Немногие верили, но МФ Дум — он же просто Дум — вчера все-таки добрался до Москвы и даже выступил с концертом в клубе «Икра». Я тоже ходил. Имею три соображения.

Первое. Организация. Отвратительная — и это еще мягко сказано. Я с большим почтением отношусь ко всему, что делает в Москве промогруппа Lion Is The Sun и ее единственный участник (см.), но так нельзя, потому что свинство и хамство, и вообще-то в цивилизованных странах за такое подают в суд и лишают лицензии. Что я имею в виду: официальное начало концерта была заявлено на 8 вечера; разогрев закончил выступать в 10; Дум появился на сцене в 23.45 — таким образом, битых два часа все присутствующие вынуждены были тупить в не самых приятных для этого условия. Некоторые просто ушли. При этом хоть какая-то информация распространялась только на уровне инсайдерских слухов (типа — «он проспал, приедет в половину»); максимум, что было сказано со сцены, — пара невнятных объявлений на английском и одно не сильно более внятное на русском. И впоследствии, кажется, тоже никто не извинился. Как будто так и надо. Нет, так не надо. Так работать нельзя. Все-таки хорошо бы знать меру и иметь в виду, что те вещи, которые могут пройти и быть поняты на маленьких просветительских концертах для своих, не очень уместны на больших мероприятиях на 800 человек. Бизнес есть бизнес, профессия есть профессия. Прошу прощения, что так длинно, но было правда очень гнусно.

Второе. Концерт. У меня хватило физических сил на 40 минут — ну и, в общем, было круто (главный фанат Дума в Москве А.Подшибякин также сообщил, что в самом конце прозвучали две новые песни проекта Madvillain, что, видимо, означает, что его второй альбом все-таки существует). Притом что — ну на что там смотреть: один диджей, который более-менее просто треки из iTunes включает, один очень большой, раблезианских размеров негр и один маленький и толстый негр в маске. Все. Но — тут такая история. Лет восемь назад я, помнится, по странному стечению обстоятельств оказался на большом московском блюзовом фестивале на покойном стадионе «Динамо». Где выступали все наши авторитетные люди (они и сейчас везде выступают, в общем-то). И не то чтобы ужасно — ну нормально выступали. А потом вышел какой-то старый и вполне безвестный негр с гитарой — и убрал всех с первого аккорда. Просто потому что это его музыка и его история, а остальные так, играются. Вот с Думом то же самое. Игравшие на разогреве «Копы в огне» были не в пример зрелищнее — костюмы, полноценная группа, играющая такой минимизированный фанк, сценки и так далее. Но как только Дум вышел — о «Копах» забыли даже те, кто про них помнил все предыдущие два часа. Потому что — ну, Дум и есть хип-хоп, грубо говоря. Он не то чтобы так уж круто выглядит, он вообще довольно неловкий, грузный и грозный толстячок. Он даже не то чтобы так уж круто читает — довольно неразборчиво, фонемы в кучу сбивая. Но при этом все вместе мощнейшее впечатление производит все равно — потому что эта маска, потому что этот хриплый голос, потому что этот злодейский смех, потому что эта гениальная рваная музыка, двигающаяся из ниоткуда в никуда, да и потому что это чертово опоздание тоже. Дум живьем — это такой пример соединения мифа с реальностью, причем сила мифа такова, что реальность под себя подминает. Не скажу, что это был какой-то великий концерт с точки зрения драйва, подачи и прочих традиционных категорий. Но это была важная штука с точки зрения проверки реальности на прочность и правдоподобие. То есть — ну да, все-таки этот человек существует, и он ровно такой, каким его представляли.

И третье, последнее. Публика. В «Икре» был реальный солд-аут, что, впрочем, неудивительно — кажется, солд-ауты теперь бывают примерно в связи с каждым мало-мальски массовым хип-хоп-концертом. Но состав зрителей наблюдать было довольно занимательно. То есть, понятно, было много цеховых людей, которые пришли посмотреть на гуру. Понятно, было много хипстеров вроде меня, которые пришли, как в университете на внезапную лекцию какой-нибудь величины ходили — тема неблизкая и малопонятная, но надо на легенду посмотреть. Но эти крепкие парни с бритыми затылками и в бесцветных свитерах. Но эти переухоженные девушки, танцующие под Дума, как под R’n’B. Они-то все откуда и, главное, зачем? Просто потому что рэп? Просто потому что статус? Нет, мне никто из них совсем не мешает, ради бога — но любопытно же. Вообще, то, что в России за последние годы с музыкой хип-хоп произошло, — это, конечно, какой-то невероятно занимательный социальный феномен; жаль, никакой «Левада-центр» этим не займется.

Вот сильно обрадовавшая всех присутствовавших песенка «Hoe Cakes».

Я прошу прощения за эти длительные паузы — но что-то ничего кругом не происходит: то ли лето, то ли футбол, то ли радар сбился. Обещаю в ближайшем времени наладить вещание — а пока давайте, что ли, займемся традиционным развлечением: в конце концов, полгода уже прошли, можно заняться и традиционной спискоманией.

В общем, объявляем голосование по лучшим альбомам 2010-го so far. Правила — как в прошлый раз примерно: каждый может назвать пять пластинок, без иерархии, но строго это количество (те, что сверх, при подсчете будут отсекаться — имейте в виду, если так уж охота лонглист выкатить). Наши и не наши — вперемешку и в честной конкуренции. ЕР и сборники считаются, мелочиться не будем. Очень интересно, чего получится, на самом деле. Я бы вообще пять русских назвал. Ну ладно, не пять — как же мы без Hot Chip. А авторы другой пластинки, которая в итоговом списке, по идее, непременно должна очутиться — и уж точно лучшей песни года, — выступают завтра в Москве.

Дедлайном по подаче голосов объявляется среда, 23 июня. В четверг, соответственно, подведем итоги. Если кому интересно — вперед.

На сайте Агилеры сегодня весь тикал торжественный обратный отсчет, в итоге показали вот это — типа обложку первого сингла с нового альбома; через 20 часов обещают еще чего-то. Вообще, конечно, менеджмент Кристины должен этой iamamiwhoami, кто бы это ни был, занести — черта с два сейчас хипстеры за ее сайтом бы следили, если бы не эта история. Они, видимо, и сами это понимают — учитывая, что шансов, что это Агилера, уже практически не осталось, сюжет с вот этой картинкой на сайте немецкого отделения Sony BMG, судя по всему, был специальным демонизирующим ходом.

Тем временем, мистификация полным ходом демистифицируется — а может, и нет. Как справедливо указывали в комментариях к предыдущей записи на тему, появилась крайне правдоподобная версия, что это шведская певица Джонна Ли — и девушка похожа, и побочных свидетельств на Твиттере масса, и на Швецию все это смахивает сильно; а что музыка раньше другая совсем была — ну так это маскировка. Может, и так; сама Джонна вроде как отреагировала в том смысле, что она в курсе, но не расколется. Но вообще надо признать, что самую правдоподобную версию на данный момент выдвинул наш коллега Георгий Биргер, который провел тщательное физиогномическое расследование и разморозил по такому случаю свой замечательный, но затухший блог. Вот тут имеется его пространный пост по теме; если вкратце, предлагается считать, что это проект продюсера Subliminal Kid — человека из тусовки The Knife, принимавшего участие в проекте Карин Андерсон Fever Ray и записавшего в прошлом году с еще одним земляком альбом под именем Roll The Dice (занятный альбом, кстати); проект, соответственно, с приглашенными вокалистками, среди которых может быть и эта самая Джонна. Ну и действительно: по звуку самое, пожалуй, близкое; на The Knife и их приближенных по этике и эстетике все это очень похоже. Что тут скажешь — Георгий, пишите еще.

«Первый post-Padla bear outfit artist»
«Лемондэй одобряет»
«Нам в конечном счете пришлось тоже определиться, как себя называть. Потому что «встиле» мы никаком не играем, «инди» давно уже х…нди, а «АНДЕГРАУНД» никак в нас не отзывается, поэтому мы придумали underwater. И если посмотреть вокруг, то можно заметить, что многое не столько андеграундное, сколько андервотерное»

Скачать альбом можно вот здесь. Я же говорил, что придут другие.

«Джонни»

«Море людей»

«Про это не поют»

Списки лучших альбомов как марш несогласных
В декабре новых альбомов почти не выходит — в декабре все составляют списки. В 2009-м ситуация особенно тяжелая: все подряд, наплевав на законы календаря, вдобавок к лучшим дискам года выбирают еще и лучшие диски десятилетия. Чем ближе к Новому году, тем больше появляется рейтингов — и тем сложнее все это выносить.
Журналист Саймон Рейнольдс недавно написал на сайте The Guardian колонку, в которой подметил закономерность: в итогах 2000-х верхние позиции сплошняком занимают альбомы, вышедшие до 2005 года. Причина, конечно, не в том, что после 2005 года музыка стала хуже, а в том, что ее стало гораздо больше — и консенсус тут уже невозможен: единый поток распался на ми­риады не ручейков даже, а капель. А вот другая сторона медали: списки профильных изданий по части 2009 года почти идентичны; в разных комбинациях там фигурируют The xx, Fuck Buttons, Animal Collective, The Horrors, ну и так далее. Впрочем, чтобы убедиться, что согласие это мнимое, достаточно посмотреть на любой индивидуальный хит-парад (они в изобилии имеются в вашей RSS-ленте). Там царит полный разброд и шатание; кажется, что каждый новый слушатель стремится премировать кого-нибудь самого неизвест­ного и неожиданного. Понятно почему. Списки, по сути, последний способ продемонстрировать свою меломанскую прыть: друзьям не покажешь папку с MP3 (как можно было показать пластинки) — зато для них можно составить топ-30 (50, 80) любимых альбомов. И списки прессы в этой связи выглядят не столько расстановкой ориентиров, не столько способом кого-либо просветить, сколько своего рода самовнушением, попыткой доказать, что все эти The xx и Grizzly Bear и правда являются общезначимыми величинами. На самом деле никаких общезначимых величин нет — и уже не будет. Хотя мне лично группа The xx тоже очень нравится.
-------------------------------------------

Это моя миниколонка, опубликованная в новом номере журнала «Афиша». Как могут догадаться многие читатели журнала, ни в одном из прежних номеров ничего похожего на такие миниколонки не было. Причина проста: последний в этом году номер «Афиши» одновременно является первым в абсолютно изменившейся структуре — мне лично кажется, что это самые радикальные перемены за всю историю журнала. Теперь все устроено совсем по-новому: и начало журнала, и продолжение, и конец. Рубрик стало чуть меньше, зато сами они стали гораздо более насыщенными и разнообразными. Подробнее об изменениях можно прочитать здесь; ну и да — мы надеемся, что журнал стал более красивым, интересным и современным. Мы, во всяком случае, к этому стремились. Проявления восторга, вопли негодования, провокационные вопросы, конструктивные предложения и прочие мнения по поводу новой «Афиши» принимаются — в комментариях к этому посту в том числе.

Возвращаясь к нашей теме — в свежем номере, помимо вышеупомянутой колонки, можно также прочитать монолог Ильи Лагутенко о том, что он слушал последний год, и тезисы лидера ансамбля Padla Bear Outfit о том, как должен выглядеть музыкант. А также — в начале журнала — большой материал про итоги года, где разнообразные музыкальные события тоже присутствуют в изобилии. Ну и да — рецензии пока что никуда не делись; на сей раз имеют место третий альбом певицы Максим, второй альбом актрисы Шарлотты Гензбур (с Беком) и новая пластинка статусного хип-хоп-дуэта Clipse. Обложка нового журнала выглядит вот так.

^{(Примечание: Поскольку объем новой рубрики «Музыка» в московской и немосковской версиях журнала различен, в последнюю вышеприведенная миниколонка не поместилась. Не удивляйтесь.)}

Что касается наших собственных итогов года. Конечно, после всего вышесказанного было бы последовательно обойтись без них, но это, пожалуй, будет непрофессионально. В том же новом номере опубликован мой список 7 лучших пластинок 2009-го года с небольшими комментариями — завтра он появится здесь. В расширенном, разумеется, виде — все ж таки в этом году отличных альбомов было несколько больше семи.

Ну поехали. Я-то думал, что на фоне преждевременного подведения итогов десятилетия про текущий год все забыли — а вот и нет. Журнал Q, давным-давно превратившийся в посмешище (если сказать мягче, переставший быть минимально релевантным в масштабе хоть чуть большем, чем британский; да и в Англии я бы не ручался), опубликовал свой список 50 лучших альбомов 2009 года. Вот первая десятка.

10. Phoenix «Wolfgang Amadeus Phoenix»
9. U2 «No Line On The Horizon»
8. Lily Allen «It’s Not Me, It’s You»
7. Muse «The Resistance»
6. Arctic Monkeys «Humbug»
5. Manic Street Preachers «Journal For Plague Lovers»
4. Animal Collective «Merriweather Post Pavillion»
3. Yeah Yeah Yeahs «It’s Blitz!»
2. Florence And The Machine «Lungs»
1. Kasabian «West Ryder Pauper Lunatic Asylum»

Остальное, например, здесь, хотя я бы на вашем месте после первой десятки ни на что другое не смотрел. Впрочем, в прошлом году у них на первом месте были Kings of Leon. Впрочем, это было хоть как-то обоснованно — более обоснованно, чем Kasabian, по крайней мере. Дальше должна быть привычная тирада про то, как надоели и обессмыслились списки, но вы все это уже и так читали.

Напомню в этой связи, что еще примерно две недели будет продолжаться пользовательское голосование за лучший альбом года на нашем сайте (равно как и за лучший фильм, книгу и так далее) — хотя там уже все понятно, кажется.

Ну и продолжим наше любимое самоистязание. Юрий героически принял на себя первый удар по поводу альбома Padla Bear Outfit «n i c h e g o». Теперь, очевидно, мой черед (хочется, конечно, верить, что первая реакция улеглась и уже можно поговорить по делу, но что-то я сомневаюсь). Как и было обещано в посте и в дальнейших комментариях, в новом номере «Афиши» на альбом будет опубликована большая рецензия. На сайт ее выложили — ну и почему бы в таком случае не повторить ее здесь; все равно рецензии на диски, если специально не стараться, найти невозможно. См. ниже, в общем; длина рецензии примерно пропорциональна длине альбома, извините.

Кассетный мальчик

«Альбом записывался на кассетную деку Toshiba SF25 1986 года выпуска. Квартира была сознательно отключена от сети интернет, все участвовавшие в производстве аудиоматериалов не имели доступа к глобальной информации. Вначале планировалось затегировать все песни таким образом, чтобы альбом невозможно было слушать на устройстве iPod стандартным способом. Задачей альбома стало наиболее полное раскрытие low fidelity звука в ключе отечественного сонграйтинга. Когда музыка измеряется в гигабайтах, нет смысла записывать приемлемые ранее по формату пластинки. Фильтры необходимо ставить не только потребителям, но и производителям того или иного продукта. Сейчас не только слушатель выбирает музыку, но и музыка выбирает своего слушателя». Публикуется с сокращениями.

Когда я был студентом филологического факультета, меня учили: раз в самом начале книги «Что делать?» говорится, что роман плохой, этот критерий оценки автоматически перестает работать. Ну да, плохой; вам же уже сообщили; что дальше? Человек по имени Арсений, лидер петербургского ­ансамбля Padla Bear Outfit, поступил по-чернышевски. В обширной ­сопроводительной записке, приложенной к альбому «n i c h e?g o», он все излагает открытым текстом — и про качество, и про способ записи, и про объемы. В первой же песне под шум заедающей магнитолы и детское фортепиано срывающийся голос поет: «Здесь нет ничего для айпода твоего». Что дальше? «nichego» (позволю себе для удобства сократить пробелы) — это 45 песен и шумовых набросков продолжительностью от 12 секунд до 7 с лишним минут. Это истошный минимал-поп на стихи Пушкина и грязная электрическая зарисовка на музыку группы MGMT. Это кавер-версия на великую питерскую группу «Химера» и русский перевод «All Tomorrow’s Parties» The Velvet Underground. Это патологический шейк «uma» и мгновенный (на одну минуту) хит «vice» по мотивам «Пригородного блюза». Это апокалиптический марш «2012», это номер «stydno», первые тридцать секунд которого легко принять за потертую домашнюю запись молодого Игги Попа, и еще пара десятков отличных интуитивных песен, сыгран­ных в чудовищном шипяще-свистящем звуке. Это как будто зажеванная, многократно перезаписанная кассета, на которой силишься услышать что-то важное (хотя даже на 90-минутную кассету весь «nichego» бы не влез); прецедент никак не первый (был, скажем, первый альбом Девендры Банхарта — или, что ближе к нашему случаю, альбом «Все братья — сестры»), но у Арсения и вправду получилось сделать какой-то совсем трущобный лоу-фай. И это сильный жест для человека, который за полгода несколькими концертами, песнями и словами заставил воспринимать себя всерьез; от которого мно­гие — и я в том числе — ждали некоего легитимного документа. «Путь вперед — это всегда отказ», — говорил один великий русский музыкант, он же обозначил одну из своих записей подзаголовком «Уникальные редкости и красоты»; альбом «nichego» и есть, в общем-то, в чистом виде х… через плечо.

Жест сильный, но не уверен, что правильный. Здешним молодым талантам почему-то свойственно долго расшаркиваться на пороге, прежде чем вышибить двери плечом; так, группа «Общежитие» на первом альбоме зачем-то похоронила свою землистую энергию под россыпью цитат и концептов. Впрочем, это не случай Падлы — как может поручиться всякий, кто видел, как Арсений держится у микрофона и как поет про Адама Грина, всякий, кто расслышал за скрипом мебели и писком синтезатора песни про вождя и про юношу. Гребенщиков — самый важный человек для Падлы, человек, который в возрасте Арсения записывал даже не «Все братья — сестры», а «Искушение святого Аквариума»; так вот, Гребенщиков пел: «Ты можешь цитировать Брайана Ино с Дэвидом Бирном, но в любой коммунальной квартире есть свой собственный цирк». Padla Bear Outfit ставят вместо противительного союза соединительный. «nichego» — это цирк в коммунальной стране, выраженный на присвоенном языке, просто потому что все слова давным-давно пошли в расход. Приклеившийся к Падле термин «антифолк» все-таки неверен. Во-первых, не фолк: как ни крути, Падла не принадлежит к традиции авторской песни; нет, это все-таки этот самый русский рок — жанр с трагической, хромой судьбой, некогда выбивавший искры из глаз, а теперь превратившийся в болото, которое затягивает каждого, кто рискует туда наступить. Во-вторых, не анти. Арсений не противостоит и не продолжает — он скорее проектирует из руин культурной памяти нечто новое (неблагодарное дело, как мы знаем по опыту Ю.М.Лужкова). Вы когда-нибудь замечали, что даже самые криптические тексты «Аквариума» 80-х понятны без сносок — и даже самые прозрачные метафоры Александра Васильева или Левы Би-2 кажутся не имеющими никакого отношения к чему бы то ни было насущному? Так вот, у Падлы есть эта самая кристалльная ясность сознания и выражения. Чем бы он ни шебуршал, как бы ни орал, бухтел и гундел, почему-то всегда абсолютно понятно, что он хочет сказать; и более того — может быть, весь этот подержанный кухонный саунд и есть самое правильное пространство для записи, внутренняя интрига которой — поиск и обретение нового старого языка.

Первый, совсем кустарный, сделанный как будто для галочки альбом Padla Bear Outfit не зря назывался «Hipster». Если совсем кратко сформулировать те претензии, которые все желающие успели предъявить этому племени, получится, наверное, где-то так: это люди, у которых очень много свободного времени, но тратят они его на ерунду. «nichego», в общем-то, эта самая ерунда и есть. Откровенные поляроидные снимки, рисунки на салфетках, галерея автопортретов на Flickr — вот что можно делать. И в принципе, то, что можно, было понятно и без Падлы (см. десятки, если не сотни групп со всей страны, играющих по-английски — иногда неплохо). Но без Падлы не было понятно, как надо. Padla Bear Outfit больше, чем альбом «nichego», чем концерт или ролик на YouTube; они показывают способ, как в принципе можно к музыке подходить; это очень похоже на какую-то новую, легкую, моментальную звукозаписывающую культуру, домашнюю и одновременно всеохватную. За ним придут другие; да уже идут, и группа «Лемондэй», я убежден, — не просто парадоксальный сбой реальности. Не нравится? Ну так панк-рок тоже поначалу много кого раздражал. Вот что главное: как пел тот же Гребенщиков, есть люди, у которых капитан внутри, — и Арсений по прозвищу Падла именно из таких людей.

Ну а так — nichego нового.

(Постер, который надо распечатать и повесить на стену; автор — великий фотограф Игорь Мухин. Ну и да, на этом отнюдь не конец: вроде бы в течение ближайших недель должен появиться и третий альбом Padla Bear Outfit — электрический. Так что, как говорил комментатор Черданцев, время у нас еще будет.)

Читатели негодуют, что мы брюзжим по поводу обилия списков и одновременно постоянно ссылаемся на списки, — но об этом все равно все так или иначе будут говорить, поэтому никуда не деться. Все тот же авторитетный портал PitchforkMedia, который начал подводить итоги музыкального десятилетия сильно заранее, на этой неделе печатает главное — список 200 лучших альбомов этого самого десятилетия. (То есть на самом деле главное, очевидно, — это всякие сопутствующие умные материалы про социальную историю MP3, десятилетие в нойзе и десятилетие в инди, но я лично за них пока не брался). Собственно, через энное количество часов будет опубликована первая двадцатка; все остальное уже есть — кому лень продираться сквозь тонны текстов, которые ничего нового не сообщают, и щелкать по нескольким страницам, весь список вкратце собран тут. Имеются два альбома группы Ted Leo and the Pharmacists, нашлось место даже диджейскому сборнику любимых треков Эрленда Эйе. Как комментировать такой массив в целом, я не знаю и поэтому не буду.

Но зато весело поиграть в угадайку: кто будет в оставшихся двадцати и, главное, на первом месте. По идее, нам в этом мог бы помочь список пластинок, которым авторы «Пичфорка» ставили 10 баллов, но одну из таких («Source Tags & Codes» группы …And You Will Know Us By The Trail of Dead) они уже засунули в конец первой сотни, и поделом, надо сказать. Что тут можно предположить? Очевидно, наверху будет первый альбом Arcade Fire, но вряд ли на первом месте: недостает влиятельности. Очевидно, там будут какие-то OutKast (скорее «Stankonia», чем «Speakerboxxx»). Наверняка — второй альбом LCD Soundsystem. Наверняка — «Yankee Hotel Foxtrot» Wilco. Наверняка — «Illinoise» Суфьяна Стивенса. Какие-нибудь дедушки (ну хотя бы один) наверху тоже, наверное, должны быть, но какие именно — я затрудняюсь. Но вот первый-то кто? У меня есть три варианта. Первый альбом The Strokes (справедливо и отчасти провокационно). «Kid A» (справедливо, но слишком предсказуемо). И еще — «Merriweather Post Pavilion» Animal Collective (чистый вые…он).

Принимаются ваши гипотезы.

Умберто Эко не может ошибаться: списки всем надоели до коликов — но все продолжают упорно их составлять. Половина года от 2009-го, в общем-то, давно довольно прошла; я уж думал, обойдется без непонятно к чему относящихся рейтингов, что мы имеем к июлю месяцу, но нет — несколько заслуживающих внимания медиумов их все-таки опубликовали. Вот какие.

В меру модный и в меру умный американский журнал Spin: 20 лучших пластинок года соу фа. Очевидные фавориты, разумеется, имеются (Bat For Lashes, Dirty Projectors, Grizzly Bear, Phoenix, Animal Collective, Энтони); имеются не очень понятные (Ида Мария? не то что это не очень свежие новости?); имеются чисто американские; пару альбомов я и вовсе не слышал.

Дельный онлайн-магазин электроники Bleep.com (а магазинам, разумеется, больше доверия, чем журналистам): выбор экспертов и самих продавцов. Есть, в чем покопаться; интересно, что и в списке Spin, и здесь фигурирует альбом Sa-Ra Creative Partners — учитывая, что еще и журнал Wire его подробно воспел, он, видимо, и в конце года окажется на хорошем счету (хотя я как-то не уяснил пока, чем крута пластинка).

И до кучи: два персональных списка, которые вряд ли отражают какие-либо тенденции, зато могут способствовать просвещению — большой думатель про электронику Филип Шерберн и Саша Фрер-Джонс из «Нью-Йоркера» (он, впрочем, эту ведомость с самого начала года ведет).

Ну и, раз такое дело, предлагается тоже поучаствовать, да; заодно, может, все как-то расшевелится после каникул. Давайте, кому хочется, назовет в комментариях по три лучших альбома 2009-го на данный момент (в произвольном порядке, без иерархии). Если наберется какой-никакой кворум, потом посчитаю и расскажу, чего получилось. Русские тоже можно, разумеется. А агитировать я ни за кого не буду.

Группа MGMT сняла клип на свою самую известную — ну, одну из двух — песню «Kids». Надо сказать, что, по моим личным впечатлениям, это не только самая известная песня группы MGMT, но и чуть ли не главная песня прошлого года вообще. Во всяком случае, сколько я в последнее время ни бывал в Европе, она играет реально из каждого утюга — из радио на Эйфелевой башне до автобуса во французской провинции и рингтона на Рамбле-дель-мар. А клип клевый, по-моему. Западные зрители очень переживают, что ребенок слишком натурально плачет от ужаса, и, мол, не пострадала ли психика малыша. В роли мамы, кстати, Джоанна Ньюсом (от которой давно ничего не слышно, а уже хотелось бы).

Еще одна новая песня Регины Спектор. Ну фиг знает. Какой-то немножко собачий вальс.

Новая песня The Gossip (вот эта женщина, если кто позабыл). Ну а что, для альбома с такой обложкой — в самый раз вообще-то; да и в отрыве от нее четко. 80-е рулят, как известно. Стилизация, да, ну а кто не стилизация? Зато все как надо.

Ну и чтоб не мелочиться — еще одна песня с нового альбома Tequilajazzz. Премьера состоялась в известном месте. Это номер первый с «Журнала живого», называется «Нервы». Начиная где-то с середины — по-моему, прямо очень хорошо.