Умер Джон Мартин, важнейший британский фолк-сонграйтер. Вышедший из той же тусовки, что  Fairport Convention и Ник Дрейк, у нас Мартин всегда был гораздо менее известным, чем его друзья-современники — и это преступное недоразумение. В некрологах на музыкантов обычно принято указывать главные творения покойного, и мы не отступим от этой традиции. Лучшие вещи, которые сделал Мартин, — это: 1) два заповедной красоты альбома, которые он записал в 1970 году со своей женой Беверли; 2) блестящая пластинка «Solid Air» — удивительный сплав старорежимного фолка и коктейльного джаза, такой британский ответ на тогдашнее творчество Терри Калье; 3) альбом «One World», на котором есть блестящая и одурманивающая своей сумасшедшей красотой песня «Big Muff» с участием Ли Перри, и о котором некоторые особо прыткие говорят, что это — чуть ли не первая трип-хоповая запись в истории; 4) наконец, дилогия «Grace and Danger» и «Glorious Fool», сделанная в начале восьмидесятых в сотрудничестве с — не смейтесь — Филом Коллинзом, и применимо к которой очень верно высказывание «вы не поверите, но это гениально». В общем, в отличие от многих других своих соратников, Мартин никогда не держался корней, его музыка, хоть и оставляя в себе фолк-состовляющую, постоянно менялась и преображалась — и этим он жутко подкупал. Ну и когда его начинают сравнивать с тем же Дрейком, или с Ричардом Томпсоном, или с Бертом Дженшем, в пользу Мартина всегда есть сильнейший аргумент — его голос, that voice.

Под конец жизни по нему мощно ударила судьба, он долго и сильно болел, в 2003-м ему удалили одну ногу — и это его совсем подорвало творчески: он хоть и продолжал писать песни, но поздние его альбомы слушать практически невозможно. Ну и не надо — вот, послушайте лучше, как он поет очень хорошую вещь «Spencer the Rover».