Здание «Союзмульфильма» фактически состоит из двух строений. Это колокольня храма Николая Чудотворца в Новой Слободе (постройка конца XVII века) и его основной объем, перестроенный в светское пятиэтажное здание. В данный момент функционируют только два этажа: на первом идет работа над долгостроем студии, шемякинской «Гофманиадой», на втором располагается часть экспонатов союзмультфильмовского музея и рабочие помещения. На четвертом этаже зарезервировано несколько комнат для режиссерских групп — в надежде, что когда-нибудь на киностудии начнется полноценная творческая жизнь.
Пустующие этажи киностудии, где громоздится мебель и растет паутина.
Мастерская знаменитого мультипликационного оператора Михаила Друяна, отснявшего более трех сотен фильмов. Здесь он работал над «Малышом и Карлсоном», «Золотой антилопой», «Голубым щенком» и другими картинами. Все оборудование пленочное, на такое сейчас уже никто не снимает — все работают на компьютерах. На стенах комнаты развешаны «обложки» мультфильмов.
Папки, покрытые пылью, — это досье, которые заводят на каждый мультфильм перед тем, как запустить его в производство. Внутри подробный сценарий, эскизы, список ответственных за исполнение. Увы, сейчас эти бумаги пылятся в кабинете Вячеслава Шилобреева, начальника отдела музейно-выставочной деятельности «Союзмультфильма», и ждут своего часа.
«Затухание творческой жизни на «Союзмультфильме» началось с середины 1980-х годов, когда отсюда ушли несколько мастеров (Бардин, Хржановский) и организовали свои маленькие студии в надежде на самостоятельную деятельность.
В начале 90-х годов один из директоров киностудии — Сергей Скулябин (очень случайный человек) — соединил свою деятельность с криминалитетом, и в первую очередь его интересовало наследие «Союзмультфильма». В 1992 и 1994 годах были заключены соглашения на коммерческое использование фонда, в том числе с актером Видовым — вся эта компания во главе с директором сделала все, чтобы обанкротить предприятие и замести следы. Коллектив восстал, началась ожесточенная борьба, кульминацией которой стало то, что вооруженная охрана оккупировала здание. Эти мрак и забвение продолжались несколько лет. И только в 1999 году, после колоссальной борьбы, киностудия приобрела статус государственного предприятия. Мы очень надеялись, что после этого начнется полноценная творческая жизнь, — но опять наши ожидания не оправдались. Государство не проявило заинтересованности в развитии киностудии».
В то время как новых фильмов здесь почти не снимают, худо-бедно идет торговля лицензиями для коммерческого использования знаменитых изображений. Стоимость для различных видов продукции разная, в основном берут процент от продажи. Если вы покупаете лицензию на изготовление игрушки — Чебурашки, Карлсона или другого героя, — то придется выплатить студии вплоть до 20 процентов от прибыли. Если вы решили штамповать футболки с этими мультгероями — тогда 10 процентов. Легче всего живется тем, кто производит продукты питания с именами героев — например, глазированные сырки «Чебурашка» с кокосовой стружкой. Для них ставка всего 1–2 процента. При этом производитель должен заплатить гарантированный минимум — порядка 70 тысяч рублей, что является своеобразной страховкой для киностудии.
Кроме того, студия с помощью ФГУП «Объединенная государственная киноколлекция» продает права на показ золотого фонда «Союзмультфильма» телеканалам. Цены, опять-таки, разные: от 50–100 долларов за час для небольших и кабельных каналов и до 1000 долларов за час для ведущих каналов, но при этом в стоимость входит право неограниченного показа каждого купленного часа в течение года. А вся коллекция «Союзмультфильма» составляет около 300 часов.
Всего за 75 лет работы на киностудии было отснято 1376 картин, из них сейчас оцифровано около 1000 фильмов. Остальные работы — это заказы, снятые для различных учреждений. Считается, что их показывать широкой общественности вовсе не обязательно. Золотым фондом «Союзмульфильма» считаются 200 картин.
Средняя продолжительность мультфильма — 10–13 минут. В лучшие времена, когда «Союзмультфильм» был самой большой студией Европы — с 50-х годов и до конца 80-х, — здесь производилось до 40 фильмов в год и работало более 500 человек.
Последнее ноу-хау «Союзмульфильма» называется «Волшебный ящик». В этом устройстве (по сути, это обычный жесткий диск) собрана практически вся коллекция киностудии. Предназначен он для публичного просмотра в школьных учреждениях, а главная его задача — борьба с пиратами и плохими копиями. В настоящее время стоит этот диск порядка 500 долларов. Впрочем, директор отмечает, что при большом заказе стоимость коробки будет снижена — вплоть до того, что ее станут раздавать бесплатно.
Портрет Юрия Норштейна, присутствием которого сам мультипликатор, уже тридцать лет работающий над экранизацией гоголевской «Шинели», недоволен: «Я не знаю, для чего повесили мой портрет. Это видимость и фасад, совершенно бессмысленный, и я не знаю, на кого это рассчитано. У «Союзмультфильма» нет никакого будущего. Для развития нужны деньги, творцы и авторы. А мы — уходящая натура. Представьте, что вы движетесь со всем человечеством, а за вами нет детей — это страшно. Вот здесь это и произошло. Наши ученики разъехались, потому что на «Союзмультфильме» никто не прижился — студии-то не было! Выход один: чтобы государство подумало на своих крикливых выступлениях о детях и выделило деньги. Вы знаете, сколько стоит возродить киностудию? Седьмая часть бюджета последнего фильма Михалкова».
«Гофманиада» Михаила Шемякина (он сделал все эскизы к сценарию) — единственный источник жизни на студии. На сегодняшний день снята первая часть полнометражного 90-минутного фильма. Выход на экраны запланирован на начало 2014 года, работа ведется с 2001-го — фильм так долго снимается из-за плохого финансирования.
Кабинет с эскизами «Гофманиады». В картине задействовано более 100 персонажей. Каждую куклу готовят несколько мастеров: один делает металлический скелет, другой — портретную скульптуру, третий мастерит костюм, четвертый расписывает куклу.
«Союзмультфильм» жив! И несмотря на разнообразные пессимистические заявления, он будет жить. Никто не отрицает, что есть кризис. Но в нашем случае это — показатель роста. Когда мы выйдем из кризиса, пока неясно. К сожалению, не могу озвучить конкретные шаги — идет процесс переговоров. Уверяю, что никто не хочет, чтобы киностудия перестала существовать. Абсолютно уверен, что если возникнет угрожающая ситуация, государство нас не оставит».