В конце ноября открылась российская версия главного мирового видеосайта YouTube. Основатель, исполнительный директор и дизайнер YouTube Чад Херли рассказал «Афише», чем русское видео отличается от американского.
— О чем вас чаще всего спрашивают?
— Какой у меня любимый клип на YouTube.
— И что вы отвечаете?
— Да нет у меня любимых клипов. Нам каждый день присылают сотни тысяч записей — это примерно восемь часов видео каждую минуту. Довольно сложно за всем этим уследить. Даже в самом начале, когда нам присылали по сто клипов в сутки, смотреть их все было невозможно.
— Но хоть что-нибудь вы смотрите?
— У меня времени нет. Я постоянно захожу на сайт, но редко что-нибудь включаю. Столько писем в почте! Я же занимаюсь развитием компании, стратегией. Когда нас купил Google, нас было пятьдесят человек, а теперь сто пятьдесят, поэтому когда я не езжу в Москву, это постоянные встречи и обсуждения.
— Так, а видео-то вы какое-нибудь закачиваете?
— Да, но в закрытом режиме — кладу туда разные семейные клипы для друзей.
— Когда вы снимете десятиминутное ограничение на ролики?
— А мы уже увеличили — для официальных партнеров. Для простых пользователей у нас есть система загрузки больших файлов по частям. Но сейчас наша аудитория растет прежде всего за счет людей, которые выкладывают клипы по одной-две минуте с относительно низким качеством изображения. Мы работаем над этим — скоро будем, например, определять, какой у вас канал, и предлагать посмотреть клип более высокого разрешения. Но в целом наш рынок — это именно клипы, альтернатива телевизору. Люди включают компьютер, проверяют почту, смотрят пару клипов, посылают ссылки друзьям.
— Вы основали YouTube втроем. Что сделали лично вы?
— Ну название, логотип, интерфейс, дизайн в целом — это же все я придумал. Мои друзья — программисты, так что я просто рисовал все на доске, а они кодировали и верстали.
— А чем русский YouTube будет отличаться от американского?
— Русским интерфейсом. И еще он будет выдавать более релевантные для российских пользователей клипы. Искать все равно можно будет по всему сайту, но первыми будут всплывать результаты из России. Скажем, когда люди ищут «футбол» в Америке и в Англии, они имеют в виду совершенно разные вещи — вот над этим мы и работали.
— YouTube в России — это только развлечения или что-то более серьезное?
— Практика показывает, что YouTube не совсем про развлечения: в США, например, мы вместе с CNN делаем президентские дебаты. Понятно, что в топ обычно попадают разные дурацкие клипы, но мы хотим, чтобы люди обсуждали разные больные темы, обменивались идеями, разговаривали друг с другом, отвечали клипом на клип. В российском офисе у нас будет редактор, который должен выбирать клипы на главной странице — не по принципу популярности, а так, чтобы показать все разнообразие сайта.
— Пока что все эти клипы какие-то дурацкие.
— Мы исправимся. Сайт только что открылся, так что теперь мы будем слушать пользователей и следовать их советам.
— Когда вы придумывали YouTube, вы представляли себе, что люди будут складывать туда не только свои собственные записи?
— Нет, когда мы начинали, мы совершенно не знали, чего ожидать. С тех пор, например, оказалось, что огромный потенциал лежит в партнерских отношениях, — у нас теперь тысячи партнеров по всему миру и больше пятнадцати в России: Первый канал, ТНТ, СТС, «Спорт», Russia Today. Теперь у них есть возможность существенно расширить аудиторию. У меня в Сан-Франциско много русских друзей, которые будут смотреть русские передачи.
— Если власти попросят вас раскрыть личность какого-нибудь пользователя, вы это сделаете?
— Пока такого не случалось, но в России мы работаем по российским законам.