Группа «Ленинград» сразу же включила прежние обороты (ну или традиционные, если вспомнить шнуровские так называемые колонки) — вот уже и вторая песня, не считая полуторной, которая, так сказать, раскрывает тему первой из иной перспективы.

Ну и, собственно, что тут стесняться — песня, на мой взгляд, откровенно му…цкая. Это похоже, конечно, на зависть, но вряд ли ей на самом деле является — все-таки Шнуров слишком умный человек для такого. Просто му…цкая песня, без всякой подоплеки.

Гендерный уклон продолжается. Вчера вечером в Москве при поддержке телеканала «Домашний» выступила Тори Эймос. Мне ее песни никогда не были хоть как-то близки и интересны, поэтому я на концерт не ходил. Зато ходил наш регулярный контрибьютор Иван Сорокин, чьи соображения по поводу произошедшего и предлагаются ниже.

«Посередине сцены стоят развернутые друг к другу рояль и синтезатор, на них направлен прожектор — прочих предметов, не относящихся к звукоусилительной технике, на огромной сцене «Крокус Сити Холла» попросту нет. Из-за кулис игриво вышагивает статная женщина в золотых лосинах. Она садится за рояль и начинает петь — вздыхая, пришепетывая, рыча и вскрикивая (как всегда, очень расчетливо и умело). Иногда она обращается к публике, трогательно благодаря за прием (и не забыв ритуальное «извините за то, что так долго тащила сюда свой зад»). Периодически певица поворачивается к синтезатору и ставит правую руку на него, оставляя левую на рояле. Эти недолгие моменты какого-никакого экшена запоминаются в итоге лучше всего, особенно на фоне крепнущей с каждой песней уверенности в том, что подобный минимализм лишь подчеркивает ограниченность мелодических приемов артистки. Она не вспоминает «Cornflake Girl», «A Sorta Fairytale» и «Crucify» — зато с помпой представляет возвращение в концертную программу «Indian Summer», семиминутной песни с EP, прилагавшегося к концертному DVD 2004 года.

Если обратиться к той классификации концертов, которую предпочитает обозреватель Сергей Степанов (согласно ей, сет-листы могут содержать либо лучшее, либо любимое, либо же набор из списка «только для вас» — а сливаются эти три пункта лишь на афишах Киркорова), шоу Тори Эймос предстанет эталоном третьего из вариантов: лично я не могу вспомнить другого московского концерта важного и популярного артиста, столь четко и намеренно ориентированного на преданную паству. Мне, давно и прочно обосновавшемуся в стане поклонников Кейт Буш (а любить их обеих с одинаковой силой, как показывают многолетние исследования, может лишь вышеупомянутый Степанов), легко понять, что именно гуманитарные девушки всех мастей находят в Эймос — сильная женщина красиво поет о чувствах, да еще и много умных слов знает — но очень сложно воспринимать все эти дурацкие «а-может-я-русалка» всерьез. Давешний бест-оф исполнительницы назывался «Истории библиотекарши» — так вот это она и есть. Не русалка, не эльф и даже не волшебное дерево, описанное Нилом Гейманом: тот продолжает крепко дружить с Эймос, но в спутницы жизни отбирает другую американскую пианистку — истового фрика, а не порядочную южанку с любовно выпестованной инаковостью. Поклонницы, рассуждающие о «неземной Тори», сочтут это страшной крамолой — но будь моя воля, я бы попросил артистку снять золотые лосины, перестать притворяться уроженкой Ирландии и, наконец, спокойно влиться в цельный ряд Кэрол Кинг–Эйми Мэнн–Сюзанн Вега. Подобно им, ей замечательно удаются цепкие фолк-роковые хиты о нелегкой судьбе образованной женщины из среднего класса — и прилагающихся ко всему этому гитар, мужчин и джинсов на этом концерте очень не хватало».

Новости международной поп-музыки. Вот так выглядит обложка нового альбома статусной американской группы LCD Soundsystem; называется он, как следует из картинки, «This Is Happening», выходит в середине мая. И вот первая с него песня, про пьяных девушек; совершенно никакая, на мой вкус. Впрочем, я никогда особого трепета по отношению к Мерфи не испытывал; при всей его очевидной важности мне он кажется таким немножко Тимбалендом от инди — придумал одну работающую форму и паяет по ней (причем не только сам паяет, но и других тем же рубанком обрабатывает). Это не то что плохо само по себе, но в случае LCD Soundsystem форма сама по себе обделана во многом механическим способом, а потому все это на каком-то этапе превращается в абсолютный конвейер — жмых-жмых, туц-туц, и сказочке конец. Вот и здесь.

Первый сингл с нового альбома Кристины Агилеры, после которого становится очевидно, что больше про нее в ближайшее время мы тут писать, увы, не будем. Не о чем.

Лори Андерсон наконец-то все-таки выпускает альбом «Homeland», который последние три года время от времени анонсируется. Теперь — уже вроде бы официально: 15 июня все будет. Пишут, что там играют, в частности, Киран Хебден (который Four Tet), Джон Зорн и Tuvan throat singers (подозреваю, кто это может быть); а поет, помимо самой Лори, Энтони. Пластинка посвящена американской внешней политике, кризису, системе здравоохранения и прочим животрепещущим темам. Будет ли это тот же материал, который Андерсон показывала на московском концерте-спектакле, — черт его знает; хотелось бы верить, что все-таки нет.

Еще одна новая песня Джейми Лайделла — черт бы с ней, если бы первая не была так хороша. К сожалению, к первой эта мало отношения имеет — тут скорее то же самое, что раньше — причем скорее «раньше» в смысле «Multiply», чем «Jim». Ну и клип прилагается.

Даша Люкс продолжает выпускать готовые песни в свет по одиночке. Теперь вот — «Дискотека»; не думаю, что названию и сочинению требуются особые комментарии. Нормал.

И последнее. Тут выяснилось, что великий певец суровых мужских будней Марк Ланеган 22 мая играет концерт в Москве — в «Б2». Это прекрасно — хотя, похоже, играть он будет совсем один, с гитарой, что не так прекрасно, как могло бы быть в теории. Но идти все равно надо.

Вчерашний концерт Федорова–Волкова–Рибо–Медески–Смита был скорее хороший, но странный — и для меня подтвердивший мысли, которые последние двое суток в голове крутятся. Что эти самые Рибо и Медески прекрасны и замечательны, когда Федорову подыгрывают (хотя и тоже не всегда — «Голова-нога» вчера превратилась в какой-то стейк-хаус-фанк, и вся мощь из нее, по-моему, ушла), — но во многом лишние, когда становятся ему соавторами, потому что как композитор он круче обоих в миллион раз. Что от совместной игры они массу удовольствия получают, и это здорово в человеческом плане, но не всегда здорово в музыкальном: финальный десятиминутный джем на «Мао» был совсем уж из разряда пивного блюзового фестиваля, к сожалению. Что, если совсем по-честному, нередко кажется, что американцы эти тут вообще от лукавого. Что одна песня «Далеко» все хлебниковские палиндромы перешибает. И что «Разинримилев» в конечном итоге альбом слабый.

Я прекрасно понимаю, что сам себе противоречу, и тут, конечно, не оправдаться — хотя понятно, что после однократного ознакомление в сокровенном домашнем антураже впечатление запоминается таким, каким хотелось бы, чтобы оно было; а внимательное прослушивание один на один с самим собой — уже другое. Не знаю. Мне кажется, что это музыка, которую явно очень хорошо исполнять, но которую, увы, не очень-то хорошо слышать. По-моему, это самое неудачное, что Федоров в свой «волковский» период записывал; и да, была еще «Красота» — но на «Красоте» была ирония, которая задавала всему этому подходящий абсурдистский комический контекст. На «Разине», как сам Федоров и говорит, иронии нет — и как-то это не выглядит плюсом. В общем, чтоб закрыть тему — вот рецензия на диск, которая в следующей «Афише» выйдет (тем более что на сайте она появилась, кажется, еще до того, как была подписана в печать). Правообладатели не одобряют распространение звуков в интернете, поэтому придется ограничиться буквами. Извините.

Свободно-джазовая опера по Хлебникову

Федоров — вор, о, дев. Вот педагог адептов. Он пел о киле великолепно. Он жеребился в ясли бережно. Он рот воплями мял повторно. Лично кирпичом очи прикончил. Дал сукам смак услад. Шику — кукиш. О, пела муза разума лепо.

Учитывая, что на сей раз Федоров, Волков и их американские друзья разыгрывают хлебниковскую поэму «Разин», целиком состоящую из палиндромов, велик соблазн написать всю рецензию шиворот-навыворот — тем более что в рамках традиционной морфологии про Федорова говорить давно уже бессмысленно. Но нельзя — поэтому извольте. «Разинримилев» есть записанная порывисто, за два каких-то дня будетлянская спонтанная опера (или, если угодно, радиоспектакль) для голоса, вольных гитар, стереоскопического контрабаса и свингующих клавиш. Здесь мыслят не песнями, но архетипами: музыканты озвучивали не столько собственно текст, сколько сюжетные абстракции, заданные названиями глав поэмы («Бой», «Тризна», «Пытка»), — специфика диалога культур сказывается, и, скажем, «Пляска» в результате звучит как такой авангардистский лубочный разгуляй под аккомпанемент лучших людей джазового даунтауна. Если на предыдущем своем альбоме по Хлебникову, «Жильце вершин», Федоров (вместе с Хвостенко) скорее приращивал к футуристической звукописи смысл и экзистенцию, то на «Разине» он как будто нащупывает некий протоязык; кашляет, захлебывается, чихает губными и фрикативными. В «Разине» есть масса мелких пронзительных моментов (клавишные ручейки в «Утре»; взмывающее под облака «летел» в той же «Пляске»; рассветный прогрессив-фолк в финальном «Пути», где вещает Анри Волохонский) — и почти нет тех самых, неотъемлемых федоровских мелодий, которые четырьмя аккордами и пятью слогами сообщали бы о тебе и о жизни больше, чем ты хотел бы знать. Как всегда в последнее время у ЛФ и ВВ, всякий волен подбирать здесь самые неожиданные ассоциации (от безумцев с лейбла Paw Tracks до группы «Хуун-хуур-ту»), но вообще — это, конечно, совершенно свободная музыка, и свобода здесь понимается уже не по Спинозе, а по Ренессансу: не как осознанная необходимость, а как «беспрепятственное всестороннее развертывание личности». Короче говоря, «Разин» — запись, хорошо идущая большому человеку, который выпускает по два альбома в год. Запись, резонно бы смотревшаяся в каталоге зорновского лейбла Tzadik, также весьма плодотворного. И конечно, ни у кого никогда не повернется язык заявить, что весь этот революционный интернационал, все эти вихри импровизации, вся эта фонетическая круговерть в каком-то высшем смысле не стоят двух простых песенок, сочиненных Федоровым для никчемного московского спектакля «Каменный гость». И у меня не поворачивается.

Нам Бог — обман. Анархия — их рана. Цени рев, зверинец.

330 тысяч просмотров на YouTube меньше чем за неделю (и это судя только по одному ролику). 5 с лишним тысяч упоминаний в блогах (и это судя только по одному запросу). Плюс к тому — нашумевшая история с Троицким, отстраненным от эфира «Эха Москвы», и еще масса отягчающих обстоятельств. Песня Нойза МС про лукойловский «Мерседес» с тех пор, как мы ее тут вывесили, спровоцировала нешуточную общественную дискуссию. Хотелось бы как-то клиниться.

Нойзу, понятно, уже много чего успели предъявить. Первый аргумент — это, дескать, пиар на крови, стремление поднять свои котировки засчет мертвых людей и болевых точек российского социума. Аргумент, по-моему, довольно сомнительный. Можно в этой связи взглянуть на февральский график концертов ансамбля Noize MC — ну и что, много в России музыкантов, которые настолько востребованы, способны вот так по Сибири ездить (без особого участия электронных медиа, заметим)? Может, я не понимаю чего, но, мне кажется, не очень много, мягко говоря. ДТП произошло 25-го числа; я здесь вывесил песню следующей ночью, при этом в соцсети «Вконтакте» она появилась, по всей видимости, утром 26-го; клип сделали в субботу — и те, кто сделали, насколько я знаю, к музыкантам отношения не имели, а просто поняли, что вирусные ютьюбовские ролики работают лучше, чем аудиофайлы. Короче, тут, по-моему, логика совершенно другая на самом деле — вся эта история до сих пор полыхает, во многом потому что Нойз МС написал песню. А не наоборот.

Второй аргумент: песня сочинена по личным мотивам, потому что в аварии погибла родственница певицы Стейши, с которой Нойз записал совместный трек, — а не потому что… Ну, видимо, не потому что он сознательный гражданин с активной социальной позицией или уж не знаю что. Эта точка зрения наиболее ярким образом выражена в колонке Максима Кононенко на сайте «Газеты». Я Максима очень уважаю, но в данном случае, по-моему, имеет место некоторая подмена понятий. Избирательность общественного мнения, которое более-менее вопиет в одних возмутительных случаях и молчит в других, — это действительно тема для разговора; но причем тут, собственно, исходный повод, то есть песня? Как должен был бы вести себя Нойз МС в этой логике, если бы он был порядочным человеком? Писать про все преступления против человечества — или не писать вовсе? Ну это же бред, в самом деле. Вообще, по-моему, это совершенно нормально, что реакция возникает, если событие затрагивает тебя лично; и не только в случае творческих деятелей — люди, по идее, тоже выходят на митинги, потому что им кажется, что их лично лишают свободы и прав (или наоборот). О.К., можно было бы задать вопросы, если бы это было первое в карьере артиста выступление на соответствующие темы — но ведь это же не так (см. как минимум имеющиеся на первом альбоме Noize MC треки «Наше движение» и «Москва не резиновая»). К позиции Нойза можно по-разному относиться, однако эта позиция есть, и высказывается она никак не первый раз. И это даже не говоря о том, что дальнейшая жизнь песни и резонанс, ею спровоцированный, уж точно никак с личными обстоятельствами не связан.

(Ну и раз пошла такая пьянка, чтоб на это потом не съезжать, укажу и свои личные обстоятельства тоже — да, я жил с Ваней в одном общежитии и был с ним шапочно знаком; нет, с моим мнением по поводу Нойза МС вообще и этой песни конкретно этот факт биографии никак не связан — хотя тут уже вопрос веры, видимо.)

При всем при том я не могу сказать, что я двумя руками поддерживаю песню и резонанс вокруг нее — но вовсе не по вышеописанным причинам. «Мерседес S666» явно сочинен по итогам телефонных разговоров и чтения блогов — и при этом недвусмысленно обвиняет человека в преступлении, которое он еще не факт что совершил. История-то, вообще говоря, мутная, и даже добытые газетой «Твой день» съемки с милицейских камер проясняют ее несильно: кто там виноват, все-таки вопрос. И вот то, насколько на автомате человек записывается в инфернальные злодеи просто засчет своего статуса и должности, насколько сильна и категорична эта лютая классовая ненависть в массовом сознании (талантливым глашатаем которого Нойз МС в данном случае является), — вот это куда более серьезный повод для рефлексии, чем тот факт, что рэпер был знаком с родственниками погибших. По-моему, так.

Если кто сегодня первый раз оказался в интернете, то вот искомый ролик.

Канадская группа Silver Mt. Zion (официально она на данный момент называется Thee Silver Mt. Zion Memorial Orchestra) несколько дней назад обнародовала свой новый клип — собственно, это, кажется, вообще первый клип в истории группы.

Раз подвернулся такой повод, скажу, пожалуй, несколько слов об их новой пластинке. Я несколько раз собирался написать про нее рецензию в журнал, но в итоге от этой идеи отказался — потому что, как ни крути, в журнале пришлось бы придерживаться некой абстрактной объективности, а значит, пришлось бы альбом ругать. А смысл? Здесь же — в блоге, я имею в виду — можно сказать про личное.

«Kollaps Tradixionales», если по гамбургскому, — да, увы, едва ли не самый слабый альбом SMZ. С ними как будто случилось то же самое, что в прошлом году с другим кликушей-визионером Дэвидом Тибетом — они вдруг увлеклись музыкой рок в самом ее аппаратно-прикладном понимании: усилители, примочки, «нажав ногой своей на мощный фузз». Это очень громкая запись — но оглушает она как-то зря. Здесь присутствуют все их фирменные средства организации катарсиса: гитары и струнные, движущиеся грозовым фронтом; душеспасительный хор; библейское исступление человека по имени Ефрем — но они и ощущаются как средства организации; грубо говоря, приемы SMZ впервые кажутся штампами. Не пробивает; не больно. Плюс ко всему — это, кажется, наиболее оптимистичная запись похоронного канадского оркестра; первая — и лучшая — 16-минутная песня так и называется: «There Is A Light». Если раньше они были похожи на людей, обреченно раздувавших мировой пожар, то теперь — на наблюдателей, восторженно глядящих, как этот пожар догорает, и это, конечно, куда более сомнительная позиция — может быть, дело в этом.

И все же у меня не поворачивается язык сказать, что это плохая пластинка, тем более — поставить на группе крест. И вот почему. У писателя Владимира Шарова есть очень хороший роман «Репетиции» (первый его роман, кажется). Про то, как в XVI веке заезжий французский театральный режиссер по просьбе патриарха Никона начал в строившемся тогда Новом Иерусалием на Истре ставить с огромной труппой все Евангелие — чтобы подготовиться к ожидавшемуся в 1666-м второму пришествию и концу света. Конец света не наступил — но труппа, превратившееся в отдельное племя, в мистическую секту, продолжала репетировать на протяжении лет, десятилетий, веков; даже когда их сибирское поселение в 1930-х превратилось в концлагерь — репетиции все равно продолжались. Так вот, Silver Mt. Zion, по-моему, очень похожи на уменьшенный вариант этой удивительной труппы, на людей, которые раз за разом разыгрывают по нотам апокалипсис. И то, что одна из репетиций не вполне удалась, ничего окончательного не означает. Времени достаточно.

Ну и потом — если сохранились еще на свете группы, чья музыка по-настоящему помогает жить и может, простите за пафос, спасти, то Silver Mt. Zion — одна из таких. Как они сами пели в замыкающей вещи предыдущей пластинки, «some hearts are true», и Ефрем со товарищи к этим some определенно относятся. Песня, кстати, великая. Ее и послушаем.

Было бы все-таки здорово, если б их кто-нибудь привез.

Итак. Я уже пару раз на это намекал и один раз даже почти полностью проговорил, но теперь it's official. С октября в клубе «Икра» стартует история под названием «Среда Горбачева» (вообще, это называется «резиденция», но слово довольно дурацкое), автором и куратором которой, как легко заключить из названия, являюсь я.

что это такое Это своего рода попытка ответить за базар. Последние полтора года я с изрядным, иногда даже чрезмерным пылом пишу в журнале «Афиша» и в этом блоге про то, как хорошо идут дела в новой российской музыке всех мастей. В рамках «Среды Горбачева» всю — или по крайней мере самую интересную ее часть — эту новую российскую музыку можно будет увидеть и услышать живьем. Очень хочется показать и доказать, что все это не зря, что все это имеет смысл и что здесь есть порядочное количество людей, которым это интересно. В лучшем случае все будет более чем наглядно; в худшем — пострадает моя репутация, ну и ладно.

когда и где это будет Каждую первую и третью среду месяца в клубе «Икра». Большой или малый зал — решается в каждом отдельном случае специально, исходя из того, кто играет и что еще происходит в клубе.

кто будет играть Кто угодно — из тех, кто кажется мне (ну и вам, хотелось бы верить) заслуживающим интереса. Разумеется, никаких стилистических ограничений: как можно увидеть из расписания ниже, уже в первые три месяца на «Средах Горбачева» будут соседствовать интеллигентный попс, брит-рок, стоунер, ну и так далее. Короче, это никак не выставка достижений хипстеров (хотя и их тоже); дальше, надеюсь, палитра только расширится.

кто конкретно имеется в виду Вот расписание резиденции до конца 2009 года:
7 октября «Петля пристрастия». Презентация альбома «Всем доволен».
21 октября «19:84»
5 ноября Даша Luxe. Первый большой сольный концерт.
18 ноября Новый проект Ларика Сурапова. Названия пока нет, подробности последуют; ну и да — это тоже премьера.
2 декабря Padla Bear Outfit. Первый открытый большой сольный концерт в Москве.
16 декабря Stone Cold Boys. Презентация первого альбома.

сколько это стоит 250 рублей — в предпродаже; 300 рублей — в день концерта.

а мне можно? Подозреваю (ну то есть хотелось бы верить, опять же), что этот текст читает изрядное количество групп, которым в рамках «Сред» захочется выступить. Ну и конечно, я надеюсь, что эта история станет ко всему прочему способом обнаружить еще больше новой хорошей русской музыки. В этой связи — дорогим музыкантам, которым это интересно, предлагается напоминать/сообщать мне о себе путем письма по адресу aggorby@gmail.com (желательно с какой-нибудь пометкой, а то не разгребусь). Рукописи не обязательно рецензируются — то есть я не обещаю, что смогу всем ответить, но обещаю, что всех изучу и послушаю. Кроме того, здесь же хотелось бы оговорить, что по техническим причинам привозы артистов не из Москвы несколько затруднены (а артисты из Москвы, соответственно, приглашаются особенно) — но теоретически возможны.

конфликт интересов В общем и целом отсутствует. Во-первых, как легко догадаться, эта история не про зарабатывание денег (впрочем, это неважно). Во-вторых, разумеется, я не собираюсь превращать музыкальный блог «Афиши» в рекламную площадку — после этого объявления последует еще разве что ссылка на отдельный сайт, и баста. Что, разумеется, не отменяет того, что в «Афише» и на сайте могут анонсироваться концерты в рамках моей резиденции; как и того, что там и здесь может сообщаться о новостях из жизни групп, которые на «Средах» выступают (поскольку интересны они главным образом не в контексте «Сред», а помимо них) — собственно, никакого разделения на «своих» и «несвоих» в этом смысле как не было, так и не будет. Что касается появления здесь репортажей с этих концертов — я бы сказал, что это возможно, но только в том случае, если их буду писать не я.

подробности В ближайшие пару недель появятся соответствующие события на Facebook, встречи «вКонтакте», (вероятно) ЖЖ-коммьюнити, ну и так далее — а также отдельный красивый сайт, на котором будут не только анонсы, но и всяческие интервью, премьеры и прочие интересные вещи. Про все это сообщу отдельно. На сайте «Икры», разумеется, тоже можно за всем следить.

отдельное спасибо Грише Гольденцвайгу, который эту идею предложил. Администрации «Икры», которая смело на нее подписалась. А также лейблу «Снегири», который любезно согласился на то, чтобы первым аккордом «Сред Горбачева» стала презентация лучшего, по-моему, российского рок-альбома года (а то и не года).

Собственно, это все. Не буду скрывать, что для меня все это ужасно важно, и мне очень хочется, чтобы все получилось (а посмотрев на прошлой неделе на Дашу Люкс и «19:84», я в этом уже практически уверен). Если есть какие вопросы — милости прошу. А это — первая картинка, которую выдает «Гугл» по запросу «молодая российская музыка».

Посмотрел за последние сутки на концерты энного количества местных музыкантов — на фестивале «Индюшата» и не только на нем. Делюсь впечатлениями.

Даша Люкс. Я застал вчерашний сет на «Индюшатах» — сама артистка называет такую конфигурацию «акустикой» (хотя помимо пианино там имеется полноценная группа в составе гитара-бас-барабаны); танцульки с «Богиней красоты» должны были быть сегодня, но я их не увидел по причине, которая описана ниже. Понятно, что на фоне остальных вчерашних участников фестиваля (о которых даже упоминать много чести) хорошо выглядел бы всякий с минимальным чувством собственного достоинства. Но Даша выглядела круто и без фона. Костюм у нее, конечно, дикий, но эффектный, такие совсем китчевые 80-е — подплечники, темно-розовые лосины, причесон. Подсветка сцены в виде ламп с белыми колпаками. В общем, девушка знает, что имеет в виду. Она спела три песни, которые были абсолютно провалены звукорежиссером (видимо, предшествующие группы его сломили), но что песни эти ироничные, мелодичные и, простите, милые, слышно все-таки было. Еще было слышно, что у Даши есть песня про Шумахера (ну или с его упоминанием), а для меня это отдельный аргумент. Еще было слышно и видно, что опыта ей все-таки пока немного не хватает. Ну и что.

Ill!noiz. Готов повторить то, что писал после концерта в Нижнем Новгороде — группа правда очень хорошая, и играть они стали, кажется, только лучше: умный независимый рок со стервозно-истеричным женским характером. Другой вопрос, что, учитывая прописку, не вполне понятно, что дальше; в Москве бы, понятно, дальше был, допустим, «Актовый зал», ну и вообще какой-то путь. А там — черт его знает. Но региональная инфраструктура должна создаваться, пора уже — и, может быть, такие группы способны стать этой инфраструктуры проводниками: если Магомет не идет, то известно что.

«Лемондэй». Ну что ж. Посмотрели. Девушки, надо сказать, даром что выглядят робко, взяли зал с полуоборота, их даже вызвали на бис (единственных из участников «Индюшат», которых я наблюдал) — притом что совсем не было похоже, чтобы хоть сколько-то значительная часть аудитории пришла на них специально. Живьем это звучит и выглядит примерно так же, как в роликах — с той только поправкой, что у Жени (или Юли? я пока путаю — в общем, та, что с гитарой) имеется определенная харизма (хоть и не как у Падлы, пожалуй), поет она зычно, не забалуешь. И с той еще поправкой, что были сыграны два новых сочинения — про тетю Марину и про «новая волна — по е...лу на», второе теперь трудно выкинуть из головы. Что про них стало понятно? Что все это действительно сильно завязано на школьничестве, то есть даже не на профессиональном КСП, а скорее на провинциальных турслетах. Что это смешно, но не смехотворно. Что, наконец, девушки красиво повисают меж двух миров, это даже и по визуальному образу видно: Женя (или Юля? в общем, та, что с гитарой) выглядит как сибирская простушка из фильма «Девчата», Юля (или Женя? в общем, та, что за расческой) — как регулярная посетительница клуба «Ласточка».

«19:84». Из-за них не посмотрел вторую серию Даши Люкс — надо было ехать в «Тонны». По итогам концерта могу дать группе «19:84» только один совет: немедленно убрать то, что у них висит на MySpace, потому что эти звуки не отражают вообще ничего. Честное слово, со времени великого концерта Земфиры я не видел, чтобы русская группа играла настолько круто. То есть НАСТОЛЬКО круто. Клуб, кстати, был полный — не то что к сцене не подойти, все вплоть до бара людьми забито; но это по итогам даже не удивляет — удивительно было бы, если б на такой концерт никто не пришел. Понятно, что все это вполне вторично — но давате по-честному: группа Coldplay, например, тоже вторична. Но любим (или не любим) мы ее не за это. «19:84» вправду играют так, будто берут стадион. У них вправду очень хорошие песни — да, похожие на все, но легко идущие этому всему на замену, во всяком случае живьем; плюс к тому — когда они говорят по-русски, они говорят о существенных вещах и с верными интонациями. Они, собственно, сами все знают и признают — и играют «Where The Streets Have No Name», и играют прекрасно. Они понимают, что, работая в таком опасном жанре, нельзя ошибаться, фальшивить, халявить — и делают все так, что комар носа не подточит, потому что будет челюсть с пола подбирать. Единственное, что может помешать тому, чтобы это сработало, — то, что они чаще предпочитают английский русскому; но — поглядим. В любом случае, если бы в России существовал журнал NME, «19:84» должны были бы быть на его обложке уже завтра. Брависсимо.

(Да, и чтобы потом все эти славословия не казались дешево замаскированным пиаром. В октябре в клубе «Икра» стартует моя личная, гм, резиденция под названием, гм, «Среда Горбачева», в рамках которой я два раза в месяц по средам буду отвечать за написанные здесь буквы. В частности, «19:84» играют там 21 октября, а Даша Люкс — 5 ноября; и ей-богу, и вчера, и сегодня я очень боялся, что будет скучно, неинтересно или невесело; в результате и вчера, и сегодня я вполне счастлив, что выбрал этих людей почти вслепую. Подробности про эту историю и других ее фигурантов последуют — чуть позже.)

И еще. За последние дни вокруг группы «Лемондэй» было сказано много слов; в том числе — много, по-моему, лишних. Чтобы с этим (надеюсь) закончить, хотелось бы проговорить несколько вещей. Первое. Многие пишут, что таких, как «Лемондэй», полно в каждом школьном дворе и на каждой околице. Что ж, это замечательно, подайте их сюда; про Падлу тоже что-то подобное говорили. Второе. Я абсолютно убежден, что в этом мире не существует вещей, которые не заслуживают рефлексии; что всегда, всегда можно и нужно думать, копать вглубь, а не ограничиваться поверхностными приговорами, будь то аниме, Путин В.В. или группа «Лемондэй». Третье. Я абсолютно убежден, что лучше заметить кого-то, кого потом медленно или быстро смоет пена дней, чем не заметить кого-то, кто этого заслуживает. Я не знаю, что будет с «Лемондэй» дальше, я не их менеджер, но я уверен, что мы правильно сделали, что их не пропустили (уже умалчивая о том, что никто, вообще говоря, не ставил их на обложку и пост в блоге — для меня во всяком случае — не приравнивается к пожизненному клейму «лучшая новая русская группа»). И четвертое. Если все это настолько, вплоть до междуусобных войн заискрило, раз устройства вправду сгорают, может быть, это значит, что в этой якобы никчемной и мелкой новой русской музыке существует искомое поле напряга — и это самый приятный вывод из всей истории. Доброй ночи и удачи. Следующие десять постов будут длиной не более пяти букв.

Тут напрашивается утвердительная песня — пусть будет эта.

Слушал альбом Литтл Бутс, много думал. Пока думал — на openspace.ru вышел очередной манифест Дениса Бояринова на любимую автором тему: баста, карапузики, кончилися танцы, время больших музыкантов (особенно импортных) закончилось, интересны не те, кто профессионально играет и поет («Кому вообще нужен виртуозный лайв?»), а харизматичные парни из соседнего двора, выложившие веселый ролик на YouTube. Оставим на совести автора соображения о статусе группы Madness («Madness как хедлайнер в 2009-м — это безумие»; перед тем, как открыть OpenSpace, я как раз смотрел ролики с прошлогоднего фестиваля Sónar, хедлайнером которого были Madness — чистое безумие, да), а также оценку первого московского концерта Валентина Стрыкало («Вот что нам сообщают очевидцы этого триумфа: «Было человек 100, все пели хором» — ну и ну, сто человек собралось, всем триумфам триумф). Но речь не об этом.

На самом деле я во многом согласен с Денисом. По крайней мере был согласен еще недавно. В конце концов, героями «Афиши» — или, точнее, обозревателей «Афиши» — всегда, еще до всякого ютьюба, были те самые парни с соседнего двора, периодически дающие триумфальные концерты на 100 человек, в диапазоне от «Палева» до группы «Комба БАКХ». Ну и вообще — то, что происходит в соседнем дворе, всяко интереснее того, что делается в чужом и непонятном шоу-бизнесе; наивность и искренность по большому счету ценнее любого профессионализма, музыкальная индустрия совсем зажралась и перестала ловить мышей, короче, U2 — ничто, Padla Bear — наше всё. А тут еще наступил длинный хвост — и как ни грустно, с прогнозами, предвещающими наступление эпохи сплошных николаев вороновых, нельзя было не согласиться.

Но тут пришла Литтл Бутс и все перевернула с ног на голову.

Напомним историю вопроса. Литтл Бутс (ресторанный блогер Е.Куйда уже переименовала ее в Little Boobs, но это пусть останется на совести Евгении) — типичный ютьюбовский феномен, девушка, прославившаяся смешными роликами, в которых, сидя в пижаме, дурным голосом пела каверы на Синди Лопер, Blur и Hot Chip, тыкала указкой в жужжащий инструмент тенорион и вообще всячески демонстрировала наивную харизму, которая и делает героев ютьюба героями ютьюба. Журнал The New Yorker накатал про нее огромную восторженную статью только на основании ютьюбовских роликов (то же самое происходило у нас с Наличем и Сявой). Наступил момент, когда успех в блогосфере надо было как-то монетизировать; логично было бы предположить, что Литтл Бутс будет выходить на сцену все в той же пижаме и петь все те же каверы, и ей гарантирован подлинный, стрыкаловского уровня триумф. Не тут-то было. Она исчезла на полгода — и выпустила абсолютно блестящий, отполированный, совершенный в своем роде электропоп-альбом, с высочайшим качеством продюсирования (которым, среди прочего, занимались люди из того же Hot Chip) и мощнейшими хитами. Извините, что злоупотребляю превосходными степенями, — мне правда жутко нравится эта пластинка, это такая живая, витальная, искрящаяся поп-музыка, какой поп-музыка последний раз была в 80-е.

То есть что произошло: Литтл Бутс легко переехала с этажа, на котором толпятся харизматичные ютьюбовские аутсайдеры, на уровень Кайли и Бритни — и побила их на их же поле, не растеряв ни харизмы, ни эмоционального контакта, ничего.

Что это значит? Если Литтл Бутс не единичный феномен, не отклонение от нормы, то получается, что веб два ноль и социальные сети задают не новый формат музыки — а новый формат промоушен. Вместо рекламной полосы в журнале ты можешь снять прикольный ролик — но совершенно не обязан оставаться заложником этого прикольного ролика; социальные сети не медиум, изменяющий суть сообщения, а лишь другой способ это сообщение донести, профессионализм и изощренное продюсирование не пережитки прошлого, а просто возможный (и довольно выигрышный) вариант развития карьеры. И даже если виртуозный лайв и вправду никому не нужен — это не отменяет достоинств большого высокотехнологичного зрелища: как ни крути, новое шоу Бритни Спирс (в котором сама Бритни Спирс, по словам приехавшего из Лондона, совершенно потрясенного увиденным Бори Барабанова, играет довольно скромную роль на фоне хай-тековских цирковых номеров) окажется поинтереснее концерта Валентина Стрыкало.

P.S. Пользуясь случаем: на похожие темы мы будем говорить в воскресенье на Книжном фестивале в ЦДХ, дискуссия о будущем музыки начнется в 14.00, участвуют Илья Лагутенко, Олег Нестеров, Шура Горбачев ну и я.

P.P.S. Несмотря на все вышесказанное, Padla Bear — наше всё.

«Этот сдвиг в массовом сознании стоило бы назвать историческим. Он и убеждает в том, что это не просто «очень-очень плохая музыка», а какое-то новое явление, нуждающееся в анализе и описании. Новая социокультурная революция, сопоставимая с появлением рок-н-ролла или, скажем, рейва. Революция, которую мы чуть не проспали».

Портал OpenSpace — точнее говоря, редактор его музыкального раздела Денис Бояринов — выкатил манифест и провозгласил культурную революцию. Что ж, всегда приятно поговорить о глобальных культурных сдвигах и тенденциях; тем более что в тексте не раз можно натолкнуться на полемику с моим текстом про Николая Воронова (хотя почему-то ни разу нельзя натолкнуться на ссылку на этот текст — это, кажется, было бы по крайней мере вежливо), так что нужно реагировать. Возникает, однако, ряд вопросов.

Так ли уж «мы чуть не проспали» упомянутую «революцию»? Не идет ли здесь речь (в общем случае; есть смысл, говорить об общих случаях, если замахиваешься на общечеловеческие выводы) о тех механизмах Веб 2.0, формировании пользовательского контента, интернет-демократии, в общем — о явлении, о котором талдычат на всех углах в последние три года? Ладно, положим, что нет; положим, что революция не в механике отбора, но в его результатах, — но вопросы остаются и тогда.

Так ли уж гладко укладываются в единую концепцию все герои материала? Какова судьба, например, оренбуржских некророкеров, которые поставлены в один ряд с Сявой, Наличем и Вороновым; развивается ли она по той же схеме? Не получается ли так, что случай Воронова — единственный, убедительно подходящий под эту схему; ведь Налич, как моментально выяснилось, совсем не склонен эксплуатировать трэш и прекрасно вписывается в рамки индустрии; ведь Сяву (равно как и Стрыкало) — с его тщательно организованными постановками и продуманным образом — трудно заподозрить в отсутствии амбиций и нежелании быть замеченным? Ладно, положим, любая большая концепция предполагает несколько чрезмерные обобщения; всегда приходится притягивать за уши — сам так делал; но вопросы остаются и тогда.

В чем, собственно, заключаются упомянутые в манифесте «свежесть», «идея», «новое зерно», наконец, «мысль», которую несут в себе герои новой революции? В звуке? В эстетике? В идеологии? Или, может быть, все-таки в тех механизмах, благодаря которым их выносит на поверхность (и тогда мы возвращаемся к вопросу номер один)?

В конце концов, чем обоснован дающийся по умолчанию в материале тезис о «продвинутости» (слово-то какое) интернет-аудитории, которая и выступает проводником революции? Ежедневным блоговым рейтингом «Яндекса»? Комментариями к постам самых популярных юзеров ЖЖ, или к рецензиям «Афиши», или к материалам OpenSpace? Посетителями концертов Николая Воронова? И не получается ли здесь обратной механики; не получается ли, что появление всех этих великолепных персонажей стало возможным только в тот момент, когда в русском интернете набралась критическая масса аудитории, описывающейся несколько другими признаками?

И если «продвинутая» аудитория выбирает «свежее», то, у чего есть «фишка», — почему в таком случае была преступно, постыдно проигнорирована, скажем, действовавшая в том же пространстве группа «Прогоним песню» (я уж молчу о сами-знаете-ком)? Не потому ли, что у них не было комического ролика на YouTube; не потому ли, что в них как раз был конфликт, те самые мысль и идея?

Неужели Россия — не самая «продвинутая» в технологическом отношении страна — является таки мировым вестником трэш-революции, первым ее провозвестником? Слышал ли кто-нибудь из читателей OpenSpace или читателей этого блога до сего момента о рэпере Reh Dogg, который приводится в пример в качестве западного аналога наших героев? Не объясняется ли успех других, несколько более известных выдвиженцев Веб 2.0 — в диапазоне от Лили Аллен до, допустим, группы Deerhunter — какими-то совсем иными вещами и механизмами?

Возможно, с этикой у меня действительно проблемы; возможно, надо было более осторожно говорить о медицинских материях в отношении Николая Воронова — но действительно ли более этично, да хотя бы более честно напрочь о них умалчивать, делать вид, как будто ничего не происходит, отговариваясь абстрактными формулировками типа «инаковый»?

Что-то здесь не склеивается, что-то не выходит; что-то здесь не так.