Фотографии Литейного моста в Санкт-Петербурге, распространившиеся на днях в интернете, заставляют вспомнить песню группы «Игры» «Солнце встает над городом Ленина» — хотя на снимках над культурной столицей встает совсем даже не оно. Хорошие новости разлетаются быстро: как известно уже каждому первокласснику, участники арт-группировки «Война» изобразили на пролете разводного моста исполинских размеров х… — хотелось бы заранее попросить у первоклассников прощения, но иначе не скажешь, это не член и не фаллос, а именно что х…, смешной, нелепый и корявый, как в школе на партах рисуют. Само произведение быстро смыли, но благодаря соцсетям х… на поднимающемся к небу мосту стал фактом истории — не вырубишь, так сказать, топором — и вызвал всеобщий восторг: к группе «Война» можно относиться по-разному, но х… нравится всем.
Тема «Х… в русском искусстве» еще ждет своего исследователя, заметим лишь, что х… почему-то становится актуальным на рубеже десятилетий: в 91-м группа «ЭТИ» во главе с Анатолием Осмоловским выкладывает своими телами слово «х…» на Красной площади, в 99-м выходит альбом «Ленинграда» «Мат без электричества», фактически легализовавший заветное слово — причем не в качестве инвективы, а по прямому назначению (в дискографии «Ленинграда» нет, кажется, песни, где воспевался бы непосредственно х… — хотя незримо он присутствует в каждой), в 2010-м вот «Война». Тема «Х… в протестном движении» не менее многогранна: Вадим Евсеев протестовал с его помощью против сборной Уэльса, продюсер Иван Шаповалов — против военных действий в Ираке. Летописец группы «Война» Алексей Плуцер-Сарно также сообщает в ЖЖ, что х… на мосту адресован не абы кому, а местному ФСБ, чьи окна выходят на Литейный, — и по-моему, зря он про это сообщает: это все равно как если бы Малевич объяснял, что «Черный квадрат» создан в знак протеста против Ленского расстрела и в поддержку аграрной реформы. Х… на мосту — настолько глобальный и всеобъемлющий символ, что любая интерпретация только ограничивает его силу: хорошо, что его увидели засидевшиеся за полночь сотрудники ФСБ, но любим мы его не за это.
Как говорится в известном анекдоте, упоминавшемся даже на встрече Путина с артистами, — во-первых, это красиво. Во-вторых, если вернуться к протестному движению, — это как раз подходящий символ, чтобы объединить разрозненные фракции. Люди, не способные договориться по малейшей мелочи — выходить ли на митинги 31 числа, стоит ли поддерживать радикальных антифашистов и если да, то каких, и все ли хорошо, чем занимается Чубайс, — могли бы объединиться именно на таком уровне абстракции: не «за соблюдение 31-й статьи» и даже не «за вашу и нашу свободу», а именно что «за нас с вами, за х… с ними». И наконец — это смешно. В мире, состоящем из Селигера, военкоматов, единороссов, эффективных собственников, делегатов Петербургского экономического форума, инноваторов из Сколково и прочих успешных фигурантов политического процесса, похожих на персонажей книжки «Тим Талер, или Проданный смех», х… на мосту выглядит полнейшей дичью — но в этом и заключается главная победа «Войны». Как говорилось в той же книжке — кто смеется, с тем сам черт не сладит.