К слову о британских газетчиках и прочих представителях музыкальной индустрии и ее окрестностях. Помимо музыки на Пикнике «Афиши» случится еще одна штука, имеющая непосредственное отношение к компетенции этого блога. А именно: по инициативе и при попечении Британского совета в Коломенском пройдет мероприятие под названием Re:Sound Forum. Суть его в том, что несколько умных людей, вовлеченных в эту самую английскую музыкальную индустрию, расскажут, как у них все устроено, что со всем этим будет, как выжить среди этой смертной любви — ну и вообще поделятся опытом.

Кто будет конкретно. Арва Хайдер — девушка, работающая сейчас в лондонском филиале газеты Metro и писавшая куда только не; она довольно здорово понимает про так называемую мировую музыку — про нее и расскажет, лекция амбициозно (но, кажется, оправданно — см. Vampire Weekend, Die Antwoord и т.д. и т.п.) называется «Почему world music — это поп-музыка будущего?». Джон Макилдоуи — человек, работающий в компании Mean Fiddler, организующей сразу несколько важных английских фестивалей (The Great Escape, например), его выступление практически посвящено сложной судьбе ансамбля Tesla Boy (шутка) и именуется «Как зарубежная группа может прославиться в Великобритании с помощью живых выступлений». Далее — Дориан Лински, сотрудник газеты Guardian, что само по себе может служить отличной рекомендацией, автор книжки про историю протестных песен, тоже на волнующую нас тему выступает: «Поп и политика: может ли музыка изменить мир к лучшему?» Ну и как финальный аккорд — Джон Дайер, директор лейбла Domino, человек, чьему успеху во многом обязаны Franz Ferdinand и особенно Arctic Monkeys и который, несмотря на наличие подобных клиентов, продолжает выпускать кучу менее массовой и не менее интересной музыки. И продавать ее. В сети, в частности — лекция, соответственно, о том, как лейблам справляться с интернетом, заголовок — «Они называют это контентом, мы зовем это музыкой: как продвигать группы в интернете?».

Рассказывать все эти люди будут на английском без перевода (Британский совет же), но, думаю, для посетителей Пикника это помехой стать не должно. Ну и еще — в самом конце планируется круглый стол, в котором будут участвовать и английские лекторы, и наши эксперты, и тут уж все животрепещущие проблемы будут обсуждаться в формате дискуссии в прямом эфире. Короче говоря, приходите. Подробности здесь и здесь, например.

А еще в переформатированной бумажной «Афише» теперь есть опция «Выбор» — которая, в сущности, и есть аналог чуть подзаглохшей здешней рубрики «Звук вокруг», только тематический и с меньшим количеством слов (что, наверное, плюс). В частности, в новом номере там имеется выбор 5 африканских альбомов — ну и странным бы было не опубликовать его и здесь. Не все из них новые, но все, по-моему, хорошие. Вуаля — песни лень загружать, простите.

«Black Man’s Cry: The Inspiration of Fela Kuti»
^{Stones Throw}
Сборник нигерийских групп 70-х, продолжавших и развивавших находки изобретателя афробита Фелы Ку­ти. Один из ансамблей называется «6-я пехотная бригада Нигерийской армии».

Bassekou Kouyate & Ngoni Ba «I Speak Fula»
^{Out Here}
Бассеку Куяте и трое его родствен­ников производят извилистый полиритмичный фолк, сыгранный на инструменте под названием нгони — малийском предке банджо.

Burkina Electric «Paspanga»
^{Cantaloupe Music}
Сын великого композитора Дьердя Лигети Лукас в компании музыкантов из Буркина-Фасо замечательно сводит вместе умную электронику — и собственно музыку Буркина-Фасо.

Mulatu Astatke «New York— Addis—London: The Story of Ethio Jazz 1965-1975»
^Strut
Блестящая ретроспектива ранних записей Мулату Астатке — челове­ка, который придумал скрестить эфиопскую этнику с джазом.

Orchestre Poly-Rythmo de Cotonou «Volume 2»
^{Analog Africa}
От вудуистских ритмов до африканского фанка: по крупицам собранная компиляция лучшей бенинской группы рубежа 70-х; на сей раз — в хорошем звуке.

У нас тут получается такая неделя саморекламы — ну и ладно, в сущности; даже хорошо, что столько всяких движений происходит.

История следующая. Случилось так, что я по просьбе Олега Нестерова составил компиляцию новой хорошей музыки из России и окружающих территорий. Которая выйдет в виде диска на лейбле «Снегири» и поступит в продажу, собственно, завтра, 5 февраля (причем исключительно в магазинах «Республика»). Называется это «No Oil. No Stress. No Noise». Идеологическая, так сказать, суть его в том, что это такая акустическая утопия — 20 красивых незамутненных песен для любви и жизни; саундтрек к небесной Москве, которая не существует на деле, но которую можно таким вот странным способом изобразить. Среди участников — и те люди, о которых в этом блоге неоднократно сообщалось (Алина Орлова, «Кассиопея», «19:84», Dsh! Dsh!, «Комба БАКХ», «Краснознаменная дивизия имени моей бабушки», которая пару недель назад отыграла сверхмощный концерт в «Икре»), и те, о которых сообщалось поменьше (Moremoney, Ritmika, «Сансара», Евгения Теджетова, Pinball, которые отыграли хороший концерт в «Икре» вчера), и те, о которых не сообщалось по недомыслию почти или вовсе ничего (The Retuses, Masha Era, Migloko, Trufelle). И совсем пока непонятные люди — вроде новейшей артистки тех же «Снегирей» Вари Демидовой. В общем, кто любопытствует, на обложке выше всех их более-менее можно разобрать.

Я тут, конечно, совершенно необъективен, но, по-моему, получилась изящная и легкая штука. Ну и если глобализировать, то любопытно тут вот что. Понятно, что «No Oil. No Stress. No Noise» есть своего рода проект новой русской музыки — проект, если не кривить душой, скажем так, воздушно-буржуазный. И еще понятно, что это всего лишь один из возможных проектов. И при желании можно представить себе аналогичного толка сборник, только сделанный в духе, например, пролетарско-социальном. Или, допустим, международно-модном (что-то такое недавно сотворили люди из Xuman Records). И так далее. И это, по-моему, есть еще одно доказательство в пользу того, что эта самая новая русская музыка есть нечто состоявшееся, существующее и достаточно репрезентативное (доказательство, которое, как показывает практика, никогда не бывает излишним) — потому что ее можно гнуть в разные стороны, делать разные ее срезы, так или иначе идеологически выстраивать: ее хватит на то, чтобы каждая из версий была вполне весомой и убедительной. И это прекрасно.

Тут, наверное, потребен какой-то эксклюзив — и вот он. Это песня белорусской группы Tanin Jazz под названием «Виртуальная любовь»; насколько я понимаю, у себя на родине она уже успела стать хитом — а здесь ее мало кто слышал. Песня ужасно смешная, немножко глупая и очень привязчивая. Во всяком случае я сначала думал, что это мой такой личный бзик, но, как показали многочисленные тесты, песня почему-то очень много кому нравится. Особенно детям.

Ну и без презентации не обойдется: в следующую пятницу мы с Олегом Нестеровым чего-то про сборник расскажем — а «Краснознаменная дивизия имени моей бабушки» (в сокращенном акустическом составе), Василий Зоркий из «19:84» и Елена Кауфман из Trufelle продемонстрируют живьем, как он звучит. Список выступающих может измениться, но в любом случае будет интересно. 12 февраля, в 7 часов вечера, в «Республике» на «Маяковской». Вход свободный.

Пользуясь случаем, хотелось бы сказать спасибо всем музыкантам, которые подписались на эту затею, Олегу Нестерову, Елене Нестеровой, Валерию Просвирову и всем работникам «Снегирей», а также Ивану Величко за оформление диска.

В международный женский день выйдет новый альбом группы Gorillaz «Plastic Beach». Полный треклист вот тут; среди участвующих — Мос Деф, Графф Рис, Марк И Смит (!), Лу Рид, Пол Саймонон с Миком Джонсом в одном треке, прекрасная группа Hypnotic Brass Ensemble и другие. Первый сингл уже просочился; называется «Stylo». Задействованы Бобби Вомак и тот же Мос Деф — но в главной роли, по-моему, все-таки Албарн. Ну и здорово все, по-моему: с одной стороны, звук злободневный и все такое; с другой — Албарн с годами как-то невероятно проникновенно петь научился, на этой его трогательной похмельной горечи «Стило», собственно говоря, и держится.

И возвращаясь к напечатанному: кажется, поспешил я с выводом, что придется выбирать между Сьюзан Бойл и Кешей — на ту же американскую хит-парадную вершину, которую уже занимала та и другая, на этой неделе забрался второй альбом группы Vampire Weekend. Который, конечно, лучше обоих раз в пятнадцать. Вот и хорошо.

За время присутствия на фестивале Primavera Sound были замечены: кириллическое виниловое издание сборника «No New York», датированное 2003 годом, с аннотацией на русском языке (наверняка с этим связана какая-нибудь занимательная история, но я ее не знаю), человек в майке с портретом Чебурашки, а также — по сообщениям других внимательных посетителей — человек в майке группы «Сектор газа». То есть и тут наша не пропадала. Вот каким был последний день.

Ariel Pink’s Haunted Graffiti. Маэстро хонтологического попа Ариэль Пинк на вид оказался похож на гнома-хипстера: весь непричесанный, потасканный какой-то, в подростковых шортиках и бесформенной блузе, выражение лица как у человека, который сейчас сделает что-то непристойное. Группа как группа: клавиши, гитара, ритм-секция. Принято говорить, что в записи песни Пинка звучат как эстрадный рок 70-х, услышанный через толщу времени, будто бы на волнах несуществующей радиостанции. Так вот — живьем создается ровно тот же эффект, и как они это делают, совсем непостижимо. То есть вроде бы все играют абсолютно понятно, а песни при этом звучат, как будто на осыпавшейся пленке записаны, все время как-то заедают, зажевываются как будто; точка фокуса у них на очень специальном месте. Если все это отбросить — и правда получается такой старорежимный придурковатый рок (Пинк еще и все время кашляет в микрофон, или ревет, или каких-то девиц в бубен постучать из публики вызывает); но не отбросишь — потому что это все на твоих глазах меняется, как в калейдоскопе. Удивительное дело.

Jesu. Джастин Бродерик с товарищем-басистом и товарищем-лэптопом (он играет за барабаны и размечает структуру). Сильно утяжеленный, продолжительный, интроспективный шугейз; все очень печально и красиво. Интересно, что музыка Jesu вроде бы строится на давно надоевших пафосных штампах — ну там построк и так далее. Но аллергии на нее не возникает — и потому, что чувствуется у людей металлическая школа, играют так, что в животе урчит, и потому еще, что видно, что это очень личное дело, они совсем не позируют, пропускают все это через себя, слов толком не слышно, но слышно, что они имеют значение. Медленная хорошая музыка.

Майкл Найман. Симптоматично, что Найман с оркестром играет на этом фестивале — не для характеристики самого Наймана, конечно (с ним давно все более-менее понятно), но для характеристики фестиваля и того, как у посетителей головы устроены. Ну что: 12 человек, струнные, духовые, бас и маэстро за роялем. Устроено все буквально как рок-концерт — небольшие семи-восьмиминутные композиции, много хитов (какие точно, не скажу, но что-то явно общеизвестное); все устроены одинаково — и все по-своему безупречны, как в магазине сувениров безупречны, до зевоты (ну то есть я буквально заснул в какой-то момент). Да, во всем этом есть хоть и выставочная, хоть и легковесная, но ясная и умная красота. Но все-таки это академик-попс, спекуляция.

Нил Янг. Дедушку вообще никак невозможно было избежать: организаторы устроили все таким образом, что, когда играл Янг, ни на одной другой сцене ничего не происходило; уж не знаю, зачем это — чтобы Нила не обидеть или, наоборот, чтобы не обидеть всех остальных (вообще, по-моему, все-таки странно это — ну как на Пикник «Афиши» позвать хедлайнерами группу «Воскресение»). Я его, честно скажу, плохо знаю, не люблю и не понимаю, но в плане концерта придраться сложно — образу и жанру абсолютно соответствует, такой великовозрастный мидл-оф-зе-роад с блюзовыми запилами, трепетными подпевками и акустическими паузами для размахивания зажигалками; еще на сцене зачем-то присутствовал художник, который всю дорогу рисовал некую абстрактную картину. Когда Янг разошелся окончательно, меня тоже вполне себе накрыло от ощущения масштаба и какой-то нерушимой догматики этой музыки — ну и тут пошли нетленки типа «Heart of Gold», все запели хором, и все стало как-то хорошо и понятно.

Oneida. Пошел, потому что они стартовали первыми после перерыва, хоть куда-то с Янга (который все-таки поднадоел) удалось сбежать. Ничего про эту группу не знаю, кроме того что, кажется, когда-то скачивал их альбом. Ну и для такого расклада очень неплохо — совершенно безумный математический рок, переходящий в хардкор; когда я пришел, они играли огромную, лавиной обрушивающуюся сюиту, чем-то напоминавшую Acid Mothers Temple и прочих японцев. Выдающийся барабанщик: пока остальные просто жужжат и по струнам елозят, он всю драматургию прописывает. Очень шумно и злобно; хаос, разорванный на клочки и собранный в подобие космоса. Потом были еще две вещи покороче и с пением — чуть хуже, пожалуй. Ангус Эндрю чуть позже поблагодарил их, кажется, for rocking the fuck out — и правильно сделал.

Liars. Трое из Нью-Йорка со времени прошлогодних концертов в России еще подросли. Ангус отрастил щетину, переходящую в бороду, и приобрел совсем инфернальный вид; и на сцене он себя, конечно, держит очень круто: опять пришел в голову молодой и яростный Кейв. Сцена погружена в полумрак с кровавым подбоем, гитара играет разозленно и сыро, барабан вбивает гвозди в позвоночник. Сыграли, кажется, пару новых вещей — совсем сухих, стремительных и нападающих; отдельным номером сыграли песню с первого альбома (мол, мы этого никогда не делаем); ну и обязательная программа тоже была. Тут, в принципе, можно повторить все то же, что говорилось по этому поводу год назад. Настоящий ритуальный транс на постиндустриальном материале, своевременное общество ритуальных услуг, обуздание и взнуздывание подземной энергии мегаполиса (Liars, конечно, очень урбанистическая группа); герои асфальта собственной персоной.

Deerhunter. В прошлом году они играли на одной из малых сцен, в этом — на одной из больших; ну и, по правде говоря, кажется, что на этом все и кончится, и дальше группа Deerhunter возвратится туда, откуда вылезла (о'кей, не столько кажется, сколько хочется надеяться). Я их поглядел минут 15, и, в общем, не убедили: ну да, шумят вполне мелодично и профессионально, Кокс этот поет тонким трепетным голосом, но меня не оставляет ощущение, что им совсем нечего сказать, что все это прививание одних корней к другим не имеет никакой содержательной составляющей. Пустой звук какой-то. Может быть, конечно, это у меня идиосинкразия.

Ghostface Killah. Скорый гость столицы на вид оказался совсем не таким страшным, как на обложках, и даже напротив — большой, добродушный на вид, небритый, похож на безобидного алкаша. Три эмси и один диджей; качают на славу; играют вполне по нотам — в смысле, альбомные вещи. Что мне непонятно — так это почему почти все хип-хоп-концерты (ну кроме Бака 65, наверное) выглядят настолько одинаково. То есть буквально дословно: «мэйк сам нойз», «пут е хэндс ап ин зе эа», камон, диджей и так далее; каков бы ни был расходный материал, сценическое действо отличается минимально. Это, конечно, не претензия, потому что энергии и профнавыков Гостфейсу с компанией хватает, и заводят они с пол-оборота; я убежал через две песни, потому что торопился на Gang Gang Dance, но в Москве всем, кто в курсе про певца, сходить стоит.

Gang Gang Dance. Безусловные герои дня — да и всего фестиваля в целом. Я почему-то боялся, что концерт будет оформлен всей этой экзотической фанаберией, как на обложках, — ничего подобного, абсолютно живая и человеческая девушка с двумя барабанами плюс нормальная группа (правда, на сцене всю дорогу зачем-то тусовался явно не имеющий отношения к музыкантам негр — что он там делал, я так и не понял). Еще я боялся, что будет мешать эта недопроявленность, недосказанность, которая у них присутствует в записях, — и опять ничего подобного. Gang Gang Dance живьем похожи одновременно на альбом «Mezzanine», ранние пластинки Animal Collective и радиотрансляции, которые выпускают на лейбле Sublime Frequencies — но это именно что ассоциации, а не источники; ощущения конструктора, которое возникает со многими другими, нет и в помине. Нет в помине и вышеупомянутой мутности: не на конструктивном (там все-таки все слишком сложно, чтобы вот так сразу разобрать), так на интуитивном уровне это очень понятные песни, именно песни, а не какие-нибудь авангардные вопли. Вообще, Gang Gang Dance — это реальная world music, в буквальном смысле, результирующая вообще всех традиций, не похожая ни на одну. Ну и главное, что тут чувствуешь, — что это музыка, которая живет на твоих глазах, происходит, развивается, пытается определить себя; не музыка будущего абстрактная, а самая что ни на есть музыка настоящего, здесь и сейчас. В общем, я из сочувствующих переквалифицировался в фанаты теперь.

DJ/rupture. Этого человека надо поскорее везти в Москву — на «Арму», в «Солянку» или куда там; он один, поэтому вряд ли дорогой — и очень крутой притом. Все ровно так, как ожидаешь после микстейпов и альбомов — такой клуб путешественников с неизвестными народными и инородными исполнителями со всего света, положенный на дабстеповую, тоже постоянно меняющуюся основу. Годится и для познания, и для движения, для второго так даже очень; никаких чрезмерных умствований в этом нет — а есть крайне умелое и прагматичное использование собственной эрудиции; плюс почти все играется на пластинках, так что зрелища тоже довольно. За всеми этими делами я полностью пропустил сет Sonic Youth, чему, признаться, даже рад — ну то есть я одним глазом посмотрел на полторы песни и понял, что это тот же Нил Янг, только песни хуже намного.

Simian Mobile Disco. В прошлом году то ли кто-то из них заболел, то ли на аппаратуру пролили ведро воды — в общем, вместо лайва был диджей-сет. В этот раз положение исправили — хотя в чем изменения по сути, я не понял. На вид изменения в том, что в центре сцены стоит гора приборов, и вокруг нее суетятся, нажимают на кнопки и перетыкают провода два человека. По звуку — стадионный рейв чистой воды плюс иллюминация невероятная. Ну и, нечего сказать, все это абсолютно соответствовало месту и времени: три часа ночи, последний день фестиваля, все уже плохо понимают, что происходит; аккурат перед выступлением Simian Mobile Disco какой-то мужик предложил мне купить стафф — наверное, если бы я согласился, впечатление было бы объемнее.

El-P. И последний пункт нашей программы. Тезис про однообразность хип-хоп-концертов работает и здесь —– даром что Ил-Пи умник и так далее, он тоже начал орать что-то типа «я хочу видеть ваши руки»; видимо, для рэпа важен какой-то конфликт с аудиторией, взаимное напряжение, атмосфера битвы какой-то, диалога, что ли. От Гостфейса это отличается примерно тем, что у того все явно профессиональнее, есть мощный канон, который соблюдается и работает. От Ил-Пи же исходит прежде всего почти звериная агрессия, едва ли не рок-н-ролльный драйв, он реально плюется словами, переживает то, что говорит. Игрались преимущественно вещи с «I’ll Sleep When You’re Dead» — ну и поскольку я, в общем, был по своему состоянию уже близок к обеим частям этого заголовка, то, поняв, что к чему, двинулся домой.

На этом все; на всякий случай, предыдущие два дня — тут и тут. Завтра вернемся в привычный режим вещания; наверняка за время отсутствия много всего произошло. Спасибо за внимание.