[Прим. ред.: По техническим причинам я в этом году сижу в Москве, однако наш корреспондент Екатерина Дементьева, равно как и еще уйма жителей Москвы, Петербурга и других городов, отправилась в Барселону на фестиваль Primavera Sound — и, соответственно, вещание оттуда у нас будет и в этом году. Слово Кате.]
Пока в Москве хорошие музыкальные фестивали поспешно переезжают с одного места на другое за два дня до старта, в Барселоне открылся образцовый — Primavera Sound. За пять лет существования по составу его участников можно было судить о группах, которые в конце года попадут в списки 30 лучших альбомов всех журналов, по-прежнему верящих в списки. На маленьких сценах со смешными спонсорами вроде очков Ray-Ban или наливки Jagermeister здесь выступают герои блогов, отслеживающих самую актуальную музыку сегодняшнего дня. По экономическим показателям фестиваль в этом году почти доплюнул до Glastonbury — здесь солд-аут. А в артистическом смысле Primavera Sound всегда был молодцом — если среднестатистические европейские фестивали из года в год для балласта приглашают какую-то мутную чушь вроде Groove Armada и 2manydjs, здесь роль почетного резидента пятый год подряд играет трио Стива Альбини Shellac. В эти минуты среди киосков с испанскими пончиками бродит группа Narkotiki (здесь — в качестве зрителей), а куратор фестиваля Skif Наташа Подобед прыгает под группу Chrome Hoof и утверждает, что они и есть главные звезды ближайших лет. Выглядят, они, впрочем, как привет из прошлого — это толпа людей, облаченных в серебряные балахоны, будто массовка из фильма «Жидкое небо». Визуально все это и правда довольно круто.
Под одним из капюшонов скрывается главарь — бывший басист дум-металлической группы Cathedral, переквалифицировавшийся в читатели журнала Vice, на сцене которого они и выступают. Играют эстетскую музыку, в которой намешано все от барочной поп-оперы до стоунер-рока, но европейская молодежь определенно пресытилась многожанровыми чудачествами на сцене и Chrome Hoof почти игнорирует — зато посетители штурмуют площадки, где исполняют классический постпанк. На концерте The Fall к сцене невозможно подойти ближе чем за полкилометра. Это одновременно радостно и удивительно — в архивах The Fall 28 альбомов, группа дает около трех концертов в месяц, ее вокалист — мрачный старик в кожаной куртке, который сухо и зло вещает в микрофон, как в мегафон, с однообразным напором блогера Михаила Вербицкого. Почему модно подстриженным молодым людям так интересно смотреть на группу, которая впервые заиграла в 1976 году — то есть примерно за 10 лет до того, как они все родились? Это притом что никакого шоу у The Fall нет и в помине, единственное украшение сцены — жена вокалиста, клавишница Елена Пулу — не очень юная женщина при кроваво-красной помаде. Похоже, что главное достоинство музыкантов сегодняшнего дня — не веселая придурь, а наоборот, способность делать примерно одно и то же тридцать лет подряд — и при этом не выжить из ума. Лидер The Fall Марк Смит — определенно не Михаил Борзыкин, ему по-прежнему достает вкуса говорить о конгениальных «Телевизору» проблемах на языке, который не вызывает отторжения, — как бы он сам при этом не выглядел.
Примерно та же история — лютующие дизайнеры распихивают друг друга локтями, чтобы пробиться поближе к колонкам, — творится на концерте Superchunk — группы, увидеть которую в пределах 1000 км от Москвы, кажется, будет возможным, только если хороший украинский сайт znaki.fm разведет на деньги Виктора Пинчука. Язвительные седые американцы из глубинки играют веселый и дерзкий панк-рок, затащив на сцену вокалиста Les Savy Fav: нечто подобное могли бы изобразить «Мумий Тролль» лет через десять — но пока место адекватной старой инди-группы в России вакантно.
Очевидно, в угоду дизайнерам магазин American Apparel в эти дни предлагает на кассе футболки с логотипом The xx — а с ними на «Примавере» выяснилась странная история. Это вызывающе необаятельные люди: вокалистка оказалась мрачной девушкой-бутч, гитарист — похожим на рептилию человеком в костюме для похорон. Песни с их дебютного альбома они играют нарочито медленно и вяло, будто выступают на вечеринке в честь дня рождения Дейва Гэхэна. Прямых цитат из Depeche Mode нет — зато есть неловкая ирония по мотивам репертуара ATB (кроме шуток — The xx играют тот самый мучительный перебор из песни «Here I Come») и совершенно отчаянная цитата из Bronski Beat. Определенно, The xx, как редкая библиотечная книга, заслуживают прицельного внимания — и наверняка умеют звучать в тысячу раз лучше, но на большом фестивале занимают далеко не первые места.
Лучший концерт сегодняшнего дня выдала группа Broken Social Scene. Кто пропустил выступление канадцев в Москве, должен немедленно изучить расписание их туров — это и впрямь настоящее удовольствие, необычайно живое и радостное представление октета первоклассных рок-музыкантов, которым друг с другом весело. Еще одна превосходная группа, которую в России увидеть живьем пока не удалось, — Wild Beasts, абсолютные герои сцены Pitchfork. Хочется, чтобы промоутеры «Стереолета», Transmusicales и прочие местные pundits наконец обратили на нее внимание. Англичан, поющих оперным фальцетом и баритоном, в сумраке сцены почти не видно — это история не про модные рубашки, но пресловутую радость простых мелодий, вплетенных в филигранно сыгранный новый британский арт-рок.
Вообще, с учетом того, что здесь сегодня можно было увидеть, включая эпический концерт Pavement, напрашивается очень простой вывод: сегодня музыкой рулит мир гитар и некрасивых людей — всем снова потребовались песни, которые лучше всего звучат в баре, где посетители налегают на виски, а не на коктейли. Эту мысль (за исключением красоты, конечно) здесь по-визионерски уловили «Елочные игрушки», пару лет назад взявшиеся за живые инструменты. И неслучайно, что за день до «Примаверы» с оглушительным успехом в Барселоне выступила русская группа, ведомая музыкантом, давно придумавшим себе псевдоним Гитаркин. На Messer Chups собралось 500 человек в зале какой-то библиотеки — все с рогами, или с татуировками в пол-лица, или в футболках Messer Сhups. Зомбигерл запела — таким отрывистым, интересным дискантом. Барабанщик Spitfire Кащей выполняет роль конферансье и говорит в микрофон байки из склепа — шутки из-за барабанной установки. На экране непрерывный суицид — там танцуют и поедают людей герои фильмов типа baba yaga, про которые иногда появляются интересные заметки в блоге про кино. А Гитаркин выглядит моложе всех молодых.