Алина Никитина, 23 года
«Я люблю снимать девушек. Только девушек. Мальчиков совсем неинтересно. Раньше могла затеять съемку только ради того, чтобы получить 1–2 итоговых кадра. Теперь интересны только серии. И я всегда везу на съемку кучу шмоток. Периодически сама могу ходить одетой непонятно во что, но зато купить кучу одежды для какой-нибудь съемки. По-хорошему, я очень мечтаю научиться шить и снимать девушек в своей одежде. И еще у меня клин потрясающий на восточных девушек — вьетнамок, японок, китаянок, якуток. Потрясающий клин, потому что я им наслаждаюсь. Хочу снять минимум 10 японо-китаянок и сделать себе книжечку»
www.nappkin.livejournal.com
Петр Тимофеев, 28 лет
«Я люблю динамичную фотографию: чтобы все взрывалось, лопалось, отовсюду валил дым, при этом бы все орали и рвали на себе одежду. Побольше эмоций, и все через край. Этим мне нравится очень Финлей МакКей: это крутой английский фотограф, я с ним познакомился совершенно случайно в Лондоне. Фотограф МакКей для меня как пример в фотографии. Я сразу понял, что он делает именно то, что мне интересно, я ему ассистировал немного, и его съемки — это настоящий рок-концерт. Он орет на моделей, поливает их водой, неистово дергается, всячески нагнетает обстановку, абсолютно при этом контролирует процесс. Все заряжаются так, что забывают про прыщи на лбу, про свой живот и про то, что удачный ракурс у них справа, а не слева»
www.petertimofeyev.com
Никита «Вилкин» Яруцкий, 21 год, Петербург
«Многие думают, что снимать молодежь на досках очень легко. На самом деле приходится много усилий прилагать: искать место хорошее, смотреть, гоняют или не гоняют, свет выставлять, высматривать удачные ракурсы. Или когда я снимал в Финляндии на соревнованиях: по пояс в снегу выставляешь вспышку, а потом еще нужно по склону, цепляясь за землю, ползти пятнадцать метров до другой. Мне нравится, когда заметно, что за кадром стоит мыслительная работа, что фотограф думал и прикидывал. Я вот недавно увидел нереальную карточку в одном журнале про экстремальный спорт: человек на сноуборде с разгона съезжает в реку, туча брызг и невероятное количество уток вокруг перепуганных, часть уже взлетает — это прямо какая-то грандиозная фотография. Снято с моста, на средний формат, со светом — понятно, что не случайно мимо проходили. И главное — утки: видно, что они специально место, где птиц так много, искали. Может быть, даже их с расчетом прикармливали»
www.davilkinshots.com
Евгений Пустарнаков, 23 года
«Если обобщить, то я снимаю происходящее вокруг меня, то, что считаю интересным. На протяжении 5 лет, пока я учился в Лондоне, помимо обязательных для курса проектов я много снимал уличный скейтбординг. Старался снимать не только как спорт, а скорее как репортаж, делал много портретов, lifestyle-снимков. Для меня это было очень увлекательно, в Лондоне к скейтбордингу относятся как к образу жизни, самостоятельной культуре, со своими традициями, правилами, кодексом поведения. Мне хотелось все это запечатлеть. Когда летом я вернулся в Москву, то я тоже снимал скейтбординг, но уже больше как спорт. В Москве нет культуры уличного скейтбординга, это интересно лишь единицам, все собираются и сидят на одном месте — в парке Победы, на Арбате. Если куда и едут, то на машине, а так, чтобы на метро или на досках, — редко»
www.jahlada.com/page16.htm
Александр Решетилов, 25 лет
«Снимать я начал когда-то очень давно. Я периодически думаю, сколько я фотографирую, и получается много. Я снимал всю свою жизнь, но начал снимать в ручном режиме лет одиннадцать назад, мне было лет 14 или около того. Откопал «Зенит», и папа вкратце рассказал мне, что такое выдержка и диафрагма; и я с тех пор заморачиваюсь на эту штуку. Снимал —что дети могут сфотографировать? — ну там собачек, природу. Хотя я, помню, с этим «Зенитом» еще тусил в Вашингтоне в 1994 году и мечтал больше всего о телевике с большим фокусным расстоянием. Хотел фотографировать красивых девочек, но тогда стеснялся подходить к ним и говорить: «А можно тебя сфотографировать?» Хотел исподтишка, чтобы меня не было видно, чтобы чик — и красивая девочка у меня на пленке»
www.flickr.com/photos/flying_saucerer
Алексей Колпаков, 21 год
«Первой моей фотографией была черно-белая фотография туфель на каблуке. Тогда мне было лет двенадцать, и у меня родилась нереальная потребность что-то сфотографировать. Начал дома искать предмет, способный меня вдохновить, — им оказались мамины туфли! Искал с самым высоким каблуком. Подложил лист ватмана в качестве фона, поставил настольную лампу в качестве осветительного прибора. Эту фотографию я печатал сам на фотоувеличителе, и это была первая моя фотография, которая у меня вообще получилась. Можно сказать, что я учился по картинкам из журналов: разбирал, разглядывал, как снято, чем, откуда, как свет падает. Когда работал моделью, смотрел на работу известных фотографов, задавал им вопросы всякие. Это были Михаил Королев, Владимир Глынин, но, конечно, никого из них учителем не могу своим назвать — им была модная фотография вообще»
www.otherpeople.biz
Аня Титова, 23 года
«Фотограф? Пф-ф! Фотографией я стала заниматься совершенно случайно: меня пригласили учиться в Глазго, в художественную академию. В ксероксной распечатке я перепутала слово photography с philosophy и подписалась на курс. Когда я пришла на занятия с книжкой Гройса, у всех вокруг были «хассели», «броники» и «лейки». Мне ничего другого не оставалось, как пойти в ближайший супермаркет 7-Eleven и купить там одноразовый «кодак». Так у меня появилась первая камера. После этого все фотоштуки я брала у друзей, знакомых и знакомых знакомых. Проучившись там пять лет, я до сих пор путаюсь в экспозиции, ничего не понимаю в зонной системе Адамса и иногда, снимая на свою дальномерку, забываю снять крышку с объектива»
www.anjatitova.com
Михаил Толмачев, 24 года
«Мой папа и его брат увлекались фотографией в молодости — они оба архитекторы, и это было у них хобби, как у всех творческих людей. Тогда я познакомился с увеличителями и прочими штуками; потом все благополучно задвинул. А когда поступил в институт, то снова взял фотоаппарат в руки. Это был «Зоркий-4», потом я купил Canon 300V и пошел в школу журналистики «Известия», где сплошь и рядом были бомжи и сосульки и с пониманием было сложно. Там я услышал про летнюю школу фотографии в Риге и поехал в нее учиться. В этой школе в одном кабинете я нашел два стула, зеленый и красный, утащил их и спрятал в столовой. Потом днем и ночью шатался, как идиот, со стульями и тяжелой камерой по полям и лесам: днем — с зеленым, ночью — с красным. У меня был в голове проект — «I love my furniture». Я в какой-то момент со стульями сблизился, стал их понимать. Понял, где они хотят фотографироваться»
www.michaeltolmachev.com
Даша Ястребова, 18 лет, Москва
«Моя бабушка художник, папа художник, прадед художник и так далее. В итоге с детства за меня взялись все вместе. И 8 лет я покорно рисовала натюрморты и пейзажи, пока не наступил великий возраст протеста — 13. Кисти были отложены на 5 лет, и только недавно я стала вновь возвращаться к живописи. Тогда же я нашла в шкафу «Зенит» и убила тонны пленки, чтобы в голове сложилось отношение к фотографии. С головой ушла в поиск новых форм. Сначала папа объяснял, потом в колледже при ВГИКе проучилась пару лет. Лучший учитель — это свои ошибки и принятие их как опыта. Я вообще люблю фотографировать особенных людей. И, наверное, это отличается только уровнем свободы в съемке и организацией процесса. А также настроением, с которым ты приходишь на съемку к человеку»
www.dasha-yastrebova.com
Игорь Старков, 27 лет, Петербург
«Меня чрезвычайно интересует геополитика, так что новости — это мой хлеб. Я вырос в абсолютно красной русской имперской семье и начал путешествовать, чтобы увидеть и понять другую жизнь. Фотографировал симферопольских скинов, еврейских и чеченских красавиц в агентстве East Models, сотрудников закрытых белорусских институтов по испытанию мин, клуб мотоциклистов в Челябинской области, конфликтующих татар и славян в Крыму. Теперь точно могу сказать, где расположено самое страшное место в бывшем СССР. Это деревня Шуркино Окуловского района Новгородской области — родина Миклухо-Маклая. Там реально дикие люди живут. Разговаривают они только так: «На в грудак!» — «На в грудак!» И уже в первую минуту разговора собеседники валяются на земле. Излазил вдоль и поперек весь Кавказ, у меня даже есть южноосетинский паспорт, хоть это и совершенно бесполезный документ. Понял, что северные кавказцы — это честные, добрые и открытые люди, они сделают генофонд нашей страны только лучше. Вообще, все в мире неоднозначно: как-то раз по приглашению партии «Единая Россия» я поехал в Туву снимать съезд Молодой гвардии «Единой России». Там еще был журналист Кашин небезызвестный. Ну вот, съезд длился часа четыре, а я остался в Туве на неделю — подружился с единоросской по имени Азиана и поехал с ней и другими молодогвардейцами на такси к монгольской границе»
www.igor-starkov.livejournal.com
