ритм-секция подливает масла в огонь, ну и голос — зычный, броский, без трепета заявляющий о себе; девушка-брызги, в общем. Это рачительные песни, в которых, на мой вкус, слишком мало отклонений, чтобы совпасть с чьей-то индивидуальной жизнью, зато нормативы Нина и ее группа знают назубок, и с точки зрения прагматики — концертов, фестивалей, радиоэфиров — «I Deny» может и должна ждать самая славная судьба. К чему я вообще ставлю Орлову и Карлссон рядом? Ну например, авторитетный человек АК Троицкий одну другой уподоблял открытым текстом; и конечно, местами слышно, как Нина пытается пробраться на чужую территорию, — все эти обрамляющие скрипы и шорохи, шепотливые интерлюдии (правда, получается, по-моему, не очень). Но важнее другое — Орлова и Карлссон представляют собой два вполне новых и вполне разных женских амплуа: первая — ну типа ангел, высшее существо, дарующее почти религиозное утешение; вторая — ну да, модель, красота сколь земная, столь и недоступная, сколь настоящая, столь и вышколенная. С этими самыми амплуа же вообще при всем богатстве выбора был определенный затык, особенно в последние десять лет, после того как явилась Земфира с ее исполинским масштабом личности и, объединив линию условно «пугачевскую» и условно «агузаровскую», как будто отсекла все возможные альтернативы. Теперь есть Алина. Есть Нина. И это ведь не все — есть еще вокалистки ансамблей Moremoney, InWhite, Pinball (ряд можно продолжить). В общем, девочки снова сверху — и то, что ласково-инфантильное слово «девочки» здесь более-менее применимо, почему-то радует особенно.

Иллюстрации. Нина поет примерно так. (Сочинение называется «Follow The Dancers».)

Как поет Алина, все и так знают — но у нас тут сейчас произойдет типа премьера. В ЦДХ Орлова едет не просто так: к каждой песне литовские видеоартисты pvz.lt создали специальные видеозарисовки, которые всю эту красоту дополнительно оттенят и подчеркнут. И не только. Художник Рудольфас Левулис, который всем этим делом заведовал, говорит в этой связи следующее: «Через видео мы хотели расширить контекст песен. Мы специально создали некий контраст между видеорядом и музыкой, чтобы это не было просто иллюстрацией к концерту. Каждое видео рассказывает отдельную историю. Увидев их все вместе, вы можете увидеть срез литовского социума». Что бы это ни значило. В общем, одним из клипов лейбл «Снегири» любезно с «Афишей» поделился — а именно на песню «Sirdis». И правда очень красиво.

Ну и чтоб понимать, что этими видео будет сопровождаться — репетиционная запись песни «Silkas»: в том же составе, насколько я понимаю, Орлова сыграет и в Москве.

Земфира играет в Москве через две недели, но нам туда все равно не попасть — все билеты проданы еще в июле, без шансов. Поэтому будем слушать бутлеги, а делать это можно уже сейчас — добрые люди отменно записали позавчерашний питерский концерт в «Зале ожидания», и по нему, кажется, многое слышно. Во-первых, состав у певицы действительно минимальный, даже более минимальный, чем на «Новой волне», — только тот же Алексей Беляев играет на басу, да Николай Козырев звукорежиссирует и подстукивает на барабанах; лохматый гитарист «Океана Эльзы» отсутствует. Во-вторых, играются действительно песни с первых трех альбомов — только и исключительно. В-третьих, это действительно очень круто.

На этой самой «Новой волне» кое-что, конечно, можно было рассмотреть и почувствовать, но там все-таки был слишком диковинный антураж, чтобы сделать это в полной мере. (Понятно, впрочем, что бутлег — это тоже не в полной мере, мягко говоря. И все же.) Старые, уже, в общем-то, классические песни Земфиры в этих новых, преимущественно ограничивающихся синтезатором и басом версиях как раз таки и осознанно лишаются этой самой классичности, будто бы превращаются из готовых произведений обратно в сырые демо-версии, в которых при этом сохраняется почти все, что было в оригиналах (где-то, может быть, стало чуть меньше пыла и страсти; где-то, наоборот, деликатности; и все-таки это детали), и более того. У песен обнажаются какие-то новые нервы; в них появляется очень простой, но оттого как раз таки и эффективный грув. Вообще, кажется, что эти аранжировки и есть во многом про эффективность; про то, как заставить эти песни работать заново. Многие же из них, если вдуматься, как будто уже отчуждены от автора; это ведь задачка — как теперь спеть «Ариведерчи» как свою, после того как два с половиной года назад весь «Олимпийский» пропел ее хором от начала и до конца. Земфира с «Ариведерчи» концерт начинает — и задачку эту решает блистательно.

На пресс-конференции перед туром Земфира отчеканила топ-5 любимых артистов — постоянный и неизменный: The Beatles, Queen, Radiohead, «Кино», Antony & The Johnsons. В этом смысле тоже все по-честному. В том, как Земфира в рамках этого тура играет, трудно не усмотреть сходство со звуком позднего Цоя, разве что без гитары; собственно, на бис вообще была исполнена «Попробуй спеть вместе со мной» (вообще, то, что звук позднего «Кино» сейчас вдруг стал так востребован, причем с разных сторон совсем, — отдельная любопытная деталь). В самой механике этого шага, в самой стратегии внезапности — сходство с Radiohead с их способностью думать на два хода вперед и уметь делать то, чего от них совсем никто не ожидает. При всем при том важно еще, что ведь никакой концептуальной нагрузки на этом всем нет; это не какой-то Большой Ответственный Эксперимент, отнюдь — просто маленький тур в угоду поклонникам, скромные домашние концерты в небольших залах, куда никто, кроме поклонников, и не попадет. И совсем-совсем не факт, что тот новый альбом Земфиры, который вроде бы должен уже в начале следующего года выйти, будет хоть как-то на это похож. Хотя я лично был бы не против.

«Рассветы»

«Мечтой»

Ну и это уже не про переработки и демо-версии, а просто про красоту с большой буквы.

Гендерный уклон продолжается. Вчера вечером в Москве при поддержке телеканала «Домашний» выступила Тори Эймос. Мне ее песни никогда не были хоть как-то близки и интересны, поэтому я на концерт не ходил. Зато ходил наш регулярный контрибьютор Иван Сорокин, чьи соображения по поводу произошедшего и предлагаются ниже.

«Посередине сцены стоят развернутые друг к другу рояль и синтезатор, на них направлен прожектор — прочих предметов, не относящихся к звукоусилительной технике, на огромной сцене «Крокус Сити Холла» попросту нет. Из-за кулис игриво вышагивает статная женщина в золотых лосинах. Она садится за рояль и начинает петь — вздыхая, пришепетывая, рыча и вскрикивая (как всегда, очень расчетливо и умело). Иногда она обращается к публике, трогательно благодаря за прием (и не забыв ритуальное «извините за то, что так долго тащила сюда свой зад»). Периодически певица поворачивается к синтезатору и ставит правую руку на него, оставляя левую на рояле. Эти недолгие моменты какого-никакого экшена запоминаются в итоге лучше всего, особенно на фоне крепнущей с каждой песней уверенности в том, что подобный минимализм лишь подчеркивает ограниченность мелодических приемов артистки. Она не вспоминает «Cornflake Girl», «A Sorta Fairytale» и «Crucify» — зато с помпой представляет возвращение в концертную программу «Indian Summer», семиминутной песни с EP, прилагавшегося к концертному DVD 2004 года.

Если обратиться к той классификации концертов, которую предпочитает обозреватель Сергей Степанов (согласно ей, сет-листы могут содержать либо лучшее, либо любимое, либо же набор из списка «только для вас» — а сливаются эти три пункта лишь на афишах Киркорова), шоу Тори Эймос предстанет эталоном третьего из вариантов: лично я не могу вспомнить другого московского концерта важного и популярного артиста, столь четко и намеренно ориентированного на преданную паству. Мне, давно и прочно обосновавшемуся в стане поклонников Кейт Буш (а любить их обеих с одинаковой силой, как показывают многолетние исследования, может лишь вышеупомянутый Степанов), легко понять, что именно гуманитарные девушки всех мастей находят в Эймос — сильная женщина красиво поет о чувствах, да еще и много умных слов знает — но очень сложно воспринимать все эти дурацкие «а-может-я-русалка» всерьез. Давешний бест-оф исполнительницы назывался «Истории библиотекарши» — так вот это она и есть. Не русалка, не эльф и даже не волшебное дерево, описанное Нилом Гейманом: тот продолжает крепко дружить с Эймос, но в спутницы жизни отбирает другую американскую пианистку — истового фрика, а не порядочную южанку с любовно выпестованной инаковостью. Поклонницы, рассуждающие о «неземной Тори», сочтут это страшной крамолой — но будь моя воля, я бы попросил артистку снять золотые лосины, перестать притворяться уроженкой Ирландии и, наконец, спокойно влиться в цельный ряд Кэрол Кинг–Эйми Мэнн–Сюзанн Вега. Подобно им, ей замечательно удаются цепкие фолк-роковые хиты о нелегкой судьбе образованной женщины из среднего класса — и прилагающихся ко всему этому гитар, мужчин и джинсов на этом концерте очень не хватало».

Сегодня исполнилось 17 лет группе Tequilajazzz. Точнее, исполнилось бы — поскольку, как все уже знают, недавно этот гордый и значительный ансамбль свое официальное бытование, увы, прекратил. Но, как выяснилось, в загашниках еще кое-что осталось — по крайней мере чтобы отметить памятную дату в последний раз. Сегодня Евгений Федоров (давший намедни, кстати, нашему другу и коллеге Сергею Степанову ясное и проникновенное интервью) выложил на «Кругах» прощальный-поздравительный сингл «Текилы», который называется так, как на картинке выше написано, и состоит из двух песен, придуманных в прошлом году и зафиксированных буквально на днях. При этом — как, собственно, отмечает и сам ЕФ в сопутствующей записке — «Крым» можно счесть в равной степени прощанием и приветствием: это (видимо) последний на ближайшее время случай, когда используется название Tequilajazzz, но из состава самой группы записывал эти песни только Федоров и звукорежиссер Андрей Алякринский (и вот Дусера тут, по-моему, ощутимо не хватает). Что сказать? Первая вещь — собственно, «Крым» — куплетом напоминает «Целлулоид», а припевом «Журнал живого» и вполне убедительна в качестве красивого послесловия. Вторая — под названием «9999» и с текстом, который не разобрать, — похожа то ли на лирическое отступление, то ли на эскиз будущего (которое, разумеется, в итоге покажет). В любом случае, то, что две эти песни появились, — это ценно. А то, что они, видимо, все-таки последние — это жаль. День рождения — грустный праздник.

«Крым»

«9999»

В свете новых возникших обстоятельств серия постов «девушки поют» про людей местных превращается в серию постов «девушки поют» про людей отовсюду. На самом деле, я рву на себе волосы, посыпаю голову пеплом и не могу понять, почему я упустил эту историю, которая длится больше года уже, но — вот как-то упустил. Наверстываем — такие штуки не устаревают.

В общем, оказывается, существует проект под названием Girl Crisis. Название обыгрывает название такой группы Boy Crisis, потешной и довольно талантливой карикатуры на хипстеров. Но это не так важно. А важно вот что: Girl Crisis — это супергруппа, состоящая из лучших девушек Бруклина. А именно — изначально — Каролин Полачек из Chairlift, Элизабет Харпер из Class Actress и еще двух дам из неизвестной мне группы This Frontier Needs Heroes. А еще — к настоящему моменту — там играют и поют Эрика из Au Revoir Simone и еще шесть вокалисток опять же не очень известных мне групп с названиями вроде Acrylics, Spider и Apache Beat. Собираются все они на квартире у Харпер (вы только представьте себе, а), поют кавер-версии распространенных песен, записывают это дело на восьмимиллиметровую камеру и выкладывают на YouTube. Никаких зрителей в квартиру не допускается. Существуют Girl Crisis только на YouTube — ну и тут можно было бы порассусоливать что-то на тему еще одной возможной формы существования музыки в будущем, но, черт, это все так прекрасно звучит и выглядит, что рассуждения ни к чему. Собственно, сейчас Girl Crisis выложили очередную свою перепевку, самую неочевидную на данный момент и чуть ли не самую прекрасную — «Tell It To My Heart» Тэйлор Дэйн (ср. с оригиналом). Но все остальные (там и «Come As You Are», и «Wicked Game», и что только не) я тоже повешу, не могу удержаться.

По случайному, но счастливому совпадению одновременно поступают большие новости от нескольких здешних-нездешних музыкантов, причем, что всегда приятно, женского пола. Соответственно, тут в ближайшие дни будет много о них говориться. Вот первая серия.

Это Гая Арутюнян из группы «Дети Picasso», и группа «Дети Picasso» записала новый альбом. Причем — в отличие от предыдущего «Turbo Mairik», который тут, в общем, не очень заметили (и который, на мой личный взгляд, вышел несколько перегруженным), — на русском языке. «Дети Picasso», как известно, несколько лет назад, выпустив отличную пластинку «Глубина», снялись с места и в полном составе переехали в Венгрию — и надо сказать, что сколь логично эта эмиграция смотрелась тогда (потому что им тут и правда во многом в безвоздушном пространстве приходилось существовать; группа явно уперлась в свой потолок — не в творческом, но в индустриальном скорее смысле), столь логично теперь выглядит возвращение. Пусть не полноформатное — выходит альбом, в этой связи будут концерты, на этом пока вроде бы все, но мало ли. Тем не менее — за последние пару лет появилась, как ни крути, некая среда, в которой «Дети» смотрятся не белыми воронами, а вполне себе своими и хедлайнерами. Появились те, с кем они могут существовать в одном пространстве, те, кто могут встать с ними рядом (ну вот группа ill!noiz, например, — при всех отличиях что-то главное-общее у них, кажется, есть). И слава богу.

Альбом называется «Герда», альбом здоровский, и альбом одновременно русский и интерконтинентальный: группа ангажировала для записи массу авторитетных друзей-коллег-помощников, от контрабасиста Волкова до Александра Хаке из Einsturzende Neubauten и Николы Секуловича из Laibach. Диск делался долго, и это слышно — в хорошем смысле: песни сложные, многосоставные, редко какая длится меньше четырех минут; если как-то совсем общо и условно определять, это такой суровый прог-рокерский замес с массой отступлений хоть в этнику, хоть в оперу, хоть в академический авангард, но при этом без лишней вычурности и показухи. На самом деле, по первым прослушиваниям почему-то главная ассоциация, которая возникает, это группа Dirty Projectors — разумеется, у «Детей Picasso» куда больше электричества, куда горячее страсти и куда заметнее восточно-европейский колорит (ничуть не лубочный), но вот в способности найти изящество в сложности, устроить интуитивно понятную чехарду, в которой не чувствуется наигранного постмодернизма, а только вольный полет мысли, их, кажется, что-то роднит.

Впрочем, об альбоме еще будет время поговорить в рецензии — а пока, собственно, то, ради чего этот пост и писался. Премьера новой песни «Детей Picasso». Она называется «Норвежская рыба» и записана вместе с участниками норвежской же группы Schtimm, с которой я знаком довольно поверхностно, — но вот Гая Арутюнян сообщает, что вокалист-басист ансамбля так вдохновился совместными опытами, что теперь пишет с Гаей отдельный альбом. «Норвежская рыба», пожалуй, чуть ли не меньше всего соответствует описанию «Герды», предложенному выше, — с другой стороны, это, на мой вкус, самая быстродействующая вещь на альбоме, песня, которая ближе всего подходит к термину «хит».

«Герда» выйдет 20 сентября, а в начале октября «Дети Picasso» будут по такому случаю играть в России — 1 октября в Москве в «Икре», а 2 октября в Питере в «Цоколе». Более того, у «Герды» существует еще и альбом-компаньон под названием, соответственно, «Кай», который на этих самых концертах и можно будет заполучить.

Вчера Стив Джобс презентовал новую версию iTunes. И хрен бы с ним, но туда теперь интегрирована — опять — черт — да — социальная сеть. Она называется Ping, и это типа как Facebook, только исключительно про музыку. Там можно указывать, на какие концерты ты собираешься, там, естественно, учитывается, сколько ты чего прослушал, там можно добавлять друзей (а артисты, которых ты слушаешь, по ходу дела, добавляются сами), там можно оценивать альбомы, ну и еще всяким образом тратить время зря там тоже можно.

Я не являюсь членом секты идолопоклонников Джобса и Apple ни разу (а уж программа iTunes мне кажется абсолютно худшим вариантом плеера из существующих на свете), поэтому, как по мне, основной смысл этой новости — «опомнились». Потому что это примерно то же самое, что Last.fm и RateYourMusic, но только типа модное и блестящее. С другой стороны, именно потому что это Apple и это модное и блестящее, понятно, что теперь еще несколько миллионов человек будут писать комментарии к новым песням Си-Ло и Coldplay, а также — что самое ужасное — свои рецензии на пластинки. С чем вас и поздравляю. (Кстати, сегодня же закрылся неплохой американский музыкальный журнал Paste.) Впрочем, если технологически подкованные адепты могут меня подправить и рассказать, чем это еще предположительно круто, — я буду благодарен.

К слову о Coldplay: еще на этой самой презентации нового iTunes выступил Крис Мартин, смешно пошутил и спел новую песню «Wedding Bells». Вот и она.